Лунная песнь (СИ) - Шелинс Елена

— А именно?

— Телесным воплощением злого духа. Хейви.

Распалившийся Сэндом встал и заходил кругами:

— Верно. Хэйви. Как думаешь, зачем плодить подобных чудовищ?.. Для чего это может быть нужно?

— Не понимаю… Просто незачем. Это лишь приумножение зла в этом мире.

— Так кажется, пока не увидишь правды. Лия, ты знаешь откуда люди Севера имеют свои способности?

— По легендам мы получили их от высших духов.

— Можешь сказать, как?

— Я… не знаю. Мне не рассказывали об этом.

— Да, ведь ты не прошла посвящение. Высшие духи… они когда-то породнились с людьми. Северянки родили детей от этих союзов. Все мы несем крупицы той силы, которая проникла в нас через кровь, и которая дает нам некую власть над существами тонкого мира. Мы можем повелевать низшими духами, и изгонять хейви благодаря этому дару.

— Но… разве вообще возможно совокупится с существом тонкого мира?.. И правящая семья Нэндос говорит о том, что…

— Что в них кровь высших духов? Лия, это кровь есть во всех нас. Правящая семья Нэндос должна была каким-то образом сохранять пропорцию этой силы, то есть, продолжать вступать в союзы с высшими духами, чтобы поддерживать её. Я слышал, они говорят, что их союз изначально был особенный, что это — нечто иное, что их посетили высшие уже тогда, когда на Севере существовали говорящие с духами.

— И к чему ты ведешь?..

— Я знаю другую версию. Менее приятную для клана Нэндос.

Сэндом замер, взглянув мне в глаза:

— В них течет особенная кровь не высших духов, нет, Лия. Их посетили древние хейви.

Повисла тишина. Я с открытым ртом замерла, смотря на друга и не веря своим ушам.

Тот продолжил:

— Кровь людей от союза со злыми духами даёт особые способности. Способности управлять хейви. Не могущественными, а такими, как, например, становятся жертвы гнильянки. Просто представь. Огромная, постоянно возрастающая армия, которая способна захватить весь Север. Поставить всех на колени. Возвеличить клан Нэндос. И они решили начать с нас, как со своих давних врагов.

Шок уже начал проходить. Я слушала Сэндома, не стирая прежнего, ошарашенного выражения лица, а тем временем напряженно размышляла.

Сэндома я знала с детства, и пусть и не могла назвать все его поступки адекватными и достаточно рассудительными, напротив, но на психа он никогда не походил, лишь на отчаянную сорвиголову. Да, появление гнильянки в нашем поселении могло его подкосить. Заболел не только его лучший друг, он же мой брат, но и многие его близкие товарищи, с которыми Сэндом, наверняка, не единожды бывал на заданиях. К тому же, он мог часто участвовать в стычках с Нэндос, что изначально, думаю, и распалило его ненависть к этому клану.

Но чтобы выдумать такое?..

— Откуда ты всё это знаешь? — спросила я.

— Слухи о грязной крови правящей семьи Нэндос ходят достаточно давно, — пожал плечами Сэндом. — Это нередкая тема за костром, когда сидишь возле шахт, и когда где-то неподалеку шастают нэндесийцы, которые считают, что местный хейви — их работа, а не наш заказ. Раньше я считал это байками, злым анекдотом, пока к нам не пришла гнильянка, а следом за ней и эти уроды, которые всегда мечтали избавиться от нас. Таких совпадений не бывает, Лия. Нас всех хотят уничтожить.

— Но никаких доказательств, как я понимаю, у тебя нет?..

— Когда они будут у нас на руках, будет уже поздно, Нэндос достаточно наделают дел, чтобы их было уже не остановить. Иллиан не зря сюда приехал, Лия. Думаешь к очагу болезни кто-то в здравом уме отправил бы столь важного для клана человека? Но это отродье не может заразиться гнилью хейви, потому что она и так есть в нём. И здесь отличие Иллиана от изумрудных прокаженных лишь в том, что тело не гниет, разум сохраняет иллюзию ясности. А сам Иллиан пришёл, чтобы проследить за исполнением их плана и взять под контроль своих первых переродившихся воинов.

