Лекарь для захватчика - Елена Александровна Романова

Мэтр Финч с пониманием склоняет голову.

– Значит лекарь, который помог лорду Эмсворту, находится в Рьене? – удивленно потирает он губы. – Тот, кто помог графу, определенно имеет опыт. Я ведь говорил вам, ваше величество, что война отнимает у нас лучшие умы лекарского дела, а для подготовки у меня слишком мало преподавателей. Каждый ученый для Эсмара на вес золота.

– Я понимаю ваше беспокойство, мэтр, – сухо отвечает Уилберг, – империя, которая постоянно воюет, обеспечивает внешние потребности в ущерб внутренним, но я готов содержать вашу школу, потому что сохранение нации – это моя основная задача.

И снова Финч преклоняет голову в знак признательности.

– Если этот лекарь окажется перспективным, – говорит он, – я приглашу его в столицу. Возможно, он работает на гильдию горняков и набил руку на сложнейших случаях, когда происходят обвалы в шахтах.

– Это невозможно. Дело в том, что именно ее высочество Антуанетта помогла Эмсворту.

И вот случается странное – Финч вскидывает взгляд полный не то, что удивления, а недоверия и шока. Он не верит. Зная принцессу, он не верит совершенно! И Реиган ухмыляется:

– Вы сможете лично в этом убедиться.

А когда Финч уходит, император напряженно смотрит в огонь.

Почему-то он больше не думает о делах.

***

Алан Бреаз

– Боги, это просто потрясающе, – тянет Алан, перекатываясь с мысков на пятки и глазея на смиренно склонивших головы девушек.

Он хочет каждую.

Прелестницы, которые приписаны к свите ее высочества при коронации, должны быть миловидными, но здесь все красавицы, как на подбор. Разумеется, им далеко до самой Антуанетты, которая свела с ума всех мужчин Эсмара, едва появившись в столице, но и эти юные создания неплохи. Они словно жемчужины, обрамляющие алмаз. Сладкие, невинные девушки, родители которых надеются, что герцог Бреаз или его императорское величество Уилберг обратят на их чада пристальное внимание.

Обратят.

Алан уже придирчиво выбирает себе новую любовницу. Главное, чтобы в таком щекотливом вопросе его интересы не пересеклись с интересами императора. Им часто нравятся одни и те же женщины, но Алану всегда приходится уходить в сторону. А ведь именно он с самого начала грезил принцессой Саореля, а Рэй не обращал на нее никакого внимания. И даже, когда к ним прислали посланников от короля с предложением о мире и династическом браке с Антуанеттой, Уилберг воспринял это холодно. Мазанул взглядом по ее портрету и отправил посланников восвояси ни с чем. Он мог взять Саорель, и все этого ждали. Война была почти выиграна, армия наступала, подбираясь к столице. Реиган никогда не был слаб или сострадателен, чтобы остановиться в шаге от триумфальной победы. Но он вдруг выбрал мир. И Алан знал почему. Разумеется, не из-за Анны. Не только из-за Анны. Это было бы слишком мелко для такого, как Реиган. Просто Саорель мог стать частью его империи безо всякого насилия.

А потом уже он увидел принцессу воочию.

И да, Алан знает, что Рэй захотел ее. Будь она не такой красивой, он, быть может, остался безразличен. Но он, на самом деле, возжелал ее до одури. А потом, едва получив, проведя с ней одну единственную ночь, сразу же остыл. И больше он не хотел к ней даже прикасаться.

А другие хотели. Очень.

И Алан хотел.

Еще бы – Антуанетта родилась редкой красавицей. Любой мужчина гордился бы такой женой, выставляя ее напоказ, словно трофей. Она была обучена манерам, образована и спесива, как любая наследница престола. Просто дикая кобылка.

– Леди, – Алан склоняется к одной из девушек, приподнимает ее маленькую ручку, затянутую в перчатку, слегка касается губами и пристально смотрит в стыдливо опущенные глаза фрейлины.

Смущающиеся, робкие девушки – его слабость.

Гм…

Вообще-то, он здесь не для этого.

У него важнейшее поручение – отсеять неугодных. Когда еще не все заговорщики найдены, стоит быть начеку. Император распустил штат фрейлин своей жены, теперь стоит сформировать его заново, а это значит, что придется выделить какие-то семьи в ущерб другим.

Алан распрямляется, выпуская из ладони хрупкие женские пальчики.

Сейчас, когда положение Антуанетты так шатко, многие рода пытаются пристроить своих дочерей в ее свиту. Еще немного, и император будет вдов – так все считают. Алан морщиться при одной лишь мысли об этом. Как эстет, он не в силах вынести даже мысль, что юную красавицу Антуанетту обезглавят. Нет, ее место не в могиле, а в постели, рядом с мужчиной. С ним. Уж он-то сумел бы сделать так, чтобы она не смотрела в сторону других. Она бы ходила брюхатая постоянно, потому что Алан хотел бы ее каждый день. И он бы усыпал ее драгоценностями, баловал бы ее и нежил. Она этого достойна. Такая смелая – как она говорила с Рэем, посмела спорить с ним, возилась с Эмсвортом, будто не боясь наказания.

Алан не хотел бы ее смерти. Он хотел бы ее себе. Давно уже мечтал об этом. Сох по ней, как кретин. А она смотрела на всех, кроме него. Будто специально. И даже однажды сказала, что, не будь Реигана, отдалась бы сразу. Водила его за нос, негодяйка. Он не поверил, конечно. Или поверил?

Как ее заполучить? Хотя бы единожды.

Алан встряхивает головой, прогоняя эти мысли.

Девушки выстраиваются в ряд, и герцог Бреаз медленно идет перед ними. Некоторые семьи он не может проигнорировать, и виной всему кровавая резня, которую устроил Реиган сразу после смерти отца. Во-первых, полетели головы всех любовников Антуанетты. Если раньше Рэй терпел их, потому что его интересы пересекались с интересами отца, то получив власть, он уничтожил всех, кроме Эмсворта. Во-вторых, он ввел армию в столицу, раздав своим приближенным новые должности и перетряс все вверх дном в поисках заговорщиков. Двор не скоро ему это простит.

Правда, сейчас нет силы могущественнее, чем Реиган Уилберг. И это пугает некогда мирных соседей Эсмара.

Алан понимает, почему Рэй так заинтересован в Саореле. Многочисленная армия Эсмара может оказаться ничтожной против сил союзников с юга. Если другие государства объединятся, то ослабленный девятилетней войной Эсмар может пасть.

Покорная, любящая и верная принцесса Саореля ему нужна. И ему нужен наследник.

Быть может, это неплохо. Если Антуанетта вернется, у Алана будет шанс попасть в ее постель. А, если она будет беременной от Рэя, то