Девятая жизнь. Напарники по несчастью (СИ) - Фант Карина

— Стой, где стоишь, — раздалось напряженное из-за спины. — Или я заморожу твой зад.

— Серьезная угроза, — усмехнулся он.

— Рэйнер?! — Триста нажала на включатель. Альфариец медленно обернулся и осмотрел ее, застывшую у двери в пижаме с полярными медведями и толстой книгой в руках. — Что ты тут делаешь? Это ведь против правил!

— Против правил? Разве теперь они должны меня волновать?

Моргнув словно от удара, Триста нервно сглотнула и подошла ближе.

— Будто они раньше тебя волновали, — буркнула она и, бросив книгу на кровать, сложила руки на груди. — Так вот твое «сейчас»? В полпервого ночи?

— Лучше поздно, чем никогда.

Девушка дернула уголками губ, но промолчала. Рэйнер невольно опустил взгляд, заметив горечь, плескавшуюся на дне голубых глаз, и в его внимание попала книга. Подняв ее, альфариец с удивлением спросил:

— Учебник по флоре и фауне?

— Ага. Отличное средство самозащиты, — смущенно пробормотала Триста.

— А как же ледяная руна, пущенная в зад?

Сдержать улыбку не получилось у обоих. Выхватив книгу из рук Рэйнера, девушка бросила ее обратно на кровать и деловито спросила, мигом взяв себя в руки:

— Так каков план?

Альфариец тоже посерьезнел. Покручивая перстень на пальце, спросил:

— Ты когда-нибудь слышала о временной передаче силы?

Он вдруг снял гравиаль. Триста помотала головой, кинув на перстень настороженный взгляд.

— В одной старой книге об энергетических сбоях говорилось про этот способ. Его используют очень редко, лишь в крайних случаях, но, думаю, наш как раз подходит под описание.

Альфариец медленно двинулся в центр комнаты, вынуждая девушку ступить следом.

— Странно, но мне такая информация никогда не попадалась, — подозрительно протянула Триста.

— Вряд ли ты встречала что-то похожее в обычной библиотеке. У меня… дома полно редких изданий.

— Дома? — переспросила девушка, явно удивившись такой новости. — То есть ты был дома?

Рэйнер вопросительно посмотрел на нее, остановившись. Разве ее это касалось? Триста выглядела сбитой с толку, но все равно попросила:

— Продолжай.

— Так вот. Временная передача силы. Загвоздка в том, что и некромаг, и гравиаль при этом должны быть… Как бы это сказать… — Рэйнер щелкнул пальцами. — Подходящими. Друг другу, конечно. Смекаешь, о чем я?

Девушка согласно кивнула, вспомнив о пророчестве.

— В случае неудачи ты можешь потерять все души, но это нестрашно, — криво улыбнулся парень. — А пока все, что тебе нужно сделать — это надеть мой гравиаль.

Весь настрой как рукой сняло.

— Ну уж нет! — Триста резко спрятала ладони за спину и отступила, распахнув глаза. — Я видела, сколько у тебя душ!

— Никто и не говорил, что будет просто.

— Это невозможно, Рэйнер!

— Вот сейчас и проверим, — безапелляционно заявил он и протянул ей перстень. — Как от себя отрываю. Видишь, какой я молодец?

Триста нервно усмехнулась, смотря на чужой гравиаль как на гадюку, но руки из-за спины убрала.

— Да я ведь и дотронуться до него не смогу.

— А ты сначала попробуй.

Было видно, что терпения альфарийца надолго не хватит. Нехотя шагнув ближе, девушка подняла руку и зависла ей в воздухе. Пальцы заметно дрожали, от волнения сдавило грудь. Рэйнер терпеливо ждал, внимательно наблюдая за каждым ее движением, держа перстень на вытянутой ладони.

— Там говорилось, насколько это больно?

— Больно будет лишь сначала, — соврал альфариец, не моргнув и глазом. — Ты вытерпишь. Просто не забывай, зачем это нужно.

Триста рвано выдохнула.

— Ты прав.

Собравшись с духом, она решительно прикоснулась к кюроновому гравиалю и тут же одернула руку, вскрикнув. Не перстень — раскаленные угли! Посмотрела на Рэйнера, ища в его взгляде утешение, но наткнулась лишь на глухое недовольство. Вторая попытка вновь обернулась провалом.

— Не могу! У меня рефлексы!

