Госпожа кайенского перца - Анна Кота

- Кайен, встань и объясни толком, зачем пришел? - велела я.

- Вам ничего не известно о клятве и первом наказании? - он поднялся и посмотрел на меня странным взглядом, который промелькнул на его лице лишь на мгновение и сменился равнодушным.

- Нет, - ответила я, чувствуя себя полной дурой.

Всемогущие стихии! Как же тяжело играть в эту игру, правил которой не знаешь!

- В руководстве про это есть, - Кайен кивнул на книгу, - желаете, чтобы я почитал вам об этом вслух?

Опять эта едва заметная полуулыбка. Только посмотрите на него. Он ещё и издевается надо мной!

Я торопливо полистала руководство. Открыла главу про первый день, и тут же захотелось ее захлопнуть, но продолжила читать. Там говорилось, что по традиции, приветствуя резервуара в новом доме, его нужно строго наказать, после чего он приносит клятву верности и подчинения своему хозяину. Рекомендовано пятнадцать ударов розгами или десять плетью.

Вот, значит, как здесь встречают резервуаров? Вспоротая спина вместо "добро пожаловать". Ну уж нет. Избить без причины подневольного человека - это уже слишком.

На севере для острастки резервуара можно было применить болевое воздействие через импульсы от ошейника, но как правило, этого не требовалось.

Кайен тем временем терпеливо ждал.

- Пятнадцать ударов розгами или десять плетью, - механически повторила я, в очередной раз пробежавшись глазами по тексту. - И что, тебя каждый раз так встречают?

- Да, госпожа, - невозмутимо ответил Кайен.

- Повернись спиной! - скомандовала я и подошла к нему.

Он послушно выполнил указание.

Сила стихий! Смуглая спина вдоль и поперек была испещрена шрамами. Не раз и два он получал серьёзную порку.

Похоже, его лечением после наказания никто не занимался. Существуют ведь заживляющие мази, после использования которых на теле не остается шрамов, хоть они и стоят дорого, но за подобную жесткость надо платить.

Невольно вспомнила аристократически молочную белизну и гладкую кожу на спине Нила. Он не позволял мне трогать спину, чтобы случайно не заработать шрамы. В светском обществе это считалось позором, потому что там образом наказывали преступников.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я коснулась плеча Кайена, скользнула пальцем по полосам на лопатках. Мышцы под моими пальцами стали твердыми и напряженными.

- Как мне встать? - уточнил Кайен.

- Наказания не будет, ступай!

- Вы собираетесь меня вернуть, не так ли? - Кайен обернулся ко мне и пытливо посмотрел в глаза.

- С чего ты взял? - растерялась я.

- Гостевая комната, отсутствие наказания…

Мда. Вот значит каков ход его мысли.

- Я не собираюсь тебя возвращать. Просто физические наказания резервуаров не приняты там, откуда я родом.

- А как же клятва верности? Она вам тоже не нужна?

- Отчего же? Если тебе никак не подождать до утра, давай сделаем это прямо сейчас.

- Это так не работает.

- А как?

- Сначала вы должны меня наказать, - настойчиво повторил Кайен.

Каков упрямец! Другой на его месте бы обрадовался и ушёл, а этому не терпится, чтобы его отходили плетью.

Что ж, если здесь так принято, и ему это нужно, постараюсь сделать это мягко. Повертела в руках лошадиную однохвостую плеть. Десять честных ударов такой - серьезное наказание. Человеческая кожа намного тоньше, чем у коня. Столь грубое орудие, наверняка, оставит рассечения. Мне не хотелось портить своего резервуара в первый же вечер.

- Руки на стену! - скомандовала я.

Кайен сделал, что велели и замер в ожидании.

Достала из сумочки свою многохвостую плеть. Для символического наказания она прекрасно подойдет.

Кайен терпеливо ждал.

- Считай! - велела я, давая понять, что сейчас начну.

Он бросил на меня удивленный взгляд через плечо. Вряд ли резервуаров заставляют считать удары. Это вырвалось у меня просто по привычке.

Я замахнулась и ударила наискось по лопаткам. Била не со всей силы, но ощутимо. Если посмотреть на шрамы на спине Кайена, к порке ему явно не привыкать. Удары многохвостой плети для него, наверное, что укус комара.

Кайен считал ровным тоном. После третьего удара он расслабил плечи. Пятый… Десятый…

- Наказание окончено.

Я задержалась взглядом на спине. На лопатках осталась краснота, которая пройдет через час. Вид прошлых шрамов снова заставил меня сморщиться.

Он обернулся и поймал мой взгляд.

- Я думал, вы еще не начинали, - недоуменно сказал Кайен.

- Тебе мало? - я небрежно бросила плеть на кровать, надеясь, что он не заострит внимание на моем орудии.

- Обычно бывает больнее, - он-таки посмотрел на плеть.

- Хочешь смажу?

Я достала баночку с мазью, которую так кстати купила сегодня на рынке, распределила ее по ладоням, ощущая охлаждающий эффект целительных трав и подошла к Кайену.

Он опустил глаза. Неужели смутился?

Я щедро мазнула по плечам. Он вздрогнул от моего прикосновения, плечи напряглись. А когда охаживала его плетью, был абсолютно расслаблен. Не ожидал проявления заботы?

Не без удовольствия скользила ладонью с холодной мазью по горячей коже, уделяя особое внимание красным пятнам.

- Тебя никогда не лечили после наказания?

- Нет, госпожа.

- Сейчас станет легче.

Кайен обернулся и снова посмотрел на меня недоуменно. Мои руки оказались поблизости от его груди. Я почувствовала, что поплыла, утопая в омуте его темных глаз, хотелось коснуться его. А вот это уже плохо! Резервуара я приобретала совсем для других целей. Нет смысла фантазировать о том, как бы мог развиваться этот вечер...

- Кайен, иди спать! - я тряхнула головой, отгоняя пелену сладкого тумана.

- Позволите ли теперь принести вам клятву? - поинтересовался Кайен.

Ах, да. Клятва!

Я поспешно кивнула, а он снова встал на колени.

У него это получалось довольно эстетично. Прямая спина, голова опущена. Ещё бы руки сцепить в замок за спиной, вообще будет красота!

- Госпожа Уолш, моя жизнь, моя энергия и моя воля принадлежат вам отныне. Примите ли вы мое служение? - он поднял на меня темные глаза с выражением преданности.

Слова древней клятвы прозвучали искренне, он выглядел таким покорным, произнося ее. Глядя на него в этот момент, я забыла как дышать.

- Я принимаю твое служение.

Он просиял.

Нужно незамедлительно выпроводить его из моей спальни.

- А теперь ради всех стихий дай мне поспать.

- Спокойной ночи, госпожа Уолш.