Ведьмы не проигрывают 2 - Лия Касли

Шаилион молчал.

Люди стали расходиться с кладбища. Эвиас и Гелиана молча шли рядом. Наконец, Эвиас заговорил:

— Я виню себя только за одно. За предательство.

Гелиана остановилась и схватила мужчину за руку. Он тоже остановился и внимательно посмотрел на неё. Девушка сказала:

— Пообещай мне, что ты никогда не будешь винить себя за это. С этого момента. И больше никогда!

Эвиас грустно улыбнулся.

— Никогда невозможно быть готовым к смерти, — зачем-то сказал он, — Я потерял отца, потерял мать. Сейчас я потерял человека, который был предан мне. Я не виню себя в самоубийстве Виктории. Я виню себя в предательстве. Нужно было сразу сказать ей о нас, — Эвиас снова пошёл, — Но я обещаю, Гелиана, что тебя я никогда не предам.

— Я тоже никогда не предам тебя, Эвиас.

В этот момент картинка стала таять.

Глава 40

Я оказалась в каком-то большом красивом парке. Какой тёплый летний день! Если бы не всё то, что я сейчас увидела, то, пожалуй, у меня хватило бы моральных сил для того, чтобы порадоваться месту, в котором я очутилась.

Передо мной было красивый пруд, возле которого сидело два человека. Я пошла по зелёной травке к людям, меня окружали красивые деревья и много-много цветов! Я залюбовалась ими, отвлекаясь от своих дурных мыслей.

Но это ненадолго.

Эвиас и Гелиана.

Парочка сидела на большом пледе. Девушка ела клубнику, а мужчина пил чай из кружки. Гелиана была одета в простое жёлтое желтое платье, Шаилион был одет в своём стиле — шёлк, кожа, куча украшений.

— Не хочешь снова преподавать? — спросил Эвиас.

Гелиана сделала наигранно-задумчивое лицо и ответила:

— Ну-у-у, я стала союзницей самого декана «Колдовства», наверно, самого сильного колдуна во всей Вселенной, как думаешь, хочется ли мне работать?

Шаилион рассмеялся, после чего спросил, подсаживаясь ближе к Гелиане:

— Разве преподавание не приносило тебе удовольствие?

Девушка взяла большую красную клубнику, поднесла её ко рту Эвиаса и ответила:

— Наверно, нравилось. Просто не так сильно, как тебе.

Шаилион съел клубнику, после чего хитро улыбнулся и полез в карман своей кожаной сумки. Что он оттуда достал, мне рассмотреть не удалось.

— Ну, раз ты собрала уже двоих мужчин — и колдуна, и декана, не хочешь ли ты добавить в свою коллекцию мужа?

— Что? — округлила глаза Гелиана, откладывая очередную ягоду.

Что?

— Гелиана, — Шаилион встал на колено перед девушкой, — Согласишься ли ты стать моей женой?

Последнее, что я увидела, когда пространство стало меняться, это счастливые глаза Гелианы, которая кидается на шею к своему будущему мужу.

Меня снова куда-то перебросило. На этот раз это был длинный тёмный коридор, по которому куда-то бежал Эвиас. Я бросилась за ним, наступая в лужи, и переступая через жирных злобных крыс.

Мне стало казаться, что каменные старые стены никогда не закончатся, на меня уже стало давить это узкое невысокое пространство, как наконец, впереди я увидела какое-то помещение.

Первым в него выбежал Эвиас. Это была комнатка из такого же старого камня, но потолок здесь был повыше. Потолок комнатки был куполообразный. Посередине помещения я увидела растрёпанную Гелиану, в каплях крови. Чья же эта кровь?

— Гелиана, что ты наделала! — голос Шаилиона прозвучал громко, отчаянно, он отразился от голых стен и прозвенел у меня в ушах, — Ты убила колдуна! Ты убила своего напарника! Зачем?

Гелиана, тяжело дыша, посмотрела на тело мёртвого мужчины, который лежал неподалёку от неё.

— Я должна была это сделать, Эвиас, должна была!

— Кто сказал тебе это? — Шаилион в два шага оказался возле своей невесты и схватил её за плечи. Он начал трясти её, всё повторяя, как заведённый: — Кто, Гелиана? Кто тебе это сказал? Кто?

Таким Эвиаса я не видела никогда. Гелиана рыдала и ничего не отвечала.

— Это демоны, Гелиана? Ты связалась с демонами? Ты должна бороться с ними, ты не должна к ним примыкать!

Лицо девушки вдруг исказилось гневом. Она прокричала:

— Да! Я сделала это! Я выбрала свою сторону!

— А как же клятва колдуньи в верности? Как же клятва союзника? Как же обещание не предавать меня?

Эвиас буквально рычал от злости.

— Ты предала меня, Гелиана! Я уже не говорю, что ты предала всю нашу касту! И остальные касты тоже! Тебе доверили важное задание, с тобой пошёл мой напарник и друг! А ты так поступила! Я не прощу тебе этого!

Эвиас выпустил луч красной магии в сторону Гелианы, но она смогла увернуться, насылая на Шаилиона волну какой-то колючей, неприятной энергии. Но Эвиас был очень зол. У девушки не было шансов против него.

Следующий луч пронзил Гелиану. Возле неё стал образовываться портал.

— Неужели ты отправишь меня в Хаос, любимый? — Гелиана заплакала от страха, — Неужели ты так поступишь со мной?

Портал чёрного цвета захватывал девушку сильнее и сильнее, он рос, и по мере его роста Гелиана тонула внутри черноты всё глубже и глубже.

— Эвиас, что ты делаешь, Эвиас!

Последнее, что Гелиана сказала, и от чего меня бросило в дрожь, это была фраза:

— Любовь сильнее Хаоса.

И девушка пропала вместе с порталом.

Шаилион упал на колени на каменный пол, закрыл глаза руками и зарыдал. Пространство стало растворяться…

Глава 41

Шестой мир встретил нас замком изо льда. Я не преувеличиваю. Лёд, лёд и лёд.

Возможно, не увидь я сейчас то, что я увидела, меня привели в восторг эти большие ледяные лестницы и стены, подсвечиваемые голубоватым спокойным светом прямо изнутри. Здесь не было мебели, не было ковров, картин, в общем, ничего не было. Ледяные стены, ледяные пол и потолок, длинная лестница и перила с вырезанным прямо на льду красивым орнаментом.

— Ты опять отключалась, — сказал мне Шаилион, но я лишь молча кивнула ему, — Ничего не хочешь мне рассказать?

Я пожала плечами.

На самом деле, я бы многое хотела сказать ему. А ещё больше я бы хотела спросить у него. Но у меня не было слов. В голове крутились слова Гелианы, однажды она сказала мне, что все, кто любит Шаилиона — обречены. Так ли это?

И ведь правда, я не поверила ей тогда, но сейчас… Умерла Виктория, Гелиана попала в Хаос. Не важно, что она была сама виновата.

Или важно?

Запуталась…

А ещё моё сердце разрывало от того, что я увидела Эвиаса совершенно другим. Он был так нежен с Викторией, так близок с Гелианой. Невольно я