Вернуться навсегда (СИ) - Грин Миранда

— Не боишься оставлять дочь с ним?

— С Оринэлом? Вот уж кто точно ей не угроза.

— Я помню еще ее первое воплощение. Не думал, что такой как он способен испытывать настолько сильные чувства. Эту бы силу, да в мирное русло…

— Мне кажется, никто о нем такое не мог подумать. Даже собственный брат. При первой встрече он показался мне сначала расчетливым убийцей, идущим к своей цели, затем — сумасшедшим мясником, пытающимся утопить мир в крови. Сейчас думаю, что утопить он пытался не мир, а себя.

— Что планируешь делать со всем этим дальше? — Кеарто облокотился на перила, разглядывая еще спящий город под балконом, в небе то и дело пролетали драконы, подхваченные воздушными потоками.

— Потрясающее зрелище, — вырвалось само собой. — Дальше? Я не знаю — я сейчас чувствую себя такой… слабой. Ни на что не способной. И от этого тошно.

— Хочешь совет от старой ящерицы, прожившей на этом свете много тысячелетий? Не пытайся повлиять на все. Иногда нужно просто отпустить ситуацию и поплыть по течению. Куда-нибудь вынесет.

— А если я не хочу «куда-нибудь»?

— Иногда полезно довериться судьбе, поверь мне. Или ты собралась весь мир ломать об колено? Сейчас такое уже не провернешь. Мир слишком изменился. Старые расы уходят в тень, а люди не хотят искать общий язык даже с собой. Можете оставаться здесь сколько захотите. Все одно какие-то события. Хотя, пока она на трон не сядет — мирной жизни рядом с ней не будет…

— Прошу прощения?

— Остроухий расскажет лучше, все-таки эльфы помнят гораздо больше, чем мы.

Дракон похлопал меня по руке и шагнул прямо с балкона, в полете обращаясь в животный облик. В рассветных лучах сверкнула чешуя. В комнате была тишина. Только на мои шаги Оринэл, свернувшийся клубком вокруг Регины, приоткрыл один глаз. Ветер шевельнул чуть отросшие волосы, открывая рубец. Устраиваюсь с другой стороны кровати.

— Как думаешь, у меня есть шанс?

Сейчас я каким-то шестым чувством ощутила, что не верит он в благоприятный исход для себя. Не верит. И в силу своей репутации, и из-за ранения. Он ведь даже в глаза не смотрит сейчас. Хотелось бы его как-то поддержать, дать цель в жизни, что ли…

— Шанс есть всегда, Оринэл. Вопрос лишь в том, что сделать, чтобы им воспользоваться.

— Вы, — он кивнул на меня и Рег, — сидите здесь, под крылом у Кеарто. Пусть у нас и не самые лучшие взаимоотношения, но он сможет вас защитить. Лучше, чем кто-либо из нас… А я, я знаю, что мне нужно сделать.

— Живым только вернись. Не хотелось бы твое воплощение по всем мирам искать.

Глава 20

За эти три недели, проведенные среди драконов, я поняла, что за возможность иметь ребенка-химеру многие мамочки моего мира без раздумий отдали бы почку и считали бы это выгодной сделкой. Сахеши, пусть и сильно сдавшая за время полета из-за магической подпитки, но все же выжившая, старательно укладывала в моей голове основы магической химерологии. Возможности этой отрасли впечатляли, я сама держала в руках если не вершину развития научной мысли, то ее лучшую часть.

Химерология изначально создавалась для тех семей и рас, где не было шанса с обычным зачатием, без запрещенных ритуалов с жертвоприношением и без кровосмешения, как у Вальц. Кера в одиночку сотворила невероятное — успела погрузить в стазис мое тело после выкидыша и отбытия души, удержать магические отпечатки моего гарема и кропотливо собрать все это в единое существо. И пусть любая проверка покажет ее кровное родство только со мной и Эрихом, магически она взяла максимум ото всех. Даже Ллахэ, устроивший некро-прорыв поспособствовал.

