Мир клятв и королей - Хост Микки

Глава 11. Я не верю своим глазам

– Вы укрываете демона, – начала Пайпер, покосившись на господина Илира. Его беспечность выводила Пайпер из себя не хуже присутствия демоницы. И волны магии, исходящие от него, поражали: в них не было никакой темной сущности, которую Пайпер чувствовала, когда темные создания пришли за Эйсом.

– Может быть, и так, – господин Илир пожал плечами и придвинул чашку с чаем к самому краю. Сидящий рядом кот поставил лапы на стол и, наклонившись к чаю, принялся жадно лакать, в то время как старик продолжил гладить его по спине. – Но разве это преступление – защищать наследие Йоннет?

– Не понимаю, – возмутилась Пайпер.

О каком наследии Йоннет может идти речь? Пайпер считала, что Лерайе вместе со своей Силой и была этим наследием. Возможно, к нему и относились бесконечные загадки, неоконченные дела и прочее, но демоница…

– Ты знаешь, что настоящее имя демона дает тебе власть над ним? – Твайла сделала шаг вперед, Пайпер напряглась и отступила. – Это так. Если хочешь, я назову тебе свое настоящее имя. Тогда ты сможешь обо всем узнать, а я не смогу тебе солгать. Я расскажу тебе все так, как было.

«А если я этим именем призову какого-нибудь черта?!» – с опаской подумала Пайпер.

– Даже я не знаю ее настоящего имени, – как бы вскользь сказал господин Илир, наполняя опустошенную котом чашку свежим чаем.

– Тогда как она здесь оказалась?

– Кристалл памяти, – ответила Твайла и этим вызвала новую волну враждебности со стороны Пайпер. – Я показала господину Илиру кристалл памяти Йоннет, и он помог мне спастись.

– Откуда мне знать, что этот кристалл не подделка?

– Это уникальная магия, и нам, темным созданиям, ее не повторить. К тому же Сила тебе поможет.

Не нравилось Пайпер, как демоница рассуждала о Силе: точно знала все ее секреты, знала, когда приходит момент истощения и как можно ускорить восстановление внутреннего источника. Не нравилось ей и то, как демоница широко улыбалась, хотя уголки ее губ дрожали, а длинные худые пальцы без конца теребили ткань белого платья. Настораживало и то, что темное создание, имеющее черные с красными зрачками глаза и рога на лбу, выглядело не таким уж и устрашающим.

– Вы говорили, – Пайпер обратилась к господину Илиру, не спуская глаз с демоницы, – что многие, видевшие зверства Третьего, запечатали свою память в таких кристаллах. Что это значит? Они отдали всю свою память? Или они отдали жизнь, чтобы создать кристалл?

– Мы были разбиты, – очень тихо ответил господин Илир. – У нас едва хватало магов для исцеления тяжелораненых. А те… Те, кто был обречен или понимал, что ему не смогут помочь вовремя, отдали все свои последние силы, чтобы создать кристаллы памяти. Для простых людей, не владеющих магией, это слишком сложно, а в условиях, в которых мы оказались… Да, кто-то отдал жизнь, чтобы создать кристалл.

– Значит, Йоннет…

– Нет, – быстро возразил старик, – в кристаллы можно преобразовать и малое количество воспоминаний… Но тот, что тебе предлагает Твайла, зачарован Четвертой.

– Аннабель? Она же… Она погибла до Вторжения. Выходит, кристалл был создан еще до этого? Что важного, не относящегося к Вторжению или предательству Третьего, там может быть?

– Третий не предатель! – горячо возразила Твайла, от возмущения топнув ногой. – Он просто делал то, что должен был, чтобы спасти миры!

– Он их погубил! – повысила голос Пайпер.

И тут же, сжав челюсти, исподлобья посмотрела на демоницу. Ситуация была одновременно щекотливой и опасной. Пайпер догадывалась, что господин Илир не просто так устроил ей эту встречу. Возможно, эта демоница – исключение из правил, не такая кровожадная и бездумная, как другие представители ее расы, но эта вероятность была слишком мала, чтобы Пайпер доверилась ей без лишних вопросов. Заявление Твайлы относительно Третьего было слишком дерзким, чтобы Пайпер его проигнорировала и смогла сдержать возмущение.

