Будь моим хранителем (СИ) - Кураева Анастасия

Мое сердце разрывалось.

«Мама! Мамочка! Папа очень нас любит! Но не может быть рядом…»

Я судорожно вдохнула воздух через дрожащие губы и сняла пальто.

17

Глава семнадцатая.

О, Господи. Я стояла в ванной комнате и быстро оценив ситуацию, подбежала к девушке, лежащей в ванне. В ушах у нее были наушники, подсоединенные к телефону. Телефон лежал на самом краю ванны, так и норовясь в нее упасть. Первым делом я отодвинула мобильник от края, потом вынула аккуратно наушники и положила гаджеты, подальше от воды.

— Ну, что там? — Егор уже был здесь и нетерпеливо заглядывал мне через плечо. Ванная была достаточно узкая, поэтому мы немного толкались.

— Сейчас, проверяю…

Я нащупала пальцами сонную артерию у девушки на шее. Пульс был, но слабый. Вода в ванной совсем остыла и девушка была холодной.

— Надо вытаскивать ее, у нее переохлаждение.

Я нащупала пробку, закрывающую отверстие, около ног девушки и вынула.

Егор сердито срывал полотенца с крючков. Я забрала их и уступила ему место перед ванной.

Он наклонился над девушкой, взял ее за подмышки и стал вытаскивать. Я тут же обернула ее полотенцем и помогла Егору подхватить ее под колени.

Мы вышли из комнаты. Я прокладывала дорогу в незнакомой квартире, направляя своего напарника в нужном направлении. В спальне Егор уложил девушку на кровать. Я стала досуха вытирать конечности девушки, попутно растирая их. Егор сдернул с кровати теплое одеяло, на кресле нашел шерстяной плед.

Я откинула мокрые полотенца в сторону, и накрыла девушку пледом. Снова проверила пульс. Слабый.

— Нужно растирать сначала туловище от центра, потом конечности. — Егор наклонился над девушкой, потом посмотрел на меня. — Давай ты верх, я низ. Справишься?

— Да, — сказала я и принялась за работу.

Я массировала девушке грудную клетку прямо через шерстяную ткань, переходя на руки. Возвращалась к центру, терла живот, снова руки. Егор растирал ноги.

— Мало того, что она замерзла. Могла ведь захлебнуться в этой ванне или умереть от удара током. — Егор ворчал себе под нос. — Что за мода в ванную брать с собой телефон? Это же верная смерть.

Я сжала челюсть. Сама недавно принимала ванну с телефоном в руке. И вот передо мной было живое доказательство того, как все могло кончиться.

Наконец, кожа девушки стала приобретать розоватый оттенок. Я померила пульс. Он бился гораздо бодрее.

— Давай укутаем ее в этот шерстяной плед, а сверху накроем одеялом.

Я согласилась. Мы быстренько сделали свою работу, как команда пит-стопа на гоночной трассе. Отлаженные движения, каждый на своем месте, настоящая команда.

Отойдя посмотреть на плоды наших трудов, мы удовлетворенно кивнули друг другу. Я раскраснелась от усиленной работы, руки ныли. Егор притянул меня к себе буквально на секунду, приобняв за плечи, шепнул:

— Ты — молодец… — и тут же отстранился.

Этот быстрый, но такой приятный комплимент заставил покраснеть меня еще больше.

— Кстати, у меня полно новостей! — я воспользовалась минутной передышкой.

— Кстати, у меня тоже есть кое-какая информация. — Егор крутанул рукой, разрешая поделиться мне первой.

Я начала:

— Я узнала очень много интересного и шокирующего. Ой, скоро будет прыжок! — я метнула свой взгляд на кровать.

— Ты стала чувствовать заранее. — Егор одобрительно мне улыбнулся.

Я вернула ему улыбку:

— Спасибо. Так вот, оказывается папа скрывается и с ним никак не связаться, а за мной следят.

— Следят? — Егор скрестил руки на груди и нахмурился.

— Похоже на то… — я извиняющимся жестом развела руки в стороны.

— Позвони мне…

Это было последнее, что я услышала, когда прыжок затянул меня в перемещение. Я тут же набрала номер Егора.

— Привет. — в трубке раздался голос моего напарника.

Как к этому можно привыкнуть? Только он был здесь и уже за тысячу километров.

— Привет… — я говорила шепотом, так как мама уже давно спала.