А еще нам наконец-то удалось выжать из Оринэла ту старую историю, о которой не стал говорить Кеарто. Собственно, шансов у эльфа не было — старательно загоняющая внутрь тревогу я хваталась за любую информацию. С планеты нагов не было никаких новостей, но я запрещала себе поддаваться панике. Эльф юлил примерно неделю, еще неделю убегал от меня по всем коридорам, третью — кормил завтраками. В итоге был поставлен перед выбором — или он рассказывает мне все, или с Рег увидится только в день ее совершеннолетия.

Тот вздохнул и сел рядом, опуская ладони мне на плечи. Магический поток взбодрил — в последнее время дочь забирала слишком много магии, даже постоянно пропускание через себя силы источника, на котором стоял драконий город, не помогало, не боролось с хроническим легким утомлением. Но и Регина развивалась даже быстрее положенного химере. Сахеши хмурилась и пыталась понять, чем это вызвано. Спустя месяц после окончания формирования она уже предпринимала первые попытки ходить, хотя по всем прогнозам магия должна была растить ее втрое медленнее. Я больше волновалась за психическое и умственное развитие, но тут меня успокаивал Оринэл — поскольку химера является полностью магическим существом, образцы поведения и шаблоны для развития она берет с тех, кто ее подпитывает. Даже когда их выращивали в закрытых лабораториях без доступа для живых существ, они все равно перенимали черты тех, чьей магией их накачивали.

— Вся эта история — даже по нашим меркам относится к легендам глубокой древности. По человеческим понятиям — вообще сказки и религиозный вымысел. Но вообще когда-то за каждой более-менее сильной семьей стояла некая… сила? Дух, мелкое божество, что-то подобное. И все они стремились привести иерархию смертных к тому же виду, что и у них. А Миррол в то время были, пожалуй, древнейшей семьей и очень долго держали свои позиции. Один из предков Риссы, это уже на моей памяти случилось, по какой-то причине отвернулся от этой сущности, разрушил алтарь. Банальная история в то время, на самом деле. Очередная эпоха смены династий. Что мы тогда отошли от монархии, что люди к ней пришли, возведя сильнейшее семейство на трон.

— А божества здесь мстительные, как я успела заметить.

— Да. Хотя, скорее, обидчивые. Она от них отвернулась, да и приток силы уменьшился, в итоге на Риссе просто закончился запас той удачи, той силы, которая питала Миррол. А потом задохнулись и культы семейных божеств, слившись в единую Богиню. Люди так быстро все забывают…

— А почему сейчас все происходит вновь? — я кивнула Сахеши, вернувшейся с прогулки вместе с Рег.

— Я постарался, — даже поворачиваться не нужно, чтобы увидеть эту самодовольную чуть безумную ухмылку. — Алтари ведь не умирают, они только спят…

— Подожди… Вээра?

— Да, фамильное гнездо королевской династии. Хороший выплеск магии, много крови… Твоя кровь — как единственного доступного потомка. Ты думаешь, почему у Керы такое резкое помутнение случилось? Власти для себя захотела? Глупости. Просто так захотелось Миррол, госпоже Путей. И спокойной жизни ни один из нас не увидит.

Мне внезапно захотелось ударить его по лицу. Он… со своей одержимостью он нас всех подвел под бесконечные забеги и риски для жизни. Оринэл повернулся ко мне и, глядя прямо в глаза, произнес:

— Бей, если тебе хочется. У тебя есть на это все основания.

Занесенная ладонь опустилась. Да смысл уже? Тем более, при ребенке. Дочь смотрела на нас слишком осознанным, слишком взрослым взглядом, но длилось это наваждение не больше нескольких секунд. Затем совершенно обычный ребенок сделал несколько шагов, хватая эльфа за колено:

— Ори!

Вот сейчас даже обидно было. Не «мама», а «Ори». Но восторженный вид представителя древней расы этого стоил. Правда, едва он протянул к ней руки, рыжая сделала финт ушами и повисла на моем колене:

— Ма!

Очень хочется верить, что все будет хорошо. А с остроухим мы к этому разговору еще вернемся. Я подхватила ребенка на руки, привычно не обращая внимания на резкий отток магии. Чем больше она возьмет сейчас, тем больше у нее шансов выжить.

— Ты куда? — я открыла один глаз, поймав за запястье протянутую к ребенку руку.

Регина даже не проснулась, продолжая мирно сопеть у меня под боком. Оринэл со вздохом опустился на край кровати, взглядом намекая. Я разжала пальцы.