Сад блуждающих снов - Анна Рудольф

Решив, что мужчины отлично разберутся без нее, она схватила рюкзак и нырнула за опрокинутый стол, топча разлетевшиеся бумаги. Одна из них вспыхнула красной витиеватой печатью, и Янмэй, не думая, сунула ее в боковой карман, а следом еще несколько подвернувшихся листов.

Раздался треск, и в поле зрения Мэй возникли сапоги Шэн Юэлина. Секундой позже заклинатель нырнул вниз и прижал взвизгнувшую Мэй к лежащему на боку столу. Следом на них обрушился каскад плотной, воняющей прогорклым маслом ткани — шатер сложился внутрь, погребая людей под собой.

Шэн Юэлин вспорол ткань мечом. В это время Янмэй заприметила край письма за его воротом и в суматохе незаметно вытянула, затем быстро спрятала в сумку. Заклинатель схватил ее за локоть — она испугалась, что он заметил ее подозрительную возню — и выпихнул через дыру наружу.

Янмэй вывалилась на свежий воздух, но не успела перевести дух, как Шэн Юэлин снова использовал духовную силу, на этот раз для создания барьера.

Прогремели сигнальные трубы, в хмуром небе расцвели фейерверки, и тучи немедленно ответили угрожающим рокотом. Землю окутывала прозрачная дымка — пока что эхо грядущего тумана.

Беглецов должны были логично взять в кольцо императорские воины, однако, на нападавших оказалось лишь несколько, и всех Шэн Юэлин отбросил духовной силой. Перед глазами Мэй все плыло от недостатка кислорода. Тех никчемных крох, что ей оставлял заклинатель, не хватало — ее сознание неумолимо гасло.

Ей почудились разноцветные ленты так близко, что можно было дотянуться. Кто-то — Шэн Юэлин — держал ее поперек спины и под коленями. В нос ударил запах человеческого тела, травы и чего-то сладкого.

Порыв ветра хлестнул по лицу, затем наступило свободное падение.

— Ю Янмэй!

Она глубоко вдохнула сырой холодный воздух, собирая по лоскутам реальность, и обнаружила, что упирается лбом в шею заклинателя.

— С кем они сража… — она не успела договорить: Шэн Юэлин повалил ее в высокую траву.

Густеющий туман взметнулся над ними мелкими вихрями и опал, снова растекаясь безмятежным молочным озером.

Шум битвы и звуки сигнальных труб доносились словно из-под воды. Удостоверившись, что погони нет, Шэн Юэлин потянул Мэй за собой. Ее одежда немедленно намокла от росы и мелкой мороси, руки и колени увязли в сырой земле.

— Мы вдвоем — слишком очевидная цель, — прошептал он. — Впереди лес, встретимся там. Я вас найду.

Не до конца пришедшая в себя Янмэй вцепилась в его рукав, безмолвно умоляя не бросать ее, и Шэн Юэлин на миг заколебался. Но только на миг — в следующий он отодрал от себя ее пальцы и шустро уполз в бок, словно змей.

Мэй осталась одна, напряженно вслушиваясь в окружающие звуки: сражение затухало, неподалеку глухо надрывалась лягушка. Ветер всколыхнул высокую траву, но тут же стих, словно поглощенный туманом.

Тихонько переведя дыхание, Мэй поползла в указанном направлении, стараясь держаться как можно ниже — рюкзак из черной глянцевой кожи мог запросто выдать ее. Мелкие камни впивались в предплечья и колени, гадкая осока оставляла на коже мелкие неприятные порезы.

Она упрямо продвигалась вперед, вся обратившись в слух, и неожиданно почувствовала тот самый взгляд, что преследовал ее от самого ордена — он жег затылок. Мэй оглянулась через плечо, но вокруг по-прежнему расстилался густой туман.

Продолжив путь, она выползла на подозрительный островок примятой травы, будто бы оставленный очень крупным животным. Прямо перед ее лицом оказался отпечаток лапы величиной с ладонь взрослого мужчины.

«Маогуй!» — похолодела она. — «Не может быть, его же поймали в ордене!»

Ей внезапно пришло в голову, что о судьбе демона-кота им ничего не было известно наверняка! Потеряв из виду жертв, тот вполне мог затаиться и последовать за ними. Кто-то же устроил переполох в рядах императорских воинов!

Янмэй снова прислушалась к тишине и резво поползла дальше уже на четвереньках. Неподалеку, заставив ее пригнуться, раздался звон стали.

«Раз меня не душит, значит, это не господин принц», — утешила она себя и ускорилась. — «Он в полном порядке и давно ждет меня…»

Янмэй провалилась руками в пустоту, а рюкзак, перескочив через голову, потянул ее вниз.

Она покатилась по склону и шлепнулась в неглубокий ручей, где тут же забарахталась, спасая драгоценные пожитки от воды.

К ее счастью, содержимое рюкзака не намокло.

Туман мягко стекал с пологих склонов, густея на дне словно плотное суфле.

Мэй внимательно осмотрелась: какая-то мелочь не давала ей покоя. Она пошла вдоль ручья, зачерпывая кроссовками воду. Берега постепенно становились все более пологими, пока полностью не сровнялись с ручьем.

Что-то было не так: стояла слишком комфортная температура для осеннего дня, не беспокоили синяки и порезы, мокрое многослойное ханьфу не тянуло вниз, противно облипляя ноги.

«Меня поймали», — поняла Мэй. — «Только кто?»

— Разойдемся миром, — негромко проговорила она в пустоту. — Я не желаю никому зла и ожидаю взаимности!

— Конечно, солнышко.

Маша застыла.

— Иди ко мне, расскажи, что случилось!

Внутри у нее все сжалось, грудь сдавило так, словно ребра вот-вот сомнутся внутрь и разорвут легкие с сердцем.

— Мы с папой так скучаем по тебе. У тебя все хорошо?

Туман поднимался, скрывая цветущее разнотравье.

«Все хорошо», — произнесла она одними губами, не в силах выдавить ни звука. — «Пожалуйста, не волнуйтесь за меня. Не оплакивайте».

Ноги подкосились, и Маша рухнула на колени. Туман сладко пах едва раскрывшимися цветами, шелковый, нежный. Их были тысячи вокруг — белых цветов, похожих на снег.

— Мы очень ждем тебя домой. Ты хочешь домой?

— Хочу, — выдавила она.

— Тогда идем скорее, — она стояла прямо за ее спиной. — Повернись, возьми меня за руку!

Маша согнулась, утыкаясь лбом в колени. С каждым вздохом дышать ароматом цветов становилось все легче. Туман поглотил ее с головой.

— Малия! — совершенно иной голос ворвался ей в уши, словно белый шум.

Она вскинула голову и… увидела перед собой грязного Шэн Юэлина, с совершенно безумным видом трясущего ее за плечи. В тучах позади него взорвался очередной сигнальный фейерверк.

Они были на том же поле у самой кромки леса. Заметив, что она пришла в себя, заклинатель подхватил валявшийся рядом меч и потянул ее наверх.

— Поднимайся живо! Надо уходить.

Янмэй послушно вскочила, все еще дезориентированная резкой сменой обстановки. Нос по-прежнему шекотал ускользающий аромат гибискуса.

Она позволила тащить себя, куда ему вздумается, мельком замечая, как рушится городская стена.

Только когда в боку закололо от долгого бега, Мэй вывернула запястье из захвата и остановилась. Шэн Юэлин обернулся к ней.

— Вы попали