Мой нежный демон - Ксения Широ

Пока я прокручивала в голове возможный разговор с сиротами, мы с Адамаром пробирались через густо заросший лес, потом шли через поляну, где трава была настолько высокой, что скрывала меня по пояс. И наконец вышли к роще, где деревья росли редко, а под каждым деревом в основном находились кустарники. Где-то за деревьями я смогла разглядеть тёмное пятно. А подойдя ближе, убедилась, что перед нами находится дом.

«Дом». Это просто название, для полусгнившего деревянного строения, которое больше походило на заброшенный сарай. В стенах виднелись дыры между досками, толщиной с большой палец. Дверь покосилась, в крыше дыры, а ставни на окнах не закрываются или совсем отсутствуют. Даже мне было понятно, что такой «дом» не для жизни, а для выживания. Сердце сразу ощутимо сжалось.

— Вы кто?! — от дома послышался мальчишеский голос, всё ещё ломающийся, но специально сделанный ниже и грубее, видимо специально чтобы запугать незваных гостей.

— Привет! — я подняла руку и помахала, попутно улыбаясь в сторону дома. Не знаю где именно был ребёнок, поэтому просто улыбалась в сторону открытого окна. — Меня зовут Лана, я пришла к Луке! Я тут молоко для малышки принесла и у меня работа для вас есть!

В доме шумно завозились, послышалось недовольное ворчание, а потом дверь отлетела и из неё выбежала радостная Лука.

— Сестрица! — девочка кинулась в мою сторону и обняла меня за ноги. — Ты пришла, как и обещала! Пошли скорее в дом! Я тебя со всеми познакомлю…

И тут девочка осеклась, стала очень серьёзной и отпустив меня, отошла на шаг, при этом продолжая держать меня за юбку.

— Сестрица, а это кто? — насупилась она.

— А это, — я не думала как именно буду представлять детям Адамара, но сейчас поняла свою ошибку. В их глазах он был огромным, незнакомым мужиком в странной шапке и страшными глазами. В первую нашу встречу с полудемоном даже я испугалась, а что уж говорить про детей? — Это Адамар. Он хороший, и не причинит вам вреда. Ты мне веришь? — Девочка пожевала губу, нахмурила брови, но кивнула. — Не волнуйся, Адамар останется здесь, в дом он не пойдет. Хорошо?

— Хорошо. — Кивнула девочка и потянула меня за подол платья. — Стой здесь! Сестрица, пойдём скорее, Рут и Мара очень хотят с тобой познакомиться!

Однако, когда я попала внутрь дома, я не увидела энтузиазма в глазах ни Рута, ни Мары. Скорее там были безграничное недоверие и настороженность. Сразу стало не по себе от мыслей, что пришлось пережить этим детям, раз они настолько настороженно относятся к девушке-подростку в моём лице.

Рут стоял у окна, того самого, открытого. Видимо это он разговаривал со мной. На вид ему совсем не дашь десять. Щуплый мальчишка в драных обносках и с босыми ногами, чумазый, как и Лука, смуглый, а вот глаза насыщенного зелёного цвета, словно еловые иголки.

А у каменного очага, посредине дома, сидела миниатюрная девочка, лет двенадцати. Мара. Как и сказала Лука, Мара оказалась очень красивой. Даже для современной России, она бы стала эталоном экзотической красоты. Иссиня-чёрные волосы, раскосые обсидиановые глаза и тонкие черты лица. Даже я бы её не хотела выпускать в тот город, мало ли… Мара была тоненькая как веточка, а в том балахоне, который у нее был вместо платья, она смотрелась ещё более хрупкой — тронь и сломается.

А рядом с ней, я заметила плетёную из веток колыбель, где закутанная в (видимо самые чистые) тряпки, спала малышка. Единственное что я смогла в ней разглядеть, так это то, что свет кожи у нее был гораздо светлее чем у всех оставшихся людей, которых я видела здесь до этого. Почти как у Адамара.

— Здравствуйте, — я постаралась как можно дружелюбнее улыбнуться, — я молока от ко… матикоз принесла. Тут не много, но оно свежее. — Я протянула глиняную крынку объёмом примерно в литр, закрытую сверху грубой тканью. — А ещё нашла не нужные вещи…

— Спасибо, — первым заговорил Рут. — Молоко возьмём, а вот вещи — нет.

— Почему? — в один голос спросили я и Лука, недоуменно хлопая глазами.

— Если стражники увидят на нас обновки, то подумают, что мы эти вещи украли! — Возмутился мальчишка. — Отберут вещи и палец отрубят! Так что молоко возьмём, а вещи несите откуда принесли.

— А если скажете что заработали? — не отступалась я.

— Ты в своём уме? — сердито рыкнул Рут. — Одежда, как и ткань очень много стоит! Мы за весь год столько не сможем заработать, даже на одно платье!

— Много это сколько?

— Три дэле за метр грубой ткани. — гордо произнесла Лука, хвастаясь своими признаниями в экономике. — Пять рэле за готовое платье.

— Ясно… — выдохнула я, про себя добавив «что ничего не ясно». Местная валюта до сих пор для меня неизведанное поле. — Тогда как насчёт договора?

— Чего? — Рут округлил глаза.

— Сделки? Уговора? Обещания? — первые три слова мальчик явно слышал впервые, так как на каждом он удивлялся все больше, а вот последнее он явно знал.

— Какого ещё обещания? — он сузил свои глаза и пристально смотрел на меня из своего угла под окном.

— Мы дадим слово, что будем давать вам работу, которую вы сможете выполнить, а вы, в свою очередь дадите слово, что будете эту работу выполнять, естественно за определённую плату, едой, вещами или монетами. — Я хитро улыбнулась, глядя на то как задумался мальчик. — Мы можем написать это обещание на бумаге и каждая сторона подпишет его. Тогда если стражники к вам привяжутся, то можно просто будет показать им эту бумагу, в качестве доказательства что вы не врёте и не воруете, а честно всё заработали.

— Мы не умеем читать и писать. — нахмурился Рут, а я вдруг вспомнила, что тоже не умею читать или писать по местному.

— Ван умеет! — радостно подскочила на месте Лука. — Он и читать может и писать! Я сама видела!

— Отлично! — улыбнулась я малышке, вспоминая, что Адамар тоже умеет писать и читать, и надо будет не забыть его попросить меня тоже научить. — Дождёмся Вана?

— Нет! — вскочила вдруг Мара. — Ван не согласится на это. И его ещё долго не будет. Он… он… он на рыбалке до завтра будет! — Было видно что она врёт, о чём, впрочем мы узнали сами, услышав крики и возню на улице.

Рут и Мара кинулись к открытому окну, а я и Лука выбежали через дверь. Перед