Легенда о невесте людоеда (СИ) - Минаева Мария Сергеевна

У нужной двери девушка остановилась и прислонила к ней ухо. В дверь ударилось что-то, после чего из-под щели между полом и дверью дохнуло холодным ветром. Тери стало жутко, но тут же услышала знакомое завывание. Оно перестало казаться потусторонним — негромко стонала женщина. Забыв о страхе, но все еще с замирающим сердцем, девушка навалилась всем телом на дверь. Та без сопротивления распахнулась.

Порыв ветра, ударивший в лицо Тери, мигом сорвал с ее головы капюшон, из-за образовавшегося сквозняка дверь за спиной девушки тут же глухо захлопнулась. Окно в комнате нараспашку, короткие занавески взлетают до самого потолка, отрывая взору вид на ночное звездное небо и низкие крыши домов. Света в помещении не было, но, каким-то неведомым способом, лунного света из распахнутых створок было достаточно, чтобы Терисия хорошо рассмотрела бардак в комнате. Шкафы и сундуки стоят распахнутыми посреди комнаты, одежда и обувь вывалены прямо на пол и хаотично смешаны между собой.

Помещение казалось пустым, но в белой ночнушке на скомканных простынях кровати девушка рассмотрела женскую фигуру с распущенными темными волосами. Тери подошла ближе, увидела, что незнакомка лежит с закрытыми глазами, щеки впали, шея тонкая, а руки с длинными пальцами под кружевом сорочки просвечивают кости. Истощенная женщина издала из приоткрытого рта новый стон, жалобный и протяжный.

— Что с вами случилось? — не выдержала Терисия. Незнакомка медленно открыла глаза. Поздно вспомнила девушка, что пора накинуть капюшон, сорванный ветром. Но едва Тери потянулась к нему, как женщина запротестовала — подняла тонкую ладонь над уровнем кровати.

— Не нужно, — сказала она уставшим, будто сонным голосом, — я вижу, кто ты. Человек в теле тролля.

Девушка вздрогнула от услышанного, мгновенно потеряла дар речи.

— Бояться не надо, — продолжала страждущая, каждое слово ей давалось с трудом, веки то и дело сами закрывались, — я позвала тебя не для того, чтобы пугать. Мне помощь нужна.

Чем дольше Тери всматривалась с силуэт женщины, тем больше удивлялась — белоснежная кожа сливалась с цветом ночной рубашки, отражая лунный свет, она словно подсвечивалась изнутри. Страх девушки притупился, она стояла завороженная незнакомкой и не знала, чем именно может помочь ей. А женщина, будто читая ее мысли, улыбнулась и продолжила неспешно говорить:

— Подойти к камину, отсчитай от окна три камня на уровне груди и вытащи четвертый — за ним тайник.

Терисия мгновенно повиновалась, сделала все, как было сказано — отсчитала четвертый камень и потянула на себя, но тот не поддался. Девушка в панике начала считать камни и в других линиях, пока не нашла тот, который выехал легко, будто на колесиках. Все пространство внутри тайника занимал только один предмет — массивная книга. Тери аккуратно дотронулась до мягкой кожаной обложки, извлекла книгу из стены. Тяжелый фолиант девушка держала как большую ценность, но когда обернулась к женщине, увидела только лежащую на кровати белоснежную сорочку.

Знакомый уставший голос прошептал под ухом: «Унеси ее отсюда, никому не отдавай. Дарю тебе, береги. Теперь уходи, быстрее».

Не успела девушка опомниться, как дверь сама собой распахнулась, а порыв ветра начал выталкивать ее прочь из помещения. Прижав книгу к груди, Терисия выбежала из комнаты на дрожащих ногах, опасаясь оглядываться назад. Бег не остановила в пустых коридорах, и только за знакомой дверью, где все еще потрескивал камин, смогла перевести дыхание.

20

С тушей оленихи через плечо Вард вошел в комнату, бесцеремонно распахнув дверь. Шум заставил девушку подскочить на постели, сонными глазами она смотрела на то, как мужчина бросает добычу прямо на пол перед камином. Лицо Варда выражало жадность и азарт, будто он все еще не отошел от охоты, а длинные волосы спутаны с застрявшими репейниками и листьями.

