За час до рассвета - Наталия Корнеева

Пока Кеймрон ел, мама Айри рассказала, что Фели проснулась от страшных звуков и разбудила всех. Оказалось, что на крышу залез котенок.

— Сам спуститься не мог, мяукал жалобно, — вздыхала женщина. — Вот мы и сняли его.

Айри смотрела в спину Кеймрону, который медленно, очень изящно ел, хотя выдали ему всего-навсего одну ложку для рагу и не предложили салфетки, чтобы положить на колени.

И странным образом его присутствие не раздражало.

«Мы ведь даже не поссорились, пока ехали», — с удивлением отметила Айри.

Горло обожгло, она закашлялась, на глаза выступили слезы. Стерев их, она увидела обеспокоенную маму и обернувшегося Кеймрона с точно таким же волнением во взгляде.

— Все в порядке, — отмахнулась она. — Сделала слишком большой глоток воды.

— Давно мы вас не видели, господин Олден, — говорила женщина, — рады, что вы по-прежнему присматриваете за нашей Айри. Она, конечно, тот еще сорванец, но ведь добрая же!

Айри чуть не подавилась второй раз. Семье она ничего не рассказала об их ссорах с Кеймроном, только лишь вскользь отметила четыре года назад, что работают они отныне в разных ведомствах.

Кеймрон предпочел съесть поскорее еще рагу, чтобы у него была уважительная причина не отвечать. Порадовавшись его хорошему аппетиту, мама Айри достала из ящика в столе пергамент и завернула в него последний кусок пирога.

— Вот, возьмете с собой.

Было видно, что все устали. Фели, покормив котенка, сразу ушла спать. Отец Айри, пожелав всем приятной ночи, тоже удалился — ему-то предстояло вставать раньше всех, чтобы замесить тесто.

Кеймрон не задержался в доме. Быстро поев, он забрал пирог, наговорил благодарностей и уехал.

Айри поднялась к себе, сняла платье, словно чужую шкуру, посмотрела на висевший на спинке стула китель, с горевшими в лунном свете пуговицами. Когда она проснется, все вернется на круги своя, а этот день, похожий на удивительный сон, останется в ее воспоминаниях.

Глава 10

Айри стояла перед открытым шкафом и смотрела на полупустые полки с пылью на краешках. Не то. Она закрыла шкаф. Надев форму, перед висевшим на стене маленьким зеркалом поправила воротник, разгладила красную накладку, подтянула выше бело-голубую повязку, убрала волосы в пучок и кивнула: вот так будет правильно. Нельзя забывать, кто она есть и что должна делать. Платье, подол которого требовалось застирать, осталось лежать клетчатой полоской в изножье кровати.

Позавтракать она не успела, взяла у отца булочку и убежала. По пути заглянула в лавку к знакомой портнихе и попросила сшить новый комплект формы.

— Ха! Четко раз в два месяца приходишь! — усмехнулась та, а Айри, вздохнув, оставила ей деньги на ткань.

Она бежала по улицам, махала знакомым патрульным, вышедшим на смену. Было зябко, и пар вылетал изо рта облачком. Встававшее солнце совершенно обленилось и не грело.

Не успела Айри войти в здание, как увидела Кеймрона, очень недовольного.

— Ты вовремя. Едем в фабричный округ, — отрывисто бросил он.

Фабричным называли второй округ Лендейла за то, что в нем находились почти все заводы и предприятия города. Они стояли вдоль реки огромными черными монстрами, которые чадили, коптили, отравляли воду, воздух и людей.

Вокруг фабрик и заводов разрослись трущобы — иначе одноэтажные дома-бараки было и не назвать. Грязь, крысы, вонь сточных вод, копоть — всего этого было здесь в избытке. Бельевые веревки были растянуты прямо над дорогой, и на них сушились лохмотья, на которые оседали выбросы.

Во втором округе даже днем в патруль выходили по трое, а ночью — не меньше, чем вчетвером. Рабочим платили гроши за тяжелый труд, и шли туда либо самые отчаявшиеся, либо самые потерянные.

Только ранним утром и после гудка об окончании рабочего дня эти улицы оживали, наполнялись кричащей, галдящей, голодной толпой. Днем же те, кто работал в ночь, спали, и из окон то и дело раздавался чей-то храп или стон.

Изнанка Лендейла была ужасна, и Айри не раз благодарила судьбу, что не работала здесь.

Не менее двадцати патрульных окружали развалюху, у которой остановил автомобиль Кеймрон. Рядом тут же появился мужчина в черной форме Шестого отделения.

— Не беспокойтесь, господин Олден, за автомобилем присмотрим, — скороговоркой выпалил он. — Барон Олден сказал, что это по вашей части.

Айри удивилась и выбралась из автомобиля. Что их ждало внутри? Что ничего приятного — это ясно.

Увидев их, патрульные расступились, и у Айри зарябило в глазах от количества яркого красного на фоне серого. Дом был наполовину заброшен — выбитые окна слева заколотили. В другой половине поддерживалась видимость жизни: трещины на фасаде замазали чем-то черным и вонючим, а в крохотных окнах даже стояли мутные стекла, едва-едва пропускавшие свет.

Дверь была выломана и лежала в стороне, ее серо-ржавые петли торчали вверх, словно скрюченные пальцы. От самого входа Айри уловила удушливый сладковатый запах. Запах самой смерти.

Кеймрон вошел первым, свернул направо, словно знал, куда идти. И остановился посреди дверного проема. Из-за его спины Айри ничего не могла увидеть, поэтому легонько постучала по плечу.

— Сдвинься уже, — попросила раздраженно.

Кеймрон шагнул в комнату, и Айри просочилась следом. И так же остановилась, как он. Полумрак скрадывал ужас увиденного, но в то же время позволял дорисовать все воображению. Черная форма мертвых растворялась, поэтому казалось, будто комната полна белыми головами и руками.

— Доложите, — услышала она отрывистый приказ Кеймрона.

— Осведомитель дал сигнал, что ночью здесь соберутся революционеры, и барон Олден приказал арестовать всех, отправил людей. Но утром никто не вернулся, и отправили сюда уже нас. А мы вот, нашли это… — и мужчина в черной форме обвел печальным взглядом товарищей.

Глаза Айри привыкли к полумраку, и она разглядела детали. Тринадцать мужчин лежали, часть из них застрелилась, а часть — перерезала себе шеи собственными же палашами. Оружие лежало рядом с ними, кто-то его выронил, а кто-то не отпустил и после смерти.

— Свет, — приказал Кеймрон.

— Да вот принесут сию минуту, господин Олден! Прогорели те светильники, с которыми мы утром пришли. А вот и они!

Айри подвинулась, пропуская мужчин в черной форме с фонарями в руках — они выглядели, как проводники смерти, пришедшие собирать души.

О случившемся можно было только рассуждать, и они, осмотревшись, пришли к выводу, что ареста революционеры не ожидали — возле опрокинутого стола валялись книги, по которым изрядно потоптались, лежали письма и отпечатанные для народа листовки с призывами.

— Теперь совершенно очевидно, что наш убийца связан с революцией, — нахмурилась Айри и подошла к Кеймрону. — Он убил их магическим принуждением.

Кеймрон кивнул.

— Детектив Вэнс! — позвали