– Ответственность за гибель Сигрида лежит не только на Третьем, – спокойно продолжила Твайла, почему-то отведя взгляд. – Виноваты и другие сальваторы – они должны были защитить нас всех, но не справились. И мы… Темные создания, конечно, тоже виноваты. Больше других, разумеется. Но нельзя винить одного Третьего.

– Ты сказала «защитить нас всех». Что это значит?

– Я обосновалась в Сигриде за триста лет до Вторжения. Я была… Кхм, я была изгнана из своего клана и в качестве наказания отправлена в земли людей. Для меня наказание заключалось в том, что я буду жить рядом с людьми, а для людей – в том, что рядом с ними обитает демон.

– Как тебя не изловили?

– Я всегда держалась от людских поселений как можно дальше. Чаще всего принимала облики птиц и зверей. Собирала информацию о мире, в котором оказалась, и… Если честно, он мне понравился. После знакомства с Йоннет я поняла, что хочу остаться в мире людей и защитить его так, как могу.

– Как может демон, – добавила Пайпер. Собственная отстраненность и грубость терзали ее изнутри, но Сила направляла все ее слова и действия, ни на мгновение не позволяя задуматься над тем, правильно ли это.

– Но я могу принимать облики других. Йоннет это пригодилось.

– Как она доверилась тебе?

– Мы несколько раз спасали друг другу жизни. Знаешь, я не спорю с тем, что темные создания – дети хаоса и сигридской Ночи, но даже среди них есть те, кто достоин жить под солнцем. Правда, на них охотились их же собратья… На меня тоже охотились, но Йоннет и Лерайе меня защитили, одарив Силой.

Пайпер хотела провалиться сквозь землю. Улыбка господина Илира, адресованная ей, была чистой и искренней, как и легкая улыбка Твайлы.

– Ты… Ты была одарена Силой?

– Да, – Твайла уверенно закивала головой. – Так же, как Сионий был одарен Движением. Но после смерти Йоннет я потеряла этот дар. Без него было вдвойне трудно защищать кристалл.

В голове не укладывалось. Чтобы темное создание было одарено Силой?.. Так же, как сейчас ею одарен Эйс?

– На самом деле, разобраться во всем с помощью одного кристалла будет трудно, – продолжила Твайла, теребя подол своего платья. – Прошлые сальваторы создали несколько, но я знаю только о кристалле Йоннет. Может, другие спрятаны где-то, куда сакри могут указать путь… Или же кристаллы погибли вместе с сальваторами. Тот, что был у Третьего… Третий ведь сгинул, – неожиданно севшим голосом пробормотала она, смотря в пол. – Если бы он выжил, уже давно бы оказался здесь, а так… Он сгинул. Может, вместе с Арне, а может, и без него, но… Надеюсь, – она резко вскинула голову, – кристалл памяти, что он создал, где-то в этом мире, и вы найдете его.

– Выходит, что все, связанное с Третьим, не было уничтожено, – подытожила Пайпер. – Учитывая ваши законы, об этом следует рассказать коалиции. Искатели могут заняться поиском кристалла и…

– И что? – перебила ее Твайла. – Коалиция уничтожит его, даже не выяснив, что в нем сокрыто. Йоннет доверяла сигридцам и доверяла королю Джевелу, королеве Ариадне и многим другим, но кристалл со своей памятью передала мне.

– Не понимаю, как это связано.

– Узнай сигридцы, что кристалл Йоннет как-то связан с кристаллом Третьего, они уничтожат и его. Сигридцам в этом мире проще истребить все, что напоминает об их ошибках, чем попытаться исправить их.

– Уничтожение памяти о Третьем – ошибка? Не логичнее ли тогда сказать, что ошиблись боги, создав сакри, и Арне, выбравший Третьего своим сальватором?

– Ничего не могу сказать насчет богов, – пролепетала Твайла, накручивая локон черных волос на белые пальцы, – но Арне не мог ошибиться… Если тебе от этого станет легче, можешь считать, что сакри были направлены волей богов. Но боги Сигрида в этом мире не властны, поэтому… Поэтому сигридцы могут нарушить некоторые правила.

«И напасть на Третьего», – мысленно закончила Пайпер, заметив, что Твайла уже открыла рот, чтобы что-то сказать, но быстро его захлопнула, опустив глаза.