Хранительница дверей (СИ) - Елена Княжинская

— Сколько можно меня сегодня пугать? Почему ты постоянно подкрадываешься, как вор?

Опять сорвалась на нем, едва почувствовала, что опасность миновала. Меня потрясывало. От недавней собранности не осталось и следа. Скорей бы вернуться домой.

— Идем!

Он пропустил мимо ушей мою тираду. То ли оказался настолько толстокожим, то ли чувствовал вину и не хотел обострять и без того напряженные отношения. Спокойный, невозмутимый, безразличный, он вызывал во мне почти непреодолимое желание сделать что-то такое, чтобы сорвать с него эту маску. Я хотела увидеть его настоящим, живым, проникнуть в его мысли, понять, что он чувствует.

— Касси!

Этот голос я ни с чьим не спутаю. Элладан, видимо, понял, что я не играла с ним, и решил пойти за мной. Только этого не хватало!

Я толкнула Рика под сень деревьев, подошла к нему вплотную. Фонарь рядом мигнул и погас. Видимо, его давно не заряжали. Сейчас халатность властей оказалась мне на руку. Если постараться, можно сойти за влюбленных, которые решили уединиться. Ну, и что, что напротив Департамента? Может быть, им не хватало острых ощущений?

Я протянула руку, обняла Рика за шею. Он никак не отреагировал. Смотрел прямо перед собой, поверх моей головы. Неужели я настолько неприятна ему, если даже ради собственного спасения он не готов переступить через себя?

— Поцелуй меня!

Я сказала это вслух и тут же пожалела. Какая глупость! Попыталась улыбнуться, но вышло с трудом. Отшутилась:

— Просто наклонись ко мне, сделай вид, будто целуешь. Так тебя будет сложнее рассмотреть.

Кто-то сказал, что мужчины слышат только то, что хотят слышать и когда хотят. Думала, это заблуждение, но нет. Рик доказал обратное, услышав из всей моей речи только про поцелуй. Как я догадалась? Очень просто. Он и правда меня поцеловал. Сначала очень осторожно, едва касаясь губами моих губ, заставляя тянуться к нему, желая получить больше. Стоило мне потерять бдительность и увлечься, как он углубил поцелуй.

Я с трудом прервала поцелуй, чувствуя, что мне не хватало воздуха. Конечно, невозможно задохнуться во время поцелуя, просто я забыла, как дышать. Так меня еще не целовали или, может быть, меня давно никто не целовал. Я обернулась. Рик проследил за моим взглядом и резко отстранился. Конечно, он успел заметить Элладана до того, как эльф захлопнул дверь.

— Твой любовник видел достаточно. Теперь можно идти домой?

Это не человек, это глыба льда: так холодно прозвучал его голос.

— Что? — переспросила, не веря своим ушам. — По-твоему, я все затеяла, чтобы заставить его ревновать?

Рик пожал плечами.

— Не знаю, но в этих играх на троих участвовать не собираюсь.

Теперь стало по-настоящему обидно. Как будто я для себя старалась. Можно подумать, мне очень хочется с ним целоваться! Кворки с ним! Пусть его хоть сейчас арестуют. Самомнение этого мужчины больше, чем у эльфов, хотя последних я считала самыми гордыми и надменными из всех известных мне рас.

Я подхватила подол платья и пошла вперед. Не оглянулась. Даже не слыша шагов за спиной, знала, что Рик не отстанет. Он быстро догнал меня. Шел рядом, оглядывался, прислушивался и молчал. Мне тоже не хотелось говорить.

Оправдываться? Я не сделала ничего дурного. Тем более, не использовала Рика, чтобы заставить Элла ревновать. Если так получилось, не стану стричь волосы в знак траура. У бывшего после меня были женщины. “Добрые” люди, словно между делом, но с завидной регулярностью рассказывали мне о его личной жизни. Я тоже не теряла времени даром. Встречалась с Алансо, давним соперником Элладана. До постели дело не дошло, я так и не сумела перебороть себя, но мой несостоявшийся любовник рассказывал совсем иную историю. Я же не пыталась развенчать миф о том, что “Алансо не знает отказа”.

Год назад я была готова на многое, лишь бы позлить одного белобрысого эльфа, но не теперь. То, что Рик считал ветренной женщиной, способной играть чувствами других людей, использовать их, неожиданно больно ранило.

Новые раны моему сердцу были не нужны. Я в прошлый раз еле залатала его и повторять прежние ошибки не собиралась.

— Ты спрашивал, хочу ли я, чтобы ты ушел, — сказала негромко, но Рик услышал. Остановился, повернулся. — Так вот… Да, хочу, хочу, чтобы ты убрался отсюда сразу, как откроется эта проклятая Дверь!

Выпалила на одном дыхании. Выдохнула. Пошла так быстро, как могла. Домой. Закрыться в комнате, отгородиться от мира, уткнуться лицом в подушку, не видеть ни одного, ни другого, не думать, не страдать.

Остановилась на пороге лавки, открыла дверь и сразу попала в цепкие лапки-крылья моего мышонка.

— Кассия! — пропищал он. — Ты вернулась!

— Да, Мик, — я погладила его по голове, почесала за ушком.

— А Рик? Я просил его остаться, но он сказал, что должен помочь тебе, что из-за него ты оказалась в опасности.

— Рик?

Я обернулась через плечо. На улице было слишком темно, чтобы рассмотреть что-то. Несмотря на отсутствие света я знала, что там никого нет. Он и правда ушел. Ушел, как я того хотела, как делал всякий раз, когда пытался избежать неприятного разговора. Теперь мне не придется беспокоиться, что кто-то узнает о нем. Некому будет раздражать меня своим молчанием и бесконечными загадками, вопросами, на которые нет ответа, холодностью. Это ли не повод для радости? Жаль только, что ничего подобного я не чувствовала. Хуже того, почти пожалела о сказанных сгоряча словах.

И тут мой взгляд упал на кожаный шнурок, оставленный на столе.

Глава 25

— Кассия, ты обезумела, — ругала себя вполголоса. — Ни одна нормальная, уважающая себя женщина так не поступает.

Вместо того, чтобы нежиться в постели и видеть десятый сон, я шла по улице Ядов и искала мужчину. Это даже звучало глупо и двусмысленно, но совесть в лице, то есть в морде, Мика, и мое собственное предчувствие не давали покоя.

Поддавшись уговорам мышонка, я активировала заклинание поиска. Благо нас с Риком связывали браслеты, так много времени это не должно занять. Возможно, он и правда ушел, как я просила, но подобное верилось с трудом. Слишком часто он появлялся, не спрашивая разрешения, а теперь внезапно пропал. Хотя…

Один из камней вспыхнул и погас. Значит, второй браслет где-то рядом.

Я пригнулась, прошмыгнула мимо кустов и замерла. Чтобы не выдать себя, не стала подходить ближе. Раздвинула ветви орешника, присмотрелась. Свет от фонарей почти не проникал в эту часть парка, но главных действующих лиц я все же увидела.

Рик, придавив