В погоне за ведьмой (СИ) - Лебедева Ольга

Задний двор нашего дома встретил нас тишиной и покоем. Я так радовалась возвращению в родные пенаты, что даже простила Аве не слишком мягкую посадку. Надеюсь, бабушка тоже не станет сердиться, увидев, во что превратились ее посадки целебных растений после нашего приземления. К счастью, сундук оказался крепким не только на вид и сохранил свою целостность даже после ощутимого удара о землю. Лишь замок глухо звякнул о медные пластины, которыми был перетянут сундук, но остался висеть на месте, надежно оберегая доставшееся мне в награду сокровище.

Зато у меня некоторые части тела после такой посадки наверняка покроются синяками. Хорошо хоть зубы и кости остались целыми, их так просто не восстановить. Пришлось бы обращаться за помощью к магам, а это дополнительные расходы, что при нашем скудном бюджете…

Впрочем, о чем это я? Мы же теперь богаты!

— Ба, ты только взгляни, что у меня есть! — закричала я во весь голос, и что есть мочи рванула к дому. Вслед за мной устремился дракончик, по-прежнему сохранявший режим невидимости и потому о его присутствии можно было догадаться лишь по гулкому топоту и горячему дыханию, ударяющему мне в спину.

Дверь заднего хода немедленно распахнулась, с громким стуком ударившись в стену, и перед моим взором предстала бабушка. От неожиданности я сбилась с шага и получила увесистый толчок пониже спины, от не успевшего вовремя затормозить дракончика.

Внешний вид бабули впечатлял. Даже я, привыкшая видеть ее и в гневе, и в радости, была несколько ошеломлена увиденным.

Во-первых, она явно помолодела. А ведь убеждала меня, что в ближайшие десять лет не станет пользоваться собственноручно изготовленным средством для омоложения.

Во-вторых, где это видано, чтобы Матильда Филидор самолично выскакивала из дома, едва заслышав мой зов? Обычно это делала Селия, и вот она-то и докладывала бабушке о случившемся. Разумеется, если я не успевала сделать это первой. Все же бегаю я быстрее пожилой кухарки.

А в-третьих, мне хотелось бы знать, что делает в нашем доме лорд Навье? И почему он выглядит так, будто собирается, как минимум, выдрать меня плетьми. Перед ним то я в чем провинилась? Мы ведь, кажется, расстались с ним миром. Неужели обиделся на то, что я отказалась воспользоваться его гостеприимством, решив переночевать не в чужой постели, а дома? Так я вроде бы ему не жена, да и новообретенный статус невесты пока под сомнением. А значит, ничем ему не обязана. В том числе и проживанием под одной крышей.

— Деточка моя, Абелия, где ты была, дорогая? — в голосе бабушки прозвучали мягкие нотки, напоминающие сюсюканье с младенцем. Это заставило меня еще больше насторожиться. Такой свою бабушку я прежде не видела. Не иначе ведьма замыслила какую-то пакость, это вполне в ее духе. К примеру, немедленно выдать меня замуж вот за этого злого лорда.

В поисках поддержки, я оглянулась назад и успела заметить исчезающий в густых кустах сундук. Это Ава благоразумно решила скрыть сокровище от чужих глаз. Быстро она сориентировалась, ничего не скажешь. Мне же ничего не оставалось, как отвлечь внимание на себя. Лорду Навье уж точно не следовало знать абсолютно все тайны нашей семьи. Хватит с него и тех сплетен, что распространяют о нас по герцогству злые языки.

Мартель действительно плохо себя контролировал, когда после долгих блужданий по болоту, вынужден был вернуться в свой замок ни с чем. Абелия будто сквозь землю провалилась, или утонула в болотной жиже, что в общем-то означало для нее одно и то же

— верную смерть.

Случись нечто подобное с любой другой девушкой, лорд Навье уже объявил бы в герцогстве траур по погибшей невесте. Однако, он не спешил делать этого, так как успел не раз убедиться в том, что с Абелией никогда и ни в чем нельзя быть уверенным до конца. Она настолько непредсказуема, что даже родную бабку временами ставит в тупик. Достаточно вспомнить ее недавнее посещение родового замка и благополучное возвращение оттуда без какого-либо ущерба для себя, что раньше считалось полностью невозможным.

