Тень чужой луны (СИ) - Журавликова

— Похоже, выбора у нас нет, — пожал под мантией плечами Унви.

Дверь я закрыла и контролировала, не давая ей распахнуться вновь.

Даймаан снял плоский рюкзак со спины, вытащил блестящую квадратную пластинку.

— Вот данные, которые будут вам интересны.

На столе перед Майхом находилось устройство, похожее на подставку. Даймаан поместил пластинку в него. Тут же развернулся большой виртуальный экран, по которому побежали символы, диаграммы, принятые здесь цифры.

— Эта статистика попала мне в руки случайно и опять же, не очень законным образом, — пояснил Даймаан. — Вот здесь данные, которые поступали от Аофабо для анализа Правительства в прошлом сезоне. А вот тут — один из ваших вердиктов. Посмотрите, есть указание на предоставленные нами материалы, но они не совпадают. Нужно увидеть документ, который поступил Верховному Советнику и сравнить с тем, что давало наше Управление.

— Этого не может быть, — возмутился Майх. — Весь процесс строго конфиденциален, никто не может подменить информацию. То, что вы передавали Сфата, то и получил Верховный Советник. Прежде, чем бросаться такими серьёзными обвинениями, сначала проверьте чистоту ваших источников.

— Действительно, молодой человек, почему вы уверены, что именно ваши данные были отправлены в Сфата? Возможно, это какая-то промежуточная версия, а конечной вы не видели.

Унви по-прежнему благожелательно смотрел на Даймаана.

— Если это так, я признаю свою ошибку. Но надо это проверить.

Тут снова подал голос Тарб:

— Мы не будем договариваться с террористом и выполнять нелепые требования. Почему Правительство должно доказывать свою невиновность какому-то головорезу?

Он молниеносно запустил руку под мантию, выхватив тонкий длинный стержень, с силой сжал его и я увидела красный луч, направлявшийся в нашу сторону. Мне удалось быстро отреагировать, выбросив руку вперёд. Луч переломился в центре, отлетел в стену, вызвав искры. В одной половине зала погас свет.

— Но как? — растерялся Тарб. — У тебя же нет твоего кристалла!

— Откуда вам о нём известно? — удивилась я.

Тарб промолчал. Остальные члены Правительства вжались в свои стулья.

— Положите оружие, — велел Даймаан. — Грета здорово на вас сердится и боюсь, ей сложно пока соизмерять свою силу.

— Я прошу прощения у вас, деточка, — это Унви говорил мне. — Мы и правда недостойно повели себя с вами. Но поймите, мы не знали, чего от вас можно ожидать. Как показал опыт, не зря.

— Давайте прекратим эту светскую беседу, — предложил Даймаан. — Проводите нас к Верховному Советнику и проверим, с какой информацией он работал. Только без глупостей.

И правда, звучит как приказ террориста.

— И как вы будете нас удерживать? — спросил насмешливо Тарб. — Нас тут восемь человек, вы нас погрузите в пассажирскую йегму? И мы все вместе полетим к башне? Представляешь, сколько с нами будет мороки? Или ты возьмёшь с собой кого-то одного, а твоя девчонка посидит с остальными? Тогда вам придётся разделиться, что очень ослабит ваши позиции. Как ни крути, ты в проигрыше.

Тут голос подал Майх, который всё это время сосредоточенно изучал принесённые нами материалы, перелистывал схемы, проводя пальцем в воздухе, хмурился ещё больше обычного.

— Я думаю, нам всем будет интересно сверить информацию. Тут есть очень любопытные закономерности.

Вот уж от кого я не ожидала проблесков объективности.

— Мы сделаем так, — подытожил Унви, — я предоставлю безопасный коридор и доступ в башню для вас. Вы, юноша, возьмёте с собой доверенных лиц, и вместе с вашей дамой проследуете к Верховному советнику. Обещаю, что пока мы не получим от вас сообщение, что вы всё выяснили, я не начну преследование.

— Вы человек чести, господин Унви, — Даймаан склонил голову. — Я вам верю. Мне очень жаль, что приходится действовать таким образом.

— Если вы решили пойти на это безумие, я бы хотел в нём участвовать, как действующий и назначенный глава Аофабо, — заявил Тарб.

— И мне тоже интересно было бы отправиться с вами, — Майх привстал со своего места.

— Хорошо, — согласился Даймаан. Рискнём.

