Лесная тень (СИ) - Фабер Майя

Беон молчал. Только старался выйти из лавки до того, как утром появлялась я. Наверное, так было лучше, но я всё ждала и ждала. Лекарство ничего не изменило, разве что то, что Монти сможет погулять на моей свадьбе. Рано или поздно, я всё равно останусь одна, и мне нужно было выйти замуж до того, как это случится. Слухи обо мне будут жить здесь вечно, без защиты брата, пусть и весьма призрачной, меня затравят очень быстро. В глубине душе я надеялась, что Финн просто даст мне несуществующий рецепт и уберётся восвояси побыстрее, тогда у меня ещё будет время затаиться, пока всё как-нибудь наладится само собой. Иногда я думала, что стоило оставить всё как раньше, не заключать сделок с лешим, и мне становилось стыдно за такую подлую слабость.

Хуже были только посетители лавки, которые теперь заходили не за мясом, а поглазеть на меня да в десятый раз задать какой-нибудь очень оригинальный вопрос. Как там колдун? А правда ли он колдун? Чего замышляет? А девка то ему на что?

«Девка» пожимала плечами и безуспешно пыталась перевести разговор на мясо. Арни сочувственно пялился из угла. Казалось, что иногда он порывался что-то сказать, но смелости не доставало. Впрочем, оно того и не стоило, на его месте я бы тоже не стала встревать.

Особенно сердобольные жители напротив старались помочь. Так одна тётушкина подружка принесла пучок вонючей травы с болота, перевязанный старым шнурком, и велела всегда носить при себе.

— От сглаза и нечисти бережёт, — трясла она пучком перед моим лицом, так что капля грязи прилетела мне на щеку, а я никак не могла выбрать момент, чтобы её стереть. Казалось, что даже мои глаза сами собой косились, чтобы её увидеть, так сильно она царапала мне душу.

— Спасибо, — поспешила я вырвать у покупательницы подарок, пока она мне всю вырезку болотной жижей не закапала.

Она расплылась в довольной улыбке и сбежала, тётушке докладывать, не иначе. Проверять, что за дрянь мне подсунули, не хватало ни сил, ни желания, поэтому я просто утопила её в нужник. Чтоб уж точно не нашли, с них станется рассказать мне до чего же я неблагодарное существо.

Были и другие посетители. Те, что начинали спорить, требовать хозяина и отказываться что-либо смотреть, пока он не придёт. Беона в лавке днём почти не водилось, так что громкие выступления заканчивались безуспешно. Кто-то уходил без покупок, при этом неизменно рассказывал на всю улицу, что «нечистым обслуживать себя не позволит» и, конечно, — «где это видано». Другие сдавались, предпочитали сделать вид, что ничего они, собственно, такого сказать и не хотели. Голод часто был последним аргументом, а чтобы держать в Хюрбене скот в каждом дворе, не хватало ни места, ни сил, ни людей, молодёжь то продолжала сбегать в столицу. Мясо из рук распутной девки ещё можно было переварить, а вот с мясом из рук девки колдуна выходило немного сложнее.

Мне оставалось только терпеть, и я вполне успешно убеждала себя, что награда была больше потерь. Монти становилось лучше, он даже обмолвился о том, чтобы снова начать брать заказы на обувь. Я посмотрела на свои драные сапоги и захлопала в ладоши. Хорошую кожу придётся привезти из столицы, запаса то больше никакого не осталось, а я стану первым и самым благодарным заказчиком.

Арни искал для меня книги. Надо признать, довольно безуспешно, но я никогда в него особо не верила, так что и разочарований не испытывала. Решила, что он забыл о поручении, как только покинул лавку в тот день, когда получил его.

Через неделю всё изменилось. Я как раз закончила укладывать Финна спать, то есть с проклятиями стащила его со стула на пол, чтобы не разбил безмозглую голову при падении. Сильно сомневалась, что ему это пойдёт на пользу, тараканы у него и так давно из ушей выпадали, как он только с ними уживался. Услышала гостей во дворе и выглянула в окно. Арни топтался с ноги на ногу. Он остановился посреди двора и нервно озирался по сторонам, лицо побледнело, глазищи превратились в блюдца. В руках у него была книга.

