Строптивая невеста магистра (СИ) - Пенкина Анастасия

А меня больше настораживало кому из магистров мы будем помогать. Знакомство с Дорой у нас явно не задалось, и я предвкушала предвзятое отношение к себе.

Но чутье меня в очередной раз подвело.

— Проходите, адепты, — мягко позвала магистр Нарбут, когда мы вошли в главную теплицу, больше походившую на изящную оранжерею. — А где Эдриан?

Магистр Нарбут нахмурилась, но ответить ей никто не успел. Принц появился в последний момент. Недобро оглядев нашу компанию, он демонстративно встал в метре от нас и, сложив руки на груди, посмотрел на магистра.

— Ну, раз все в сборе, начнем, сегодня мне нужна помощь с рассадой… — вновь принимая невозмутимый вид сообщила Дора.

Внутри теплицы было теплее чем на улице, а еще влажно, пахло цветами и свежей листвой. О многих растениях я никогда не слышала. Так что с интересом осматривалась.

В дальней части теплицы стоял большой деревянный стол с множеством маленьких глиняных горшков.

— Для начала нужно наполнить горшки землей, затем посадить семена и немного удобрить, — принялась раздавать указания магистр. — Вон в том мешке земля, а в том — куриный помет. Я покажу сколько нужно на каждый горшок.

— Куриный помет?! — одновременно с ужасом и возмущением воскликнула Марси.

— Вас что-то смущает, леди Залман? — обернулась на возглас магистр Норбут и окинула мою новоиспеченную подругу ледяным взглядом.

Мне, конечно, тоже не нравилась перспектива ковыряться в земле и куриных фекалиях. Но инстинкт самосохранения подсказывал — не стоит злить Дору. У нее точно не все в порядке с головой. И кто знает куда нас отправят отрабатывать, если мы ее прогневаем? Например, ковыряться не в курином навозе, а в лошадином. Наверняка где-то в академии есть конюшня и ее нужно убирать.

— Ну что вы, магистр, мы в полном восторге, — ответила я вместо Марси и выдавила из себя широкую улыбку.

— В шкафу инвентарь, — бросила Дора.

Вооружившись садовыми лопатками и перчатками, мы обступили стол. Парни пододвинули мешки с землей и навозом поближе, чтобы не пришлось бегать, и мы принялись за работу. Пока мы наполняли горшки землей, время шло быстро, и я даже не устала, как пол дела было сделано. Осталось посадить семена и присыпать их удобрением с землей.

— Теперь возьмите по горсти семян, в каждый горшок нужно положить по два семечка, — продолжила магистр.

На удивление ее было приятно слушать. Я словно оказалась на практике по зельеварению и травалогии, которые начнутся у нас только во втором семестре.

Близнецы так и вовсе откровенно пялились на Дору. Но она словно не замечала их осоловелых взглядов и продолжала рассказывать, как правильно сажать полезное растение — Рыбье сердце.

— Напитайте землю магией, только не переборщите. Особенно это касается вас, адептка Боррель. — Рыбье сердце не прихотливо в магической подкормке. Но излишки могут сгубить даже его.

— И зачем нам его столько, — пробурчал себе под нос Лиам. Но Магистр его услышала.

— Это основной ингредиент для приготовления зелья, которое адепты будут принимать перед отправкой в Морской город. Похоже, кое-кто слишком легко получил зачет в прошлом семестре по моему предмету, да, адепт Райт?

— Что-то вылетело за лето, — сдавленно проговорил Лиам, поняв свою оплошность.

— Боюсь, туда ничего и не влетало, — устало вздохнула Дора, стягивая с изящных рук перчатки испачканные землей.

Раздав указания, магистр оставила нас одних и ушла в соседнюю теплицу. Сквозь мутные от влажности стекла виднелись очертания хищных растений, они шевелились и мне даже показалось рычали. И как она не боялась оставаться с ними наедине?

— Вот бы сама и подкармливала, — проворчала Агата себе под нос, когда в очередной раз сгубила семечку. Хоть она старалась говорить тихо, я ее отлично слышала, как и близнецы.