Внезапно Рэйнер схватил ее ладонь и в следующий же миг надел перстень на указательный палец.

Колени подогнулись. Мир перед глазами взорвался яркими вспышками вместе с болью, растекшейся вверх по руке, проникшей в каждую клеточку тела, завладевшей сознанием. По щекам полились слезы, огненная боль закололась, будто разряды электричества. Осев на пол, Триста бесплодно хватала ртом воздух, чувствуя: еще немного — и она не выдержит. Просто не справится с тем огнем, что проник в ее тело, по-хозяйски выжигая все на своем пути. Чужая энергия царапалась, резала, билась изнутри, недовольная новой хозяйкой. Билась до тех пор, пока Триста не сделала, наконец, вдох. А потом провалилась в спасительную тишину.

Триста медленно открыла глаза. Ресницы до сих пор были влажными, легкая дрожь вибрацией отдавалась в груди, но во всем остальном она чувствовала себя вполне неплохо. Рэйнер сидел на другой стороне кровати, гипнотизируя ее усталым взглядом и крутя в руках учебник по флоре и фауне.

— Что случилось? — негромко спросила девушка, поднимаясь и опираясь о спинку кровати.

— Ты отключилась.

Триста опустила взгляд на палец, где несколькими минутами ранее красовался чужой гравиаль. Не было даже покраснения, хотя, казалось, после того, что она испытала, кожа на том месте должна была покрыться запекшейся коркой.

— У нас ничего не получилось, да?

Рэйнер отбросил многострадальную книгу в сторону, поднялся на ноги и подошел ближе, протягивая руку.

— Идти сможешь?

Он помог ей вылезти из окна и повел в обход к академии через темный влажный лес. Дождь прекратился, оставив после себя лужи, запах мокрой древесины и студеный воздух. Триста куталась в куртку, хлюпая кроссовками по грязи.

— Я заглушку забыла поставить, — вдруг вспомнила она полушепотом. — Как думаешь, нас кто-нибудь слышал?

— А разве это имеет значение? — вышагивая рядом, ответил альфариец. Яркая сфера кружила впереди, освещая путь.

— Для меня — да!

— Видишь, значит, это не моя проблема.

Триста насупилась и едва не споткнулась о вылезший из-под земли корень. Какое-то время они шли молча, но вскоре она не выдержала и спросила:

— Так… почему ты уезжал домой? — Рэйнер даже не взглянул в ее сторону. — Ах, да, мне знать об этом не положено. Будто я кому-то расскажу.

Не подействовало.

— Кстати забыла передать привет от братьев Делагарди. Хорошие парни, только вот тетрадь мою сперли.

— Что? — альфариец, наконец, посмотрел на нее.

— Ну, ту тетрадь, по которой мы занимались. Там все руны были, — Триста шмыгнула носом. — Обидно, придется все заново переписывать.

Рэйнер остановился и повернулся к ней, нехорошо нахмурив брови.

— Откуда ты их знаешь?

— С такими общими знакомыми это было неизбежно, — фыркнула девушка.

Альфариец помрачнел еще сильнее.

— Что они от тебя хотели?

Триста лукаво пожала плечами, сложив руки на груди.

— Про тебя спрашивали. Интересовались, куда пропал. Потом попытались отобрать тетрадь и устроили погоню с гончими в лесу, а там я… кхым… выронила ее и убежала. Конец.

Рэйнер смотрел на нее какое-то время, будто не решаясь что-то сказать, но в последний момент передумал, развернулся и продолжил путь. Триста двинулась следом. Из-за деревьев начал проглядываться темный силуэт академии.

— Мы с отцом не сходимся во мнении, где мне отрабатывать год службы после выпуска, — вдруг заговорил альфариец. Девушка заинтересованно взглянула на него, хмурого и сосредоточенного. — Он настаивает на Твенотрии, но всем известно, что после года в их ГДВ* идет второй, за ним и третий. Настоящая болотная яма.

Это было неожиданно. Раньше Рэйнер никогда ничего не рассказывал о себе. Буквально никогда и ничего, да и знакомы они были в действительности совсем мало. Поэтому Триста ухватилась за этот разговор, осторожно спросив:

— Думаешь, он просто хочет избавиться от тебя?

— У нас, конечно, натянутые отношения, но главная причина в другом, — усмехнулся альфариец. — В Твенотрии одна из самых сильных и почитаемых армий. Служба в такой показывает статус, который в нашей семье в последние годы становится все эфемерней и эфемерней.