— Ну-у и жутко тут в темноте, — доложил он, когда я появилась на крыльце знахаркиного домика. Зайти внутрь или хотя бы постучать Арни сам не мог, дом не пускал никого чужого, кроме меня и Финна.

— Ты же защитник, чего тебе бояться? Просто лес вокруг.

— Ага, просто лес, — протянул он. Пробовал передразнить меня, но вышло тоненько и жалко. — С волками.

— Да какие волки, — отмахнулась я, протягивая к нему руку. — Один случайный забредал, и того уже неделю не слышно. Ушёл.

— А-а откуда ему забрести? Оборотень, небось. Вон, этот…

Арни покивал в мою сторону, указывая на дом.

— Да, Финн тот ещё оборотень, то злой, то добрый, и никакого лешего не понятно, когда следующая смена настроения, — я театрально закатила глаза, но на Арни не подействовало. То ли в темноте не так эффектно смотрелось, то ли он и вправду испугался. — Не болтай, а то накличешь.

Он послушно заткнулся, видимо, решил выполнить это указание сразу. Для разнообразия. Протянул мне книгу.

— Где взял?

— У бабки мельничихи на чердаке нашёл.

— И спёр? — подозрительно покосилась на него я. Мне только проблем с очередной болтливой бабкой и не хватало.

— Спросил, — надулся Арни. — Она слепая совсем, все равно не читает. Даже не знает, что там. Сказала, что от мужа осталось, а ей выкинуть некому, будет холодная зима — сожгут на обогрев.

Я выхватила у него книгу и прижала к груди, словно собралась спасать её от надругательства. Судя по виду, ей и так давно не хватало обложки и половины страниц, оставшиеся гнулись и давно пропылились. Походила она на чей-то дневник, я мельком глянула на первую страницу и заметила дату, чуть меньше двадцати лет назад.

— Ну я пойду? — уточнил Арни и, казалось, только чудом не перешёл на писк.

— Возвращать надо?

— Нет. То есть, если не нужно, то можно. Там ещё другие есть, если что. Некогда было выбирать.

Я махнула ему рукой, и он убежал в город. Последние слова окончательно уверили меня в том, что разрешения он ни у кого не спрашивал.

Финн бредил во сне, а мне пора было уходить. Я постояла над ним, закусив губу и раздумывая, можно ли оставлять его в одиночестве. Ждать до утра пришлось бы долго, да и неизвестно, проснётся ли он так рано, чтобы я ещё успела в лавку до первых покупателей. Мне жутко хотелось узнать результат. Я только сейчас поняла, что прониклась поисками неизвестно чего, что мне нравилось в них участвовать, знать бы ещё, какой приз ожидал в конце. Ладно, решила я, покупатели не убегут. Свернулась у печи, прислонив к ней усталую спину. По косточкам приятно разливалось тепло.

Встал Финн с первыми бледными лучами солнца. Громко стукнулся лбом о ножку стола, рядом с которым лежал, и заковыристо выругался на неё. Я хихикнула, чем заработала свой первый на сегодня злобный взгляд зелёных глаз, любезно подождала, пока Финн примет вид хозяина в доме и протянула ему книгу, которая всю ночь пролежала у меня в ногах и тоже приятно нагрелась. Финн закономерно сморщился, я также закономерно обиделась, но с интересом пялиться не перестала.

Он едва успел пролистать пару старых, погнутых страниц, но по его лицу я уже поняла, что мы что-то нашли.

Глава 15

Финн небрежно листал книгу, разыскивал нужную дату. Старые листы разлетались и падали на пол. Один из них приземлился далеко под столом, у самой стены, словно старался скрыться от остальных, чтобы наконец начать своё собственное путешествие в большой мир за пределами чердака дома старой мельничихи. Я вполне разделяла его чувства, если бы они у него имелись. Вниз полетели ещё два листа, я не выдержала и всхлипнула, испугалась, что сейчас они совсем погнутся, рассыпятся на куски или просто исчезнут как по колдовству. Мне было жаль всё, что содержало живую историю, даже если оно оказалось таким побитым временем. Особенно — таким.

Финн бросил на меня короткий взгляд:

— Они всё равно перемешаны. Их уже роняли, а потом собрали как получилось, — с досадой произнёс он, словно прочитал мои мысли.