Путешествие на Элос (СИ) - Птица Регина

- Как тебя называть? – шепчу я.

- Как прикажет госпожа.

- Кончай!

- Прямо сейчас?

Надеюсь, это дурацкая шутка…

- Не в том смысле, дурачок, - ловлю своими губами его губы, слегка втягиваю, поигрывая, прикусываю, дразнясь, и только потом отпускаю. Заглядываю ему в глаза. Руки по обе стороны от его головы прижаты к двери, хочу знать, что он в моей клетке. – Хочу знать твоё имя.

- Ленар.

- Ле-нар… - протягиваю по слогам и снова дарю ему поцелуй-укус. Вижу, как поблёскивают в полумраке его чёрные глаза. – Хочешь меня? Только честно! – тут же добавляю, догадываясь, что всё с этим соблазнением может быть не так просто. Раз он здесь – то наверняка из семьи Келлы и Хэлен. И вряд ли подошёл ко мне против воли хозяек. Хоть я и не понимаю, что им может быть от меня нужно, но думаю, что слепо бросаться в пучину страсти не стоит. Женская дружба дело такое – никогда не знаешь, с какой стороны укусят.

- Хочу… - выдыхает мне в губы мальчишка, и, даже если это ложь, она звучит уж очень похоже на правду. Особенно когда он наклоняется к моей шее и целует в изгиб плеча. Волны мурашек разбегаются по телу оттуда, где кожи касаются его губы.

- Раздевайся! – не дожидаясь, пока он приступит к выполнению приказа, сама берусь за его обтягивающую майку, или как называют подобное на Элосе… Стягиваю эластичную ткань через голову и погружаюсь в изучение мускулистой груди. Несмотря на женственное лицо, здесь у Ленара всё очень мужественно, только кожа гладкая – ни единого волоска. Впрочем, как и у всех местных мужчин, которых мне довелось увидеть голыми. Да ещё правый сосок украшается блестящий камешек. Не доводилось мне иметь дело с такими игрушками, потому в приступе любопытства склоняюсь к украшению и принимаюсь теребить языком. Ленар стонет. Его пальцы почти до боли впиваются в мои плечи.

- Госпожа… - шепчет он.

- Я.

Запрокидываю голову, чтобы рассмотреть его лицо.

- Расстегни моё платье.

И правда, когда надо, его руки могут действовать очень быстро. Пальцы бережно спускают по плечам бретельки, и глаза Ленара с благоговением смотрят на мою грудь. С таким благоговением, что мне в него как-то даже не очень верится.

Чтобы отвлечься от этой неприятной мысли, я ловлю его руки и тяну на себя, к кровати. Сегодня у нас всё будет по-разному, но для начала я хочу получить ещё его губы на своём теле. Пусть путешествуют там, где не успели побывать. Пусть ласкают мои соски, так же нежно и неторопливо, как недавно изучали бёдра.

И Ленар явно не против такого развития событий. Когда я откидываюсь на спину, он становится на колени возле кровати, и взяв одну мою ногу целует колено. Осторожно, каждое движение сопровождая поцелуями, снимает туфлю и касается губами пальцев. Втягивает в себя один, ласкает языком. Прикрываю глаза, отдаваясь на волю этой ласки, но надолго меня не хватает.

Ленар едва приступает ко второй ноге, когда я, не выдержав, тяну его на себя и прижимаю лицом к груди.

- Здесь, - приказываю ему, - целуй.

Конечно же, Ленар принимается целовать. Не менее умело, чем действовал до сих пор. Его губы и язык изощрённо чередуют нежные ласки и жадные покусывания, так что время от времени мне кажется, что я вовсе не дождусь главного. Потом его губы спускаются к животу, и дальше, принимаются ласкать меня между ног. Я таю, одновременно желая большего, и окончательно теряю голову, когда, наконец, чувствую внутри его плоть.

Ленар двигается то медленно, то быстро, я вижу, как он выглядывает мои пожелания на моём лице… Но, в то же время, это не так, как было с Астером. В его глазах настоящее ожидание, настоящее возбуждение, в каждом касании его рук мучительное нетерпение… И суть этого нетерпения я понимаю только под конец, когда, в который раз содрогаясь в экстазе сквозь шум крови в ушах слышу его голос, протяжный, больше похожий на стон:

- Госпожа! Разрешите снять кольцо!

Хорошо, что у меня всё уже было, иначе истерика испортила бы нам остатки события…

- Разрешаю! – поспешно соскальзываю с него. Впрочем, Ленар и не претендует на что-то особенное. Усевшись на кровать рядом с ним, я вижу, как его пальцы, дрожа, касаются украшения у самого основания члена. До того у меня не было времени его разглядеть. Обруч из серого метала соскальзывает ему в пальцы, Ленар дрожащей рукой откладывает его на простыню.

Его пальцы не успевают коснуться члена, когда меня посещает мысль, что надо бы его вознаградить. Хотя бы рукой. Уже тянусь, чтобы это сделать, вижу, что не успеваю, и поспешно выдыхаю:

- Кончать не разрешала!

Ленар испускает протяжный болезненный стон и изливается себе в ладонь.

- Госпожа… - жалостливо произносит он и виновато косится на меня. Ещё недостаточно пришёл в себя, чтобы сообразить, что делать, но через мгновение уже соскальзывает с кровати и падает на колени. – Простите, госпожа! – опускает лоб на ковёр.

Вздыхаю. Пытаюсь улыбнуться – только кому? Он же на меня взгляд поднять боится. Такой молоденький… Астер наверняка бы справился.

- Да ничего. Идём, примем душ.

Ловлю его ладонь и тяну в ванную. По дороге и всё время, пока я настраиваю воду, Ленар недоверчиво смотрит на меня. Так что, закончив с техническими вопросами, приходится приникнуть к нему. С удовольствием обнять и поцеловать.

- Я не злюсь, - уверяю его. – Мне было очень хорошо.

Поколебавшись, Ленар обнимает меня в ответ и принимается поглаживать по спине – но совсем не так, как в самом начале.

- Хотите, чтобы я помог вам смыть пот?

- Можно, - соглашаюсь я.

Через какое-то время становится ясно, что из душа нам не выйти ещё долго. Ленар берёт меня прямо там, удерживая на руках и прижимая спиной к стене. Потом снова в спальне, и, кажется, даже на полу. И я совсем не замечаю, в какой момент за окнами начинает светать.

Лежу у него на груди, иногда приподнимая голову, чтобы поднести к губам бокал с вином – бутылку нашла в минибаре, и её содержимое успело побывать у нас в самых сокровенных местах.

- Ленар… - окликаю я. Хочется узнать, кто он такой. Почему выбрал меня. Что вообще делает здесь…

Но, приподняв подбородок, и заглянув в его лицо, вижу, что мой любовник спит. После душа краска стекла с его лица, но от этого оно не стало менее красивым – только более молодым и беззащитным.

Вздыхаю, но решаю его не будить. Ясно, что всё это было лишь недолгое приключение. Осторожно поднявшись, подбираю с пола платье. Не без труда застёгиваю, вылавливаю под кроватью туфли. Надеваю и их тоже. Подхожу к зеркалу в прихожей, проверяю, не слишком ли неприлично выглядят причёска и остатки макияжа. К счастью, портиться особо нечему – ни того, ни другого у меня вчера толком не было. Подбираю сумочку с комом и бесшумно выскальзываю за дверь.

Судя по разгрому в гостиной нашего коттеджа, Келла тоже провела вечер хорошо. Но мне сейчас абсолютно не хочется это обсуждать. Стараясь не побеспокоить парочку, ныряю к себе и падаю на кровать.

18

Хотя утром лучики золотистого горного солнца и заглядывают в окна коттеджа, холодно адски. И это при том, что утро у меня начинается ближе к двенадцати.

Вторым раздражителем становится звон посуды на кухне и тихое хихиканье на два голоса. Влюблённые о чём-то перешёптываются, но слов не разобрать – да и слава богу.

А я вот просыпаюсь абсолютно разбитой. Чем бы они не напоили меня на этой вечеринке, а человеческий организм к этому не приспособлен.

И кухня занята, что б его! Водички не попьёшь!

Встав и проковыляв к шкафу, надеваю такой неприличный по местным меркам комбез, беру вчерашнюю вечернюю сумочку и выползаю в общую комнату с намереньем немедленно добраться до кафетерия. Или столовой. Всё равно.

Как обычно, планы не сбываются.

- Алия! А вот и ты!

Хихикающая и растрёпанная голова Келлы показывается из кухонных дверей. Николс виден только частично – его рука обнимает её поперёк талии и как будто бы пытается затащить назад.

- Не собиралась вам мешать! Я уже ухожу!