— Она не может, — ответил вдруг на бурчания девушки Клайф. — Магистр Нарбут практически «пустышка». Она, кончено в совершенстве знает теорию, но магией практически не пользуется. Думаешь почему она преподает всего лишь зельеварение и травологию, хотя из такой сильной магической семьи? Вторая ветвь между прочим…

— Вот как… — я не смогла скрыть своего любопытства и теперь по-новому взглянула на Дору, которой точно не быть Аксельдор.

Пустышки в сильных магических семьях встречались крайне редко. Но такое бывало. Если моя семья в своей гибели виновата сама, то другие семьи, попросту не выжили, их магия иссякла. А вместе с ней постепенно угасал и весь род.

Похоже, такая участь могла грозить и роду магистра Нарбут.

И почему-то я посочувствовала Доре. Мне никогда не понять ее проблем. Любить сильного мага и понимать, что никогда не сможешь построить с ним семью и родить наследника.

Должно быть это очень печально. Ведь такие как Леонайд Аксельдор не женятся на пустышках.

Да что уж там, даже на мне он не собирался жениться! Хотя уровень моей магии он не знает. Он просто не собирался связывать себя брачными узами, сам об этом сказал.

Заниматься рассадой, проращивать семечки до первых листиков, оказалось очень увлекательно. Это меня успокаивало. Я не успела заметить, как время отработки подошло к концу. Вернулась Дора и милостиво разрешила возвращаться в общежитие.

— Ты идешь? — заметила Марселина, что я задерживаюсь.

Честно говоря, я еще не была готова уходить. Мне оставалось еще несколько горшков, чтобы закончить со всем, что приготовила на сегодня магистр. Пусть она и отпустила нас, но я хотела еще немного побыть тут. Не возвращаться в академию, где мысли о собственных проблемах вновь начнут мучать меня.

— Не жди меня, — предупредила я Марселину. — хочу закончить.

— Ну как знаешь, — немного удивилась моему порыву трудолюбия соседка. — Я уже просто мечтаю о горячей воде и хорошем мыле. Сегодня был жутко тяжелый день.

Магистр тоже оказалась не против моей инициативы. Только попросила прежде чем уйти:

— Закрой теплицу, когда закончишь, Де Вилье. Только не надейся, что это спасет тебя от завтрашней отработки, — строго предупредила она.

— Я и не рассчитывала.

— Вот и хорошо.

И на лице этой женщины промелькнуло что-то похожее на ухмылку. Но не злорадную, а одобрительную, что ли.

Может, я зря записала Дору в злодейки и любовницы своего жениха?

Спрашивать я, конечно, ни у кого не стану. Собственно, мне это и ни к чему знать. Личная жизнь Леонайда Аксельдора не должна меня касаться.

Я задержалась всего минут на десять. Но из-за тишины окружавшей теплицы казалось, что уже глубокая ночь.

Покинув теплицы, я направилась к замку. Надеясь, я не нарушу комендантский час в первый же день занятий.

Но не успела дойти до нужного перехода, как оказалась прижата к стене.

От неожиданности я не успела среагировать и больно ударилась о шершавый камень.

— Я хочу знать, как ты это сделала, — сходу потребовал принц, придавливая мое плечо к стене, чтобы я не сбежала.

Ставить магический щит было уже поздно. А ударять магией — боязно. Все-таки принц как никак. Меньше всего мне бы хотелось привлечь к себе внимание Короны. Законы в нашем королевстве не гуманны к изменникам и заговорщикам. За подобное преступление предусмотрено только одно наказание — смерть. Смерть всего рода.

В пансионе я интересовалась, а что будет, если я расскажу всем, кто на самом деле. Все-таки меня еще и на свете не было, когда случилось восстание. Почему я должна страдать за грехи предков?

Желание объявить себя последней из рода Атталь быстро отпало, когда я наконец проникла в архив пансиона. Так уж вышло, что раньше он находился при монастыре и чего его послушницы только не записывали. Нашлись похожие случаи в истории.

Все на что я могла рассчитывать — это сохранение жизни. Жизнь в обмен на жизнь, если так можно выразиться. И на этом хорошее заканчивалось.

Как представительницу сильной магической семьи меня бы сделали… Что уж тут подбирать выражения… Племенной кобылой. И никакого восстановления статуса. Ни прав, ни свободы. Даже детей, и тех забрали бы.