Я долго пересказывала ему свою встречу с Надеждой Васильевной, стараясь не упустить ни одной детали, поэтому рассказ вышел длинным с моими попутными замечаниями.

— Твой отец явно собирает единомышленников… Мне вчера звонила мама. Елена рвет и мечет у себя в Центре, и часто упоминает имя твоего отца.

— Видимо он вставляет этой Елене палки в колеса! Хотела бы я узнать, что именно он делает и какие у него планы.

— Может он готовит переворот? Чтобы свергнуть Елену и всех приближенных к ней? Я бы поддержал его. Эта политика идеальных пар сущий бред.

Я прикусила губу от досады, но продолжила:

— А может он просто хочет отомстить? В любом случае, что бы ни надвигалось, меня это пугает. Отец мог бы и передать мне хоть какую-нибудь весточку, чтобы я понимала, что мне делать.

— Тебе же Надежда Васильевна сказала не дергаться, не привлекать к себе внимания.

— Да, но мне страшно. Слежка за мной с одной стороны, слежка с другой. В голове не укладывается. И мало ли, что этой Елене может взбрести в голову.

Мы помолчали, потом Егор сказал:

— Может тебе уехать куда-нибудь на время? — я услышала беспокойство в его голосе.

— Но как же я уеду? А учеба, мама?

— Маш, речь идет о твоей жизни… — он на секунду запнулся. — Приезжай ко мне в Питер? Преподнесем это как туристическую поездку от института.

— К тебе? — я нервно сглотнула комочек в горле. — Но Егор, спасибо конечно, но ты сам сказал, что лучше не рыпаться и вести себя как обычно. Надеюсь, за мной хорошо присматривают люди отца.

Я старалась говорить храбро. Во-первых, подбадривала себя, во-вторых, своего напарника.

— Я просто… Злюсь… — слышно было, что слова давались ему с трудом. — Что я здесь, а ты там и ты в опасности. А я ничего не могу сделать.

Я молчала. Я чувствовала его поддержку даже через тысячу километров. А потом он вдруг сказал тоном, не терпящим возражений:

— Я приеду. Завтра или послезавтра. Возьму отпуск на работе и приеду.

— Егор, но со мной все в порядке, правда! Не стоит из-за меня все бросать! — мне было очень неловко, но в то же время появилось чувство облегчения.

— Ой! Говоришь так бойко, а у самой небось коленки трусятся. Все, давай. На связи.

И не успев ему возразить, Егор повесил трубку.

Что ж… Вести себя как обычно, вести себя как обычно…

Это было трудно. Утро понедельника превратило меня в параноика. Я то и дело нервно оборачивалась на улице по дороге в институт, словно искала своих преследователей. Но ничего подозрительного не происходило. Я не видела ни одного человека, который бы пристально на меня смотрел или шел за мной в толпе.

Яна встретила меня на ступенях нашего ВУЗа и вручила мне стаканчик чая. Я подозрительно заглянула внутрь:

— А что весь кофе в округе закончился?

— Правильно я сделала, что взяла на этот раз чай. Ты какая-то дерганая. Это точно от кофеина. — и она приняла очень умный вид. — Я тут на статью наткнулась. Кофе вырабатывает гормон стресса — кортизол. А он в свою очередь влияет на сон, на нервную систему и так далее.

Я скептически на нее посмотрела.

— Да-да! — Яна продолжила. — Вот ты — типичный пример для статьи «Кортизол среди нас». Глаза красные, озираешься по сторонам.

— Это от недосыпа… — я медленно отхлебнула горячего чая.

— Ясно. Как дела у Макса?

Я вдруг осознала, что я не видела Максима уже больше двух недель. Мы переписывались с ним иногда какими-то общими фразами и все.

— У него все нормально. Учеба поглотила.

Я пожала плечами и Яна, схватив меня под локоть, направила в сторону института.

На ступенях нашего ВУЗа мне вдруг захотелось обернуться назад, в самый последний миг, перед входом. Женщина стояла, облокотившись о колонну и смотрела прямо на меня. Но Яна уже увлекла меня в широкие двери и женщина исчезла из виду.

Пара еще не успела начаться, как мне на телефон пришло сообщение от Егора: «Буду сегодня поздно вечером. Завтра уже можем встретиться». Я выдохнула. Внутри появилось некое спокойствие. Я написала ответ: «Так уж и быть… Пропущу пары, проведу тебе экскурсию по городу». Он прислал мне улыбающийся смайлик. Настроение сразу подскочило вверх.