Когда он подошел ближе, Тери поежилась из-за запаха свежей крови и грязи, стало тошно — будто оказалась на бойне для скота. Нагло изучающий взгляд мужчины заставил девушку покраснеть до кончиков заостренных тролльих ушей. Однако подойдя вплотную к ее кровати, он замер, начал меняться в лице – оно быстро вновь становилось самоуверенным и спокойным. Он потянулся рукой к балдахину, ловко развязывал шнурок на нем. Тяжелые плотные занавеси в мгновение ока упали, погружая девушку в кромешную непроницаемую тьму с привкусом пыли, накопившейся в ткани.

— Будут носить воду, — объяснил он погодя пару минут, — лучше не высовывайся.

— Воду? Зачем? — спросила опешившая Терисия.

— Для купания.

Диалог исчерпан, но девушка еще долго в напряжении ждала каких-либо слов от Варда. Например, о том, где он пропадал ни много ни мало всю ночь и утро. С другой стороны, нужно быть очень тупой, чтобы не догадаться, что мужчина отправлялся на охоту, им же нужно чем-то питаться. Да и грубость в его поведении вполне можно объяснить усталостью от бессонной ночи выслеживания добычи. Вздохнув, Тери попыталась расслабиться.

Но сделать это было не суждено: скоро только и слышен был скрип дверных петель, половиц, топот ног и команды Варда не плескать воду на пол. Набиравшим ванну слугам мужчина также приказал принести таз для разделки мяса, от предложения отнести тушу на кухню ответил односложным отказом без комментариев. Судя по голосу Варда, он был в ужасном настроении, а его терпение могло лопнуть в любой момент. Терисия засомневалась в собственных выводах, что у этого мужчины большое и доброе сердце, что он в чем-то особенный. Нет, выходит, самый обычный человек.

Тери нащупала твердый переплет книги под матрасом. Она была на прежнем месте, а значит, увиденное вчера, в комнате этажом выше, не было сном. Девушка фолиант даже не открывала ни разу, спрятала, как ей кажется, в надежном месте. Но еще пару часов перед сном она чувствовала, что руки, которыми она несла книгу, обдавало теплом, как если бы она грела их у камина. Терисия боялась делать какие-либо выводы насчет всего этого, не хотела думать, кем могла быть та исчезнувшая женщина. Столкнуться с правдой была еще не готова и не знала, будет ли готова к этому когда-то. Но идея выкинуть или сжечь книгу в голову не приходила, зато Тери боялась, что ее может увидеть Вард. Что он скажет, узнав ту странную историю?

— Выходи!

Занавеси балдахина поднялись так же быстро, как и опустились. Мужчина распахнул окно и впустил свежий зимний воздух, а сам встал возле распахнутых створок и голыми руками сдирал шкуру с оленя. Из одежды на нем остались только грязные сапоги и штаны, ни рубахи, ни жилета не было. Кровь от разделки туши брызгала на пол, но больше всего на самого Варда, видимо, потому он и снял часть одежды. Когда мужчина повернулся, Тери не столько внимания обратила на его неопрятный внешний вид, сколько на впечатляющее телосложение. Они встретились с ним глазами, и девушка ощутила, что вновь краснеет.

— Вода остынет, — сказал он слегка раздраженно, но пытался себя сдерживать.

Из-за того, что у Терисии на время отпал дар речи, она сначала непонимающе хлопала глазами и молчала, а взгляд Варда становился все суровее.

— Мне нужно помыться? — девушка с большим усилием воли заставила себя нарушить наряженную тишину. Тери отвела глаза от сбивающего с толку тела мужчины, но теперь ситуация стала казаться ей странной. Он вымазан с головы до пят, а ванну набрал для нее? Она настолько грязнее него, что ли?

— Вода. Остынет. — Четко повторил Вард, затем отвернулся и продолжил заниматься разделкой оленихи.

С чувством растущей обиды, девушка направилась в уборную комнату, не забыв громко хлопнуть дверью. Стены, дверь и стекло единственного окна — всё было покрыто испариной от горячей воды в деревянной лохани. Густой пар напомнил туман, но девушке было не до него. Из глаз Тери текли слезы, но она быстро снимала с себя частично обгоревшее платье, разматывала бинты, скинула исподнее и залезла в воду. Девушка чувствовала, что обида на Варда достигла максимума и застряла в области груди болезненным комком, но Терисия не давала воли своим чувствам, сдерживала рыдания, чтобы их он не услышал. Она боялась, что даже если мужчина поймет, что она плачет, ему попросту будет все равно. Равнодушие от него казалось хуже отвращения.