Сферы влияния - Екатерина Сергеевна Коновалова (Гитман)

Она осторожно сняла оба заклятия, поправила пиджак и твёрдым шагом направилась к Майкрофту. — Впечатлён, мисс Грейнджер, — сказал он вместо приветствия, даже не утруждая себя тем, чтобы изображать улыбку. — Ваше исчезновение вчера было обставлено весьма эффектно. Во всяком случае, для вашего возраста и уровня подготовки.

Было очевидно, что весь смысл сомнительной похвалы был в том, чтобы произнесли эти слова: «для вашей подготовки». Гермиона перешагнула через эту простую ловушку, чувствуя, что впереди будут и другие, куда более сложные. — Рада, что такой человек, как вы, это оценил, — ответила она. — Также весьма впечатлён скоростью, с которой вы… — он сделал паузу, — решили проблему.

Гермиона вежливо улыбнулась — об отце она говорить не собиралась. Любое лишнее слово могло бы повредить.

Майкрофт тоже замолчал, только соединил перед грудью кончики пальцев — точно так же, как это делал в недавнем разговоре Шерлок. Два брата были мало похожи. Шерлок — худой как жердь, с вытянутым лицом и очень острыми скулами, с нервными движениями, со скользящим взглядом, не имел, кажется, ничего общего с грузным, основательным Майкрофтом. И лицо у него было скорее квадратное, с тяжёлым подбородком, крупным носом и небольшими, но очень колючими глазами. Из общего — разве что руки. Одинаково худые запястья, одинаково длинные нервные пальцы с явно видимыми костяшками. И ещё манера кривить рот — во всяком случае, лёгкая гримаса Майкрофта сейчас напоминала гримасу Шерлока. — Я весь внимание, — он первым нарушил тишину, но это не было даже крошечной победой Гермионы — он заговорил не потому, что ожидание стало его нервировать, а потому что захотел заговорить. — Мистер Холмс, вчера вы весьма невежливо пригласили меня на разговор, — произнесла Гермиона, — что вы хотели узнать?

Гримаса стала чуть более явной — повторяться Майкрофту не хотелось. Но сейчас у Гермионы было преимущество — она владела информацией, которая Майкрофту была нужна позарез. — Вы сообщили, мисс Грейнджер, что мой брат оказался в… неприятной ситуации. И что его безопасность зависит от моего дяди. Или же от меня. Думаю, вам стоит выразиться ясней, — он медленно стукнул указательными пальцами друг о друга. — Шерлок стал свидетелем того, что не должен был видеть. Чего-то крайне опасного, — медленно ответила Гермиона, — в первую очередь для него. Отпустить его сейчас — значит поставить серьёзное дело под угрозу. К сожалению, доверять его слову нельзя — он… — она намеренно сделала вид, что подыскивает слово, — психически нестабилен. Нам нужен гарант его благоразумия. И гарантии.

У Майкрофта едва заметно дёрнулась щека. — Я так понимаю, что за гарантиями вы обратились… — К мистеру Рудольфу Холмсу. Но он не счёл нужным нам их предоставить.

Хотелось добавить, что он предложил делать с Шерлоком Холмсом всё, что они сочтут нужным, но делать этого было нельзя — нельзя было, чтобы Майкрофт решил, будто цель разговора — поссорить его с дядей. — Нисколько в этом не сомневаюсь, — холодно заметил Майкрофт. — Однако Шерлок Холмс в некотором роде нужен Британии, пусть сейчас он и не в лучшей форме. Я готов выслушать ваши условия его освобождения… в целости и в здравом уме.

Сказано это было так, словно речь шла не о его горячо любимом брате, а о чиновнике или агенте. Гермиона дорого дала бы за то, чтобы научиться быть настолько же бесстрастной. — Мы не требуем ничего невыполнимого. Немного лояльности. Совместные научные разработки. Помощь в затруднительных ситуациях.

Это был план Кингсли и его слова. Озвучивая их, Гермиона не могла отделаться от мысли о том, что сейчас Майкрофт даст сигнал, и ей в затылок упрётся дуло пистолета — как если бы она представляла преступную организацию.

Дула не было.

Майкрофт растянул губы в очень неприятной улыбке и спросил: — То есть вы имеете в виду пособничество некой организации с невыясненными целями? Боюсь вас разочаровать — жизнь Шерлока Холмса этого не стоит.

Этим блефом нельзя было не восхититься. Майкрофт как будто готов был развернуться и уйти, и, чтобы остановить его, Гермиона должна была бы сказать хоть что-то: назвать цели, пояснить мотивы, — лишь бы удержать его.

Гермиона готова была уступить, но не успела. От дверей ангара прогрохотало: — Всем лечь на пол, руки за голову! Это полиция. Руки за голову!

Даже такой актёр как Майкрофт не сумел бы так достоверно сыграть изумление. Он к этому был непричастен. — Двое в центре, лечь на пол, руки за голову. — У вас есть здесь люди? — быстро спросила Гермиона.

Майкрофт качнул головой — он тоже пришёл один, чтобы у разговора не было свидетелей. Что с охраной снаружи — непонятно, но сейчас было не до неё. — Двое в центре, — продолжило грохотать, — лечь на пол, руки за голову!

Со света в темноту смотреть было очень сложно, на фоне вечернего неба люди в дверях были едва различимы. Времени на раздумья не было. Обливиаторам сегодня прибавится работы.

Не думая ни об играх, ни о политике, Гермиона ухватила Майкрофта за лацкан пиджака и потянула вниз. Шепнула: — Живо!

Он понятливо рухнул на пол, и прежде, чем голос повторил свой приказ уже для одной Гермионы, она на выдохе произнесла: — Иммобилус!

Волна магии устремилась вперёд и ударила в грудь того, кто стоял первым, задела соседних. Гермиона согнулась и почти встала на колени, пропуская над головой что-то быстрое, свистящее (пуля!). — Протего! Иммобилус! Остолбеней! Репелло магглетум! — Несколько заклятий на максимальной скорости сорвалось с её палочки, обездвиживая магглов и тут же отсекая ангар от их мира, делая его невидимым для радаров и неинтересным для любопытных.

Поднявшись снова на ноги, она уже спокойней сказала: — Экспекто патронум. Кингсли, пришли к месту встречи обливиаторов. У меня всё в норме. Работаем.

Выдра понятливо кивнула и исчезла, а Гермиона подошла к уже вставшему и отряхивающему брюки Майкрофту и заметила: — Кажется, всё идёт не по плану, — и, не дав ему ответить, коснулась плеча и аппарировала.

Местом она выбрала одну из приёмных Министерства — ту, куда можно было перемещаться извне. В воскресенье вечером она была свободна. — Располагайтесь, мистер Холмс, — Гермиона указала на ряд удобных кресел и, сдержав нервный смех, предложила: — Чаю? — Благодарю, — наклонил голову Майкрофт и сел в одно из кресел с такой лёгкостью и таким изяществом, словно только что не аппарировал в первый раз в жизни.

Ещё одна выдра ускакала к секретарю с просьбой подать чай. Спустя