Несущая смерть (СИ) - Элиза Эргашева

-Кимберли, мне жаль, но нам приходилось вкалывать тебе успокоительное до сегодняшнего дня, - извиняющимся голосом проговорила она.

-Виктория, что происходит? - Я пыталась внушить себе, что ничего плохого не могло случиться, а те события были просто плохим сном.

-Тебе нужно прекратить прикидываться, что ничего не произошло! - Вышла она из себя, но взяв себя в руки, уже спокойно и рассудительно проговорила. - Мы все любили Майкла, и я знаю, что он значил для тебя...

-Ничего вы не знаете, - закричала я, перебив ее.

Этими словами она стала разрушать мой мир. Всего парой фраз Виктория смогла вернуть меня к тому страшному дню, который мне так хотелось принимать за кошмар, мучавший меня ночью.

-Ты не понимаешь! Ему уже ничего не поможет. А своим отказом верить в произошедшее, ты причиняешь боль отцу, которому и так очень тяжело, он нуждается в поддержке. Вы оба нуждаетесь в ней.

-Как вы можете так говорить? - Я сметала на своем пути все, что попадалось под руку.

- Кимберли, я тоже любила Майкла, он был мне как сын. Я знаю, что он бы не хотел, чтобы ты ставила на себе крест из-за его смерти.

-Вы не знаете его, - закричала я.

- Если ты продолжишь вести себя так, то нам придется вколоть тебе лекарство снова, и ты пропустишь похороны. Ты хочешь этого?

-Нет, - прошептала я и с силой захлопнула дверь за вышедшей Викторией.

Опустившись на пол, я дала волю своим чувствам и эмоциям. На этот раз я не стала сдерживать рыдания, вырывавшиеся наружу. Слезы текли нескончаемым потоком, словно пытались вымыть из моего тела яд, который убивал меня медленно и мучительно. Этим ядом были все те чувства, которые душили меня со дня смерти Майкла. Они усиливались скорбью и болью окружающих, ведь сейчас я была не в силах ставить блок, пусть даже и слабый.

Не знаю, сколько времени я проплакала, но сейчас я просто лежала на полу. Все мои слезы закончились, и осталась невосполнимая пустота, которая с каждым моим движением расширялась до неимоверных размеров, причиняя такую невыносимую боль, что мне хотелось тут же умереть.

Сейчас я ничего не понимала. Я даже практически не чувствовала того, что меня подняли на руки и понесли в душ. Создавалось ощущение дежавю, точно такое же состояние у меня было на месте... Майкла. Не могу произнести это слово, он просто не мог умереть, это невозможно!

Только холодная вода, которая сразу же промочила всю мою одежду насквозь начала приводить меня в чувство. Я подняла заплаканные глаза на человека, который так заботливо засунул меня под ледяной душ.

-Тебе это необходимо, - ответил мне на немой укор Эдриан. - Я подожду тебя снаружи, - сказал он и оставил меня одну.

-Если ты хочешь успеть на похороны, тебе стоит поторопиться, - услышала я его крик.

Приходить в себя, заставить свое сердце и мозг верить в произошедшее, оказалось гораздо болезненнее, чем когда я лежала на полу и думала, что распадусь на кусочки.

Когда я вышла из душа, Эдриан сидел на кровати с отрешенным видом и теребил мою резинку. Я не стала обращать на него внимание, а сразу прошла к шкафу, где попыталась отыскать что-нибудь черное, что-нибудь, что подошло бы для прощания.

-Виктория приготовила для тебя вот это, - указал Росс на черный брючный костюм, который висел на ручке двери.

Это меня обрадовало бы, если бы я могла сейчас это сделать. Я никогда особо не любила платья, а теперь они ассоциировались у меня с самым ужасным днем в моей жизни.

Быстро переодевшись, я стянула волосы резинкой и спустилась с Эдрианом вниз.

Похороны прошли, словно в тумане. Я помню, что все это время одной рукой держала отца, а второй крепко вцепилась в руку Эдриана, который всюду сопровождал меня.

Когда я увидела тело Майкла, то еще долгое время не могла поверить, что это он. Он был бледен и так не похож на себя. Нам с отцом показали его всего на секунду, остальные люди, что пришли попрощаться с братом, так его и не увидели.

Тело Майкла было так изломано после падения, что было решено хоронить его в закрытом гробу.

На кладбище было очень много народу, даже после смерти у людей, знающих его, он вызывал только самые наилучшие чувства.

Впервые я увидела, как отец плачет. Это было душераздирающее зрелище. Я же больше не плакала, у меня просто ничего не осталось, я была истощена.

Вечер после похорон мы провели дома в тесном семейном кругу. Были мы с папой и, конечно же, семья Росс. Виктория и Джеймс пытались как-то приободрить отца, а я сидела около камина и смотрела на танцующие языки пламени.

До сих пор, даже после того, как я увидела захлопнувшуюся навсегда крышку гроба и засыпанное землей тело Майкла, я не могла поверить в реальность происходящего.

Жизнь не могла так жестоко со мной поступить, отобрав Майкла. Я просто не знала, как мне теперь быть дальше, что делать?

Когда Виктория и Джеймс ушли домой, они попросили меня позвонить им в случае, если я пойму, что не могу справляться одна, и тогда они придут ко мне на помощь.

Я отблагодарила их за поддержку, которую они оказали в организации похорон и вообще всего, и пошла на кухню. Мне просто ничего больше не пришло в голову, как заглушить боль мытьем посуды. Да это смешно, но мне было необходимо занять себя чем-нибудь, чтобы постоянно не думать о том, кого я потеряла.

Закончила я далеко за полночь и уже хотела осторожно пробраться в свою комнату, чтобы не разбудить отца, когда увидела его в обнимку с бокалом виски и уже опустошенной бутылкой. На столе перед ним стояла фотография Майкла, которую мы сделали всего пару месяц назад.

По щекам отца текли слезы, я присела перед ним на колени и заглянула в глаза. Отец не срезу заметил меня, но увидев, сразу поставил бокал на стол и заговорил заплетающимся языком.

-Это страшно потерять своего ребенка. Оказывается, я никогда и не задумывался, что смогу пережить одного из вас. Поверь, детка, это самое ужасное, что просто может случиться с родителем.

Я согласна кивнула, мне было больно видеть отца таким разбитым, сломленным. Слишком редко мы видели его истинные эмоции, для нас он всегда был сильным и никогда не расстраивался.

А теперь, когда он стал таким ранимым, я осознавала, что наша жизнь больше никогда не вернется в прежнее русло. Я вообще не была уверена, что наша семья, если ее теперь так можно называть, останется прежней.

Без Майкла уже ничего не имело смысла. Он был тем человеком, который удерживал нашу семью от полного распада, а теперь его нет...

Я поднялась на ноги и села рядом с папой. Мы обнялись, и долгое время просидели так. Пит не сдерживал слез, также как и я. Мне казалось, что они все давно закончились, но нет, они текли из моих глаз, пытаясь облегчить состояния апатии, наступившей после похорон.