Моя воля (СИ) - Нэльте Нидейла

— Китилья! — в голосе воина послышались нотки, слегка напугавшие даже предводительницу. Однако его подруга пожала плечами:

— Спроси у неё.

— Я у тебя спрашиваю.

— Если она не захотела ничего говорить, то я тем более не скажу.

— Что это значит? — Сафира почти видела обманчиво-спокойный взгляд. Почти чувствовала. И холодок от амулета. Интересно, Фаар тоже может его ощущать?

— А почему не поговоришь с ней? Ведь тебе есть что скрывать, правда? Боишься сказать, для чего пришёл в её мир?

— Она ещё не готова это услышать.

— Вот и не впутывай меня!

Воин помолчал немного.

— Не могу понять, — произнёс вдруг. — Я разговаривал с Арайей. И сказал… много чего. Не важно. Иногда кажется, Сафира что-то услышала.

— Она спрашивала про Тайсу. Видела, как ты с ней отрывался.

— Я в курсе, — мрачно откликнулся Лунар. — Какие-то издержки связи…

— Издержки? — хмыкнула подруга. — Ты моё мнение знаешь.

— У тебя во всём виноваты глубинные проявления