— Но пойми, раз пока нет доказательств, и это лишь догадка, мы не можем быть уверенны, что Нэндос…

Кулак Сэндома с яростью опустился на стол, заставив подпрыгнуть чашки. На деревянную поверхность плеснуло травяного чая, на мои пальцы упали горячие капли.

Я, не отдавая себя отчета в том, что делаю, вскочила на ноги, будучи готовой привести своего старинного друга в чувства.

Заметив мою позу, Сэндом убрал руку со стола и горько ухмыльнулся:

— Спокойно, малышка Ли. Я держу себя в руках, хотя нервов у меня уже начинает и не хватать. Тебе нужны железные доказательства? Так и найди их сама, сейчас ты ближе всего к Иллиану и тому, что происходит наверху. А пока мы будем готовится. Мы не дадим себя уничтожить.

Из-за стены вдруг раздался грохот, словно что-то рухнуло на пол. Сэндом встрепенулся, и я поспешно сказала:

— Я, пожалуй, пойду. Но… обещаю, я разберусь. Узнаю правду. А пока не спешите… с реализацией своих планов.

Молодой человек растерянно кивнул, словно его мысли занимало уже нечто совершенно другое. Затем вздрогнул, что-то вспомнив:

— Подожди… перед уходом прими это, — Сэндом выключил конфорку и снял кастрюльку с грибным отваром.

— Зачем?..

— Мне кажется, Мирра подхватила то, что врачи называют ротавирусом. Кишечный грипп. Для профилактики лучше выпить, это помогает.

Он влил небольшую часть отвара в одну из пустых чашек и вручил её мне. Затем махнул рукой и быстрым шагом скрылся в глубине дома.

Жидкость на вкус оказалась невыносимо горькой. Я сделала пару глотков, отставила ещё почти полную чашку и направилась к выходу.

Деревня уже просыпалась. Захлопали ставни, зазвенели распахиваемые калитки. Первые сонные прохожие, слегка зевая, направлялись по своим будничным делам. Под ногами чуть заметно зазмеилась и пропала дымка, — низшие духи предпочитали прокрадываться на территорию поселения по ночам, когда большая часть людей спала, а утром спешила вернуться обратно, в Шепчущий лес.

Раскинуть на всю границу некую преграду, которую не сможет пересечь ни один пронырливый дух, было невозможно. А значит, если источник заразы здесь, остается вероятность заражения леса. Возможно ли перерождение низшего духа в хейви из-за гнильянки, я не знала. Но было очевидно, что ничего хорошего с порождением тонкого мира после инфицирования не случится, и в любом случае он сам станет разносить смертельно опасную заразу.

Подгоняемая такими невеселыми мыслями, я поспешила к Дому старейшин, где охрана подсказала мне, в каком именно доме сейчас расположилось представительство Нэндос.

Как я и думала, дядюшка отвел им одно из лучших строений, которое принадлежало его семье.

Три этажа с длинными балконами по всему периметру, голубые изящные витражи, множество декоративной мишуры, в которой я так мало понимала. Обложенный белым камнем прудик с проточной журчащей водой, где высунули головки фиолетовые лилии, шёл перед зданием полукругом. Под ногами слегка скрипнули доски, когда я ступила на широкий деревянный мостик, ведущий к входу.

Охрана, несколько крепких нэндесийцев, видимо, уже успели запомнить меня в лицо и были предупреждены о моем возможном появлении. Они без всяких вопросов пропустили меня внутрь, достаточно низко поклонившись мне как члену семьи вождя. Подобные почести были непривычны, но я неосознанно распрямила плечи, как бы подыгрывая, и уверенной походкой прошла в зал.

Теперь на первом этаже этого дома, который задумывался как дом для важных гостей, располагалось подобие представительства. Миловидная служанка с татуировкой в виде рыбы на руке жестом указала мне на комнату с двухстворчатыми дверьми, но едва я сделала шаг, те распахнулись, и мне на встречу стремительным шагом вышел Иллиан собственной персоной с уже знакомым мне послом.

Если посол сегодня был в длинных расшитых одеждах, то наследник Нэндос мало чем отличался от обычного говорящего с духами. На нем была удобная, не стесняющая движения одежда с темными кожаными накладками, которые были расписаны рунами, оберегающими важные жизненные точки от прикосновений духовных сущностей тонкого мира.