Как позже выяснилось, слово «невозможно» для Абелии в принципе не существует. И потому у Мартеля оставался один выход — вновь обратиться за помощью к леди Матильде. Лишь она могла точно определить, жива или мертва ее внучка. А даже если ведьма снова не обнаружит ее следа, как уже случилось однажды, то и в этом случае они будут знать, где ее искать — в проклятом замке семьи Филидор.

Лорд Навье не привык медлить, когда решалась чья-то судьба. Единственное, что он сделал, так это сменил свой наряд перед тем, как отправиться с визитом к знатной даме.

Не мог же он явиться в дом к благородной леди в грязной одежде. Не только из уважения к ней, но и из нежелания ее напугать.

И вот не успел Мартель перешагнуть порог дома своей нареченной и объявить леди Матильде о цели визита, как невеста явилась сама. Разумеется, герцог сперва опешил от такого совпадения, а когда рассмотрел, в каком виде предстала перед ним девушка и насколько счастливой при этом выглядит, пришел в бешенство.

Он, как последний дурак, всю ночь носился со своими людьми по болоту, не спал, не ел, весь извелся от переживаний, как наяву представляя самое худшее из того, что могло с ней случиться, а она заявляется, как ни в чем не бывало, довольная собой до крайности, словно не шаталась всю ночь невесть где в одном халате на голое тело.

Леди Матильда разочаровала его не меньше, чем сама невеста. Разве не ей, как старшей родственнице, полагалось следить за нравственным обликом своей внучки? А в результате

— ни слова упрека, лишь нескрываемые забота и нежность в словах, обращенных к этой негоднице. Не удивительно, что девчонка творит такое, за что более ответственные родители устраивают своим непослушным чадам знатную трепку. Он и сам бывало проказничал в детстве, да и в юности часто совершал необдуманные поступки, за что неизменно получал нагоняй от отца. Потому и добился в жизни многого, что родители относились к его воспитанию со всей серьезностью. Тут же сплошное попустительство и полнейший беспредел. Чего ожидать при таком положении дел от девушки, страшно даже представить. А, в общем-то, нечего представлять, все и так видно, лучше некуда.

И вот это взбалмошное создание претендует на роль его жены? Да над ним, свяжись он с ней, будет потешаться вся империя. Стоит только представить Абелию ко двору, и его враги смогут спать спокойно — супруга доконает его раньше остальных, им и делать для этого ничего не придется, она легко справится со всем сама.

— Потрудитесь ответить на вопрос вашей бабушки, юная леди, — произнес лорд Навье таким тоном, каким обращался лишь к закоренелым преступникам, вина которых не подлежала сомнению.

Абелия вздрогнула, качнулась вперед и почему-то оглянулась назад, бросив быстрый настороженный взгляд сначала себе за спину, а потом чуть дальше, туда, где росли густые кусты.

Мартель присмотрелся получше и заметил за спиной девушки едва заметное колебание воздуха, на которое при других обстоятельствах не обратил бы внимания. Но теперь ему стало интересно, что за дрянь притащила ведьма «у себя на хвосте».

Определенно, это было что-то живое, хоть и невидимое глазу. Это мог быть дух-скиталец или элементаль. В любом случае, давать ему доступ в свой дом явно не стоило. Мало ли что у этих сущностей на уме?

— Мы с Авой, как обычно немного заблудились, — Абелия скромно потупила глазки и умолкла, словно этих слов должно было хватить для оправдания ее длительного отсутствия.

— На вашем месте, леди Матильда, я провел бы ритуал изгнания, прежде чем позволить леди Абелии переступать порог. Если конечно, вы не желаете разделить свой кров с невидимым постояльцем, — обратился Мартель к хозяйке дома, внимательно следя за реакцией девушки на свои слова. Абелия вздрогнула и упрямо поджала губы, приготовившись защищаться. Сомнений у лорда Навье не осталось: она точно знала, что вернулась домой не одна. — Кто там прячется у вас за спиной, юная леди? Вы хоть знаете, как опасны бывают элементали, не говоря уже о неприкаянных душах, истово желающих занять чье-либо тело, чтобы продолжить свое существование в этом мире?