Проклятие для мага или сердце на троих (СИ) - Суворова Анастасия Романовна

- Это низко, Невзор, оскорблять Омеллу, зная, что для нее быть вдали от воды уже испытание, - возмутилась Родмила.

- Да хватит вам уже, в самом деле, - одернул всех Ян. - Невзор, посвети-ка вправо, что там чернеет в сене?

Чернел проем, за ним тянулся еще один коридор, отличавшийся тем, что пол в нем был уже не земляной, а каменный и стены гладко отполированы. У входа висел незажженный факел. Ян подошел и вытащил его из крепления, зажег от того, что у них был, и коридор осветился еще ярче.

- Заворачиваем, - скомандовал он.

- Ты уверен? - спросила Родмила.

- В этом подземелье я ни в чем не уверен, просто мне надоело спотыкаться о булыжники.

Проход оказался не длинным. Они прошли не более десяти маховых саженей, прежде чем очутились у ступеней, ведущих в небольшую залу с зеркальными стенами.

- Чудное место, не правда ли? - воскликнула Озерная дева.

- Чудное - не значит хорошее, - отозвалась Родмила.

- Ой, ну давайте все-таки посмотрим. Ни разу не была в зеркальной комнате. Хочу убедиться, что мои сестры не врут, и я действительно хороша собой.

Сгорая от любопытства, юная русалка выхватила у Невзора факел и, сбежав по ступеням, юркнула в залу. Почти сразу раздался глухой стук древка и жуткий, душераздирающий вопль.

Все ринулись к входу в зал, но добежав до проема, остановились как вкопанные. Омелла стояла в центре, а зеркала множили одно и то же изображение - осунувшееся, сморщенное лицо в грязно-рыжих пятнах, волосы свисают спутанными клочьями, губы больше не горят багрянцем, плечи поникли, и вся она как-то сгорбилась, вцепившись обеими руками в остатки когда-то прекрасных волос.

Толпящиеся замерли. Никто не решался войти внутрь. А Омелла продолжала испуганно озираться, пытаясь найти хотя бы в одном из отражений свой истинный облик.

- Ну, что вы встали как истуканы?! - прикрикнула на парней Родмила и, растолкав их, шагнула в залу.

Ее отражение оказалось еще устрашающей - блестящие черные волосы выцвели, глаза померкли, рот ввалился, а высокая грудь опала, словно ее и не было. Ужаснувшись, Ведунья подлетела к одному из зеркал чуть ли ни вплотную и стала лихорадочно ощупывать свое лицо, грудь, бедра. Затем резко развернувшись, она подошла к Озерной деве и встряхнула ее.

- Омелла, перестань выть! Это чары, все это не взаправду.

Она взяла руки девушки и приложила их к ее лицу. Но та по -прежнему продолжала рыдать. Тогда Ведунья отвесила ей пару пощечин, и девушка замолчала, ошарашено уставившись на Родмилу.

- За, что? - провыла она.

- Возьми себя в руки, это не твое отражение. Потрогай свое лицо, кожа по -прежнему гладкая и молодая. Эти зеркала показывают, какой ты будешь в глубокой старости. Зрелище конечно не для слабонервных, но тебе до этого еще далеко.

Омелла исследовала себя руками, затем коснулась лица Родмилы и только потом, качаясь, вышла из залы.

Парни расступились, пропуская девушек вперед. Все молча, двинулись обратно. Выйдя в уже привычный пыльный коридор, они пошли вперед, спотыкаясь о булыжники.

- Слушай, Родмила, - обратился Ян к ушедшей в свои мысли Ведунье, - ты это, в общем, ты молодец.

- Что?

- Ну, я про комнату. Парни и те сдрейфили, а ты пошла за ней. Кто знал, может эта комната всерьез состаривает в одночасье. Для вас девушек ведь молодость - это.... Ну, в общем, вы к ней иначе относитесь.

Ведунья обернулась к нему и встала как вкопанная.

- Что ты сказал? Повтори.

- А, что я такого сказал? Только то, что вы, девчонки молодости придаете большое значения, в отличие от парней.

- Ну конечно, - протянула она, уставившись при этом на Омеллу. - Красота для Озерной девы - это все. Они редко выходят из своих озер. И у них всего одна неделя в году, чтобы найти себе суженного. Дурнушки в их племени обречены на одиночество, если конечно не обладаю веселым нравом или чем там еще надо обладать, чтобы за неделю задурить голову юноше.

- Это ты к чему?

- А к тому, что я, кажется, начинаю понимать, как работает это магическое пространство.

- Эй, чего вы там шушукаетесь? Идите скорей сюда, - позвал Сеслав отставших Яна и Родмилу.

Ребята поспешили догнать остальных и нашли их около очередного препятствия. Тоннель привел соревнующихся к подземному озеру, на противоположном конце которого, чернел широкий лаз. Видимо тоннель проходил сквозь этот водоем, и чтобы двигаться вперед они должны были переплыть его.

- Что делать будем? - спросил Сеслав.

- Перейдем его вброд, если глубокое переплывем, - ответил Ян.

- А если в нем невесть, что водится? - спросил Невзор.

- А мы Омеллу первую запустим, ее водным чудищами не напугаешь, - предложил волчий наездник.

- Сеслав! - укорила его Родмила. - Посмотри на нее, она ж и так ели ноги переставляет.

- Это потому, что она не в своей стихии. А там она почувствует себя как рыба в воде, - не унимался Сеслав, посмеиваясь над собственной шуткой.

- А, что, - согласился Ян, - он прав. Может, вода ей сил придаст, и она очухается.

Все посмотрели на Омеллу, но та ничего перед собой не видела, стояла как зачарованная. К девушке подошла Родмила, бережно взяла ее под руку и, переместив мешочки с волшебными порошками с пояса на шею, вступила в озеро вместе с ней. Оно оказалось глубоким, уже через пару шагов их ноги были по колено в воде, а еще через пару скрылась и грудь. И вот тогда Омелла пришла в себя. Она изящно высвободилась из Родмилиных рук и ушла под воду с головой.

Все замерли, затаив дыхание, но Озерная дева не заставила себя долго ждать. Не прошло и пары минут, как она вынырнула, блеснув в воздухе серебристым хвостом, а потом снова скрылась за толщей вод. С глубины донесся смех.

- Омелла, - позвала Озерную деву Родмила.

Девушка отозвалась не сразу.

- Здесь чисто, никаких подводных тварей. Милости просим, - пропела она звенящим голоском.

- Я же говорил, рыбе место в воде.

- Сеслав, - одернул парня Ян.

- Я все слышала, красавчик. Смотри, как бы я не утащила тебя в свое логово. Страсть как люблю темненьких, - и она залилась чистым, звонким смехом.

- Ладно, чего мы ждем, переплывем уже это озеро, - предложил Сеслав, не придавая особого значения шаловливым угрозам Омеллы. - Если оно одно из испытаний, пройдем его поскорей.

Ян незамедлительно с ним согласился, и ребята направились к воде. Только Невзор продолжал недобро смотреть на темную воду, не желая двигаться с места.

- Эй, Невзор, ты чего стоишь как истукан? - позвал его Ян.

- Он боится воды, - ответила ему Родмила, - Не так ли, Невзор?

- Мне не перебраться на ту сторону, я не умею плавать, потому что действительно боюсь воды, - неохотно ответил тот.

- Брось, Невзор, не дури, это всего лишь озеро, - уговаривал его Сеслав. - Омелла поможет тебе.

- И вы ей верите? - горбун нервно рассмеялся. - Да она вас сама всех на дно утащит и останется последняя победителем.

- Ты в своем уме?! - гаркнул на него Ян. - Ты, жалкий коротышка. Это всего лишь турнир! Ты всерьез думаешь, что кто-то готов перебить половину участников ради звания победителя?

- Оставь его, Ян, - обратилась к разгоряченному парню Родмила, - ты прав, он сейчас действительно не совсем в уме. Им руководит страх и в данный момент мы проходим его испытание, не наше. Для нас переплыть это препятствие не стоит ничего, но не для него. Для него окунуться в воды этого озера все равно, что погрузиться в глубины своего страха.

- Что ты знаешь о страхе, ведьма! - заорал Невзор. Лицо его исказилось, глаза были полны ненависти, сейчас он казался еще меньше и еще сгорбленней, чем обычно.

- Если переплывешь на ту сторону, увидишь и мой страх.

- Ну, уж нет! Я не полезу в озеро, пока в нем Озерная дева! Знаем мы, как они молодых парней на дно утаскивают.

- Фу, сдался ты мне, злюка. Я лучше Сеслава утащу, он хотя бы симпатичный, - и она снова засмеялась, бросив кокетливый взгляд на приглянувшегося ей Сагорта.