Хозяйка таверны 'У Мило' - Екатерина Стрелецкая

«Мальчики» не просто сгоняли на мою родину, ещё и Лэрта с Твором соблазнили на путешествие с Савáном. Довольный Густав, пока Магнус делал наброски конструкции с вертикальным вертелом, достал из-под плаща тубус, в котором обычно свитки с донесениями хранятся и... вытащил из него ещё одну шаверму.

— Маг, отвлекись! Можешь парочку вот таких сделать с рунами, чтобы этот рулет из мяса, салата и соуса не портился?

Магнус на минуту оторвался от чертежа, разглядывая тубус:

— Вообще, без проблем. Тебе прямо сейчас?

Густав сорвал половину бумажной обёртки и впился зубами в лаваш:

— Когда вертел сделаешь. С собой брать буду, а то пока с поручениями ношусь, не всегда даже присесть получается, чтобы нормально перекусить.

— Ты, главное, когда очередное донесение Его Величеству вручать будешь, смотри не перепутай. А то за удивление короля будешь на плахе отвечать...

— Угу, если бы, — Густав моментально нахохлился. — Он же и послание стребует, и закуску эту отберёт, а мне опять ходи голодным...

Мда... Суровые трудовые будни венценосных особ и их посланцев... Представляю себе короля с державой в одной руке и шавермой вместо скипетра — в другой. Красота!

— Гус, не дёргайся, я просто выпуклую гравировку нанесу, чтобы даже на ощупь не перепутал. Госпожа Милó, если не будете против, если я сейчас быстро эскиз набросаю, а вы цвет футляров под закуску выберите пока, только не синий и не его оттенки. Их могут только короли использовать для обозначения депеш.

Я? Против?! Да я о таком даже мечтать не могла! Собственный знак, да ещё и бесплатно! Наблюдая за тем, как изящно Магнус вывел несколько виньеток с моим новым именем, чувствовала, как превращаюсь в розовую хлюпающую субстанцию, ведь такую красоту видела лишь на титульных листах старых книг.

Лэрт с Твором вернулись, прихватив с собой не только по шаверме, но и свёрток с люля-кебаб на длинных деревянных шпажках.

— Госпожа Милó, а вы такое же нам приготовите?

Мальчики... Я для вас не только их сделаю, но ещё и фирменными шашлыками угощу! Хорошо вовремя опомнилась, чтобы не сказать вслух. Мило похлопав глазками, пододвинула блюдо с остатками манника:

— Мангал достать сможете?

Глава 37. Нагрузка

В конечном счёте мне удалось договориться не только насчёт посуды, вертела и мангала, но и на скидку для всей четвёртки. Да, я теряла часть возможного дохода с их заказов, зато не пришлось выкладывать честно заработанные денежки за работу Магнуса прямо сейчас. И это помимо того, что обзавелась с их помощью собственным знаком и печатью. Савáн даже подтрунивал, что меня, видимо, гномы покусали. Я аж вздрогнула, вспоминая низкорослого ухажёра. Лучше уж шумные орки, чем тихие гномы: договориться проще и быстрее на санкционированный мордобой, чем торговаться часами.

Потихоньку посетителей в таверне становилось всё больше, но одну закономерность вычислить удалось: утром, если не было постояльцев, практически никто не заходил. Вот это время я решила посвящать себе, раз уж выходные в ближайшем будущем не предвиделись. Савáн по моей просьбе купил пару открытых купальников и лёгкий халат, чтобы было что накидывать на себя после купания. Помощь духа леса была, конечно, неоценимой, но мне нравилось иногда после купания расслабленно поваляться на покрывале, нежась под тёплыми солнечными лучами. Если бы можно было попросить Савáна делать массаж, считала, что попала в рай. Увы, от его покрытых короткой шёрсткой пальчиков у меня тут же начинались приступы смеха. Щекотно же! Чёртик вначале обиделся, а потом, когда прошлась по нему уже своими шаловливыми пальчиками, сам смог оценить глубину проблемы. Он тоже боялся щекотки.

Но помимо закономерности с утренними посетителями, случайно обнаружила ещё одну: таверна вмещала всех желающих. Да! Именно всех, а не по количеству посадочных мест! Она попросту увеличивала количество столов, лавок и стульев, если не хватало тех, что были в ней изначально! Такой подставы не ожидали ни я, ни Савáн. Просто пробегая в очередной раз по рядам, поняла, что что-то не так, а пересчитав столы, готова была перевыть альфа-самца стаи оборотней в полнолуние. Следом заголосил чёртик, когда убедился в моих словах. Попытка нанять помощника или помощницу успехом не увенчалась: про магические свойства таверны ходило столько слухов, что люди и нелюди боялись оказаться в пожизненном рабстве. А после моего появления в качестве хозяйки, вынужденной отдавать долги за своего непутёвого мужа — и подавно. Поесть, отдохнуть — это всегда «пожалуйста», а вот наняться на работу — категорически «нет».

Хорошо, что шаверма с шашлыками хорошо вписались в меню: готовились быстро, сытость придавали надолго. Ещё мужская часть оценила гренки, подававшиеся к хмельному, поэтому времени между подачей основного заказа хватало, чтобы приготовить что-нибудь дополнительное, когда основное заканчивалось. Пришлось даже внести в меню пункт «блюдо на усмотрение хозяйки». И если в первые дни посетители с опаской соглашались на него, то потом любопытство с азартом взяли своё, посетители специально стали приходить попозже и даже ставки делать, что же на это раз будет подано.

Доходами таверны высший был доволен, даже сетовал, что не попала на его уловку с ручкой. Ага, ЩаЗ. Не собираюсь я тут навечно прикованной сидеть. Отдам долг и найду себе преемника. Если нет, то хотя бы по мирам похожу в своё удовольствие, сбавив обороты. Я ведь за все годы замужества только в походы несколько раз выбиралась, про полноценный отпуск вообще молчу. Не говоря уже про выезд за границу или хотя бы пределы области.

За месяц, проведённый на Перекрёстке миров, а точнее, с момента открытия таверны для посетителей, отказала лишь однажды в обслуживании. Когда заявились вампиры.

Две фигуры, укутанные с ног до головы в чёрные плащи, расшитые дорогими камнями и золотыми нитями, появились на пороге таверны аккурат в полнолуние. Остальные посетители только-только собирались расходиться: кто на ночлег, кто вернуться на Перекрёсток, как замерли на своих местах. Удивлённая внезапно наступившей тишиной, я выглянула из кухни, чтобы понять, что случилось.

— Вы чего-то хотели, господа?

Тот, что стоял слева от меня, откинул на плечи капюшон и, сверкая своими удлинёнными клыками, ухмыльнулся:

— Перекусить.

— Вены и артерии перекусывают в другом месте, а никак не в моей таверне.

Не хватало мне ещё тут кровавой ночной бойни. Вовек потом таверну не подниму из забвения. Меня-то тронуть не