Надо же, как всё просто решается в цивилизованном государстве! Нет, я не спешила расслабляться, но ход событий не мог не радовать. Может, и нападать нам не следовало? Налётчиками и агрессорами сейчас выглядели именно мы.

Нам выделили воздушный транспорт. Министров мы связывать не стали, Даймаан обыскал их убедился в отсутствии любых видов оружия. Майх сел рядом с Даймааном спереди, мы с Тарбом разместились во втором ряду.

— Вы делаете ошибку, Гхета, — увещевал меня Тарб по пути. — Я не знаю, что вам пообещали в противостоянии, но с нами у вас гораздо лучшее будущее, с вашими удивительными талантами.

Он выглядел обольстительной сиреной в мужском образе, но поколебать меня было невозможно. Я выбрала свою сторону и собиралась её держаться. И дело даже не в Даймаане, точнее, не только в нём. Аофабо были мне ближе энергетически, что ли. Хотя что они, что Сфата всей правды мне никогда не говорили и держали за подопытного кролика. Долетели мы без происшествий. Через некоторое время впереди замаячила высокая башня, выполненная, впрочем, в виде всё той же индейской пирамиды. Вокруг летало множество йегм.

— Это засада? — спокойно уточнил Даймаан.

Что мне в нём нравится, так это его умение не выходить из себя. Я привыкла, что нормальные герои в эмоциональных сценах в кино чаще всего начинают бешено озираться и что-то кричать, не жалея голосовых связок.

— Такая охрана вокруг башни есть всегда, — ответил Майх. — Унви обещал вам коридор безопасности, вы его получите. Он не будет подвергать опасности жизни своих министров. Летим дальше.

Майх оказался прав. Йегмы расступились, если так можно сказать о воздушных корабликах, открыли нам дорогу. Наше судно влетело непосредственно внутрь пирамиды, где нас уже встречали. Служительница башни показала, что при ней нет хаппоора и других средств обороны и нападения.

— Меня зовут Яста, я провожу вас к пульту координации информационной подачи.

Громоздкое название, наверное, чтобы звучало как можно более значительно. Яста привела нас в очень большое помещение, все стены которого были сплошными экранами. На них происходило постоянное движение, летали формулы, обрывки видео, картинки, символы, куски текстов. То ли это такая заставка, то ли так выглядит работа мощнейшего интеллектуального центра Сомасты в постоянном режиме. В комнате находился зеленокожий служащий, учёный, которому доверяли контактировать с Верховным Советником.

— Хасс Ватча. Главный наблюдатель. Я отвечу на все ваши вопросы и покажу интересующую информацию, сказал он.

Даймаан показал ему носитель и коротко объяснил суть дела.

— Хм, это очень странно, — удивился Хасс. — Я лично принимаю поступающие материалы от одного из доверенных лиц и переношу их в удобный формат для Верховного Советника. Тут особая кодировка, специально для того, чтобы никто извне не мог как-то повлиять на результат. А я каждую тройку дней прохожу тест на пульте правдивости и не могу солгать, если даже вдруг решу совершить государственную измену.

— А доверенные лица проходят такой тест? — уточнила я.

— Насколько мне известно, нет. На то они и доверенные. Их выбирает сам Верховный Советник, так же как глав городов и членов совета.

— Кто входит в круг доверенных лиц? — спросил Даймаан.

— Члены Правительства, конечно же. Они самые достойные наши представители, к тому же, непосредственные участники разработки всех законопроектов.

— На что вы намекаете, Даймаан? — презрительно спросил Майх. — Что в наши министры прорвался какой-то хлабх?

Хлабх — это такое животное, которое в случае наступления голода начинает истреблять детёнышей в своей же стае. Его название стало нарицательным на Сомасте. Но отложим курс биологии. Дальше началось как раз самое интересное.

Даймаан, Тарб, Майх и Хасс подошли к столу, где было несколько считывателей информации, установили в один из них принесенный нами источник и погрузились в его изучение. На всех огромных экранах появилась картинка с нашего «диска». Я ожидала, что в таком серьёзном месте порядок на столе будет просто идеальный, но как бы не так! Там царил хаос, стояли папки, из которых высовывались свитки, похожие на гибкую карту, виденную мной у Даймаана, лежали какие-то указки, пластиковые прямоугольные предметы непонятного назначения и даже нечто вроде семейной фотографии в рамке.