Попаданка в стране чудес 2 (СИ) - Медич Майя

— С тех пор, как я сюда попала и познакомилась с Адамом, — начала говорить Вита. Говорение давалось ей с трудом. — Этот цветок неизменно стоял возле моей кровати. В прямой видимости. Лучше ситуации и не придумаешь для того, кто хотел бы околдовать меня чем-то нехорошим. Меня мучали кошмары и головные боли потому, что я спала возле цветка, он действовал на меня, изменял меня. А Адам… Адаму не составляло большого труда забегать к нам в комнату, когда нас тут нет, чтобы усилить или ослабить чары…

— Не торопись… — призвала подругу Рут. Она села рядом с Витой. Роуз села с другой стороны. Вите сейчас требовалась максимальная поддержка, и девушки понимали это. Обе выглядели обеспокоенно и поддерживающе одновременно. — Может, источник магии действительно в цветке, но Адам не имеет к этому отношения.

— Имеет… — грустно ответила попаданка и зажмурилась. — Все его поведение вдруг показало свою обратную сторону. Он всегда был нежен, вежлив, чертовски обаятелен. Он делал все, чего девушка хочет от молодого человека. Он был идеален. Мне постоянно казалось, что так попросту не бывает. И… я была права. Так не бывает. Это была игра. От начала и до конца. Например, тогда… в тот день, когда он повел меня на пикник… Он хотел споить меня, а потом сделать так, чтобы меня поймали и выгнали из института за нарушение правил. Поэтому он и не пытался толком прятаться… Сам бы выкрутился, а меня бы подставил…

— Но зачем ему все это? — с недоумением спросила Роуз. Она смотрела на Виту с искренним сочувствием. — Если ты ему на самом деле не нравишься, почему просто не общаться с тобой? Зачем весь этот спектакль?

— Вот именно! — подхватила ее слова рыжая. — Он же сам ухаживал за тобой, сам строил ваши отношения. Ты не делала первого шага. Это была его инициатива. Какой во всем этом смысл?

На лице Виты появилась нездоровая улыбка. На здоровой сил у нее не хватило. Плакать девушка не собиралась. Во всяком случае сейчас. Сейчас она просто удивлялась тому, какой дурой была все это время, и как хладнокровно Адам разыграл всю свою партию. Попаданку успокаивало лишь то, что на такой крючок попались бы многие.

— Я вижу две причины для подобного спектакля, — поделилась своими догадками Вита и пустилась в перечисление. — Первая — он коренной. Я много раз слышала, что большинство коренных относится к попаданцам хорошо, да и вы — яркий пример этих слов, но из всех правил бывают исключения. Мы же знаем, как сильно ненавидит попаданцев Фрига Монс. Так почему бы и Адаму не поддаться желанию истребить пришельцев из других миров?

— А вторая причина? — спросила Рут, хотя все еще размышляла над первой. Как коренной, ей не очень нравились люди, порочащие идеалы Мирабилии. Она всегда придерживалась мнения о том, что попаданцы прекрасны.

— Вторая причина личная, — немного подумав, ответила Вита. — Адам амбициозен, склонен к постоянному поиску внимания. Он харизматичен, артистичен, этого у него не отнять. Вспомните, как он негодует всякий раз на занятиях, когда его прерывают. Я думаю, ему захотелось выплеснуть куда-нибудь свой актерский талант. И он решил совместить нелюбовь к попаданцам и способность играть роль… Амбициозный проект… Ничего не скажешь.

Она немного помолчала.

— И вот еще что… — продолжила попаданка спустя полминуты. — Я ломала голову над тем, почему он вдруг перестал общаться со мной на какое-то время… Думала, он заподозрил что-то, а он… Это же было на уроке. В тот момент он просто понял, что у попаданцев отлично получается колдовать. И расстроился. Дело было не во мне, а в общей ситуации.

Снова наступило молчание, но на этот раз прервала его не Вита.

— Выходит… — доводила по полного понимания эту логическую цепочку Роуз. — Адам состоит в сговоре с Монс?

— Выходит, что так… — Вита еще раз посмотрела на цветок. — И тут даже за доказательствами далеко ходить не надо. Сколько вы знаете студентов, которые в институт привозят с собой редкие растения? Это нетипичное поведение для студентов, а вот для преподавателя травологии вполне объяснимое. Привести и выдать в качестве оружия. К тому же Адам при всех его талантах сам вряд ли сумел бы наложить сложные чары, ему потребовалась бы помощь от кого-то, кто институт давно закончил.

