Путь к дому - Софья Вель

Это вывело Сильвию из ступора, она метнулась к дверям избушки. Но было поздно, ее заметили. Вслед полетели слова: «Смотри какая, ух!», — и раздался смех. Сильвия внутри вся сжалась. Ничего не замечая вокруг, она налетела на держащего малыша Темного. Видимо пока ее не было, Эндемион проснулся. Нелюдь услышал малыша и вернулся к нему.

— Тихо, успокойся! — Темный осторожно передал ей ребенка. — Все хорошо.

Он вышел во двор. Сильвия замерла. Прижимая к себе кроху, она обратилась в слух.

— Так вот кто бьет дичь в лесу барона! — начал низкий баритон. — Вы кто такие будете?

Ответил светлый нелюдь, каждый звук его голоса резонировал в Сильвии паническим страхом и золотым пьяным туманом, сбивающим с толку. Отвечая смешанным чувством, девушка пыталась разобраться, от кого же именно должна бежать: от компании прибывших молодчиков или от самих нелюдей?

— Мы странники, из далека. Хотели найти здесь приют, — Светлый говорил ровно и спокойно.

— Приют? Гхе-гхе. А налоги кто платить будет? А кто дичь баронову бьет? Лес его рубит? Кто вы вообще такие-то? На наших не похожи, — послышались смешки, отряд явно был большим. Сильвия похолодела, как они отобьются от такого большого отряда?

— Смотри-ка, а они прям похожи! Братья что-ль? Только вот мамаша ваша явно погулять от бати любила! — гнусаво заметил кто-то из отряда. Шутку тут же поддержали грубым смехом. — А что за девчонка? Хорошенькая, только вот, худая очень!

Сильвия все крепче прижимала маленького Энеда, зарываясь лицом в пеленку. Почудилось, что её спутники медлили с ответом целую вечность…

— Братья, — согласился наконец светловолосый, пропуская мимо ушей всю оскорбительную часть шутки. — Девочка — наша сестра. — Сильвия уловила в интонации угрозу, предостережение: "не тронь!" — Что хочет ваш барон за свое гостепримство?

— Сто ударов плеть! И девчонку! Но девчонку — нам, у барона своя есть, обойдется! — крикнул все тот же гнусавый тип, остальные, как и прежде, поддержали шутку грубым смехом.

Смех резко оборвался, повисла угрожающе тишина. Сильвия боялась дышать. Её спутники выжидали…

— Барону нужны люди в отряд, — наконец сказал командир. — Служить пойдете, долг простится. Девчонку можно отправить на кухню, будет жить в тепле и достатке…

— Ваш барон много хочет, — спокойно ответил Светлый, взявший на себя роль парламентера в этих переговорах.

— Но и долг у вас не маленький! Барон не любит, когда берут его без разрешения!

— И мы не любим. — спокойно ответил Светлый. — К сестре не приближайтесь, иначе…

Но тут проснулась Селена и заголосила что было сил. Сильвия бросилась к люльке.

— Ха… сестра! — гогот разлетелся с утренний силой. Сильвия вдруг зарделась. Что-то было царапающее словах грубияна, острое, правдивое. — И как вам сестричка?! Сладкая, поди?

— Она вдова, и у нее дети, — все так же спокойно и непоколебимо продолжил Светлый. — Если ваш барон дозволит нам и дальше жить на этих землях, мы послужим у него. Одно условие, девочку не трогать, — что-то в его голосе было жуткое, угрожающее. Все притихли.

— Эй, белобрысый! Может, в дом пустишь? Пивом угостишь? — продолжил напрашиваться на драку гнусавый.

— В доме дети, — на сей раз ответил Темный. И Сильвия легко прочитала угрозу в его голосе.

— Эка невидаль! — не сдавался гнусавый, надеясь в случае драки взять числом.

— Завтра на рассвете ждем, — прекратил спор капитан. — Не явитесь — пинайте на себя.

— Мы придем, — спокойно отозвался Светлый.

Снова послышалось чавкание грязи под копытами лошадей. Отряд покинул двор.

Нелюди вернулись домой. Темный был явно зол, Светлый, напротив, странно спокоен.

Сильвия так и осталась стоять у люльки, с одним ребенком на руках и качая второго.

— Сильвия, — против обыкновения начал Светлый. — Нам придется оставлять тебя одну.

— Это безумие! — прорычал Темный.

— И все же, нам придется, — так же ровно настоял на своем Светлый. Он обернулся к Сильвии: — ты справишься? — в интонации была неуверенность, даже неожиданная робость.

— Почему? — Сильвия отважилась спросить, молодчики из отряда пугали ее. И мысль, что рядом не будет двух «не людей», пусть пугающих, но пока ничем ее не обидевших, смущала.

— И правда, зачем нам это? — очень зло спросил Темный.

Светлый внимательно посмотрел на обоих:

— Потому что пока мы живем здесь и уходить не собираемся, тем более из-за прихоти местного барона.

— А почему мы живем именно здесь? — расхрабрилась Сильвия.

— Сил, что ты вспомнила? — вопросом на вопрос отозвался Темный.

Сильвия покачала головой. Ничего. Она ничего толком не вспомнила, не связала с собой.

— Прежде всего, здесь безопасно, — начал Светлый. — Ты еще очень слаба, а Селена и Эндемион совсем маленькие. Вам нужно прийти себя… Окрепнуть. Мы будем стараться не уходить вдвоем, кто-то всегда будет неподалеку.

Однако в глазах обоих собеседников Светлый не нашел нужного отклика, вздохнув, он пояснил:

— Всегда будет какой-нибудь барон. Ни один, так другой. А с этим мы, вероятно, сможем договориться.

Сильвия смотрела в пол. Возможно, все не так уж и плохо: "нелюдей" она боялась до дрожи в коленях… Может, если они будут дальше, ей станет легче? Только вот работы явно прибавится, но то не беда. Это даже хорошо, не будет времени на весь ворох мыслей и страхов. Когда в руках есть дело, всегда легче! Однако языкастые молодчики из отряда ее сильно напугали. Вдруг они вздумают вернуться, а она будет одна…

Нелюди ушли на рассвете. Приласкали детей и ушли. Молчаливые, как и всегда.

А она осталась. Первым делом Сильвия осторожно обследовала весь дом, благо, дети мирно спали. Вещей почти не было, а те, что были, мало походили на обычные — склянки с травами, непонятные мелкие инструменты, совсем мало одежды. Ее вещей не было. Никаких. Все, что удалось найти, не имело к ней никакого отношения. Кроме, разве что, ножа с плетены узором степняков на рукояти. Сильвия долго крутила найденный нож и… Ничего не вспоминала, ни жизнь с конунгом, ни самих степняков. Словно бы нож только притворялся памятью. А может, он ею и не был? Просто нож, просто случайно попал в вещи этого дома.

Покрутив нож еще немного, Сильвия его отложила. Надо было возвращаться к делам. За окнами потемнело, оттепель сменилась заморозками и повалил снег.

Весь вчерашний вечер темноволосый объяснял, как управляться с печью. Сегодня перед уходом растопил ее, велел поддерживать огонь, только долго на него не смотреть. "Больно надо", — фыркнула она тогда. Но в первую же закладку простояла у дверцы зачарованная, не в силах оторваться. Спасли дети… Они заворочались. Сильвия тряхнула головой, отгоняя так наваждение.

Сильвия подумала,