— Восхищаюсь тобой! — вдруг сказала Рут.

Вита удивленно посмотрела на нее.

— Серьезно? — изумилась она. — Мы только что выяснила, что меня самым безобразным образом обвели вокруг пальца, а ты мной восхищаешься? Самое время сказать, что такая глупость могла произойти только со мной!

— Глупость — это говорить такое! — возмутилась рыжая, но тут же смягчилась. — Да, ты угодила в неприятнейшую историю, но посмотри, с какой честью ты принимаешь этот факт. Другая на твоем месте уже легла бы на пол и разрыдалась. А у тебя ни одной слезинки на лице. Ты просто сидишь и продолжаешь трезво мыслить. Я бы так не смогла.

— А что бы ты сделала? — поинтересовалась Вита.

Рут задумалась, но исключительно на одно мгновение.

— Я бы прямо сейчас пошла в зал, где они занимаются фехтованием, взяла бы шпагу и… — Рут сделала паузу, потому что Роуз испуганно посмотрела на нее. — И попыталась бы не заколоть его насмерть…

— Давайте не будем никого закалывать… — тихо попросила Роуз. Она нервничала. Шрамы на ее руках до сих пор не зажили, и Роуз не хотела больше сталкиваться с проявлениями насилия.

— Не будем, — пообещала Вита. Она тоже не была сторонницей физических увечий.

— А что мы будем делать? — уточнила Рут, потянулась к цветку, но Вита остановила ее. — Что? Разве нам не нужно уничтожить цветок, пока он снова не принялся сводить тебя с ума? Мы же не знаем, когда чары вновь вступят в силу.

— Этот цветок — единственное доказательство того, что в институте есть люди, строящие коварные заговоры против попаданцев, — после этого объяснения Виты Рут сразу же притихла. — Мы не можем потерять это доказательство.

Возразить девушкам было нечего.

— То, что цветок вручил мне Адам, — продолжила Вита. — Мы еще сможем доказать. Но я ума не приложу, как доказать причастность к этому Монс?

— Может, — предположила Роуз. — Адам испугается и сам все расскажет?

— А если нет? — Вита нахмурилась. Ей не хотелось полагаться на случай. — Тогда мы раскроем Адама, но не доберемся до более опасного противника. При всей коварности и отвратительности Адама на роль главного злодея он не тянет. Он, конечно, может мнить себя кем угодно, но, по сути, он стал пешкой в игре Монс.

— Я бы на твоем месте пока Адаму вообще ничего не говорила, — сказала Рут. — Понимаю, тебе хочется высказать ему все, что ты о нем думаешь, но, пока он будет считать, что игра продолжает идти по его правилам, преимущество на самом деле будет в твоих руках.

— Рут права, — согласилась Роуз, хотя и с неохотой. — Когда он поймет, что цветок больше не выполняет свою функцию, он или Монс придумают что-то еще. И нам придется начинать все сначала.

— Да… — иронично протянула Вита. — Теперь и мне придется притворяться, что наши отношения — самые крепкие и высокие в этом мире…

— Может, это продлится недолго, — Рут вновь постаралась поддержать попаданку. — Может, ты очень быстро поймешь, как добраться до Монс, и сможешь раскрыть карты. Мне нравится думать, что именно так и будет.

Всем нравилось так думать.

Они поговорили еще немного. У Виты по-прежнему не укладывалось в голове, что вся ее новая жизнь после перемещения в другой мир была не просто ошибкой, а насмешкой. Ей было больно от того, как гнусно с ней поступили. Почему она? В институте до сих пор ходил слух о том, что Вита якобы особенная, что ее татуировка — символ ее избранности. Неужели ее избрали для того, чтобы она на собственной шкуре испытала все тридцать три несчастья?

Хорошо, что подруги продолжали находиться рядом. Вита лишь на минуту позволила себе усомниться в них. Раз уж все это время ее обманывал ее парень, то где гарантия, что соседки по комнате не занимаются тем же самым? Но упрекнуть Рут и Роуз было не в чем. Разумеется, порой подруги спорили, у каждой было свое мнение. Но иметь свое мнение нормально. Пусть у них разные вкусы, зато как крепка их поддержка! Рут и Роуз всегда были на стороне Виты, и эту поддержку попаданка ценила больше всего на свете. Вита не помнила своих подруг из прежнего мира, но точно знала, что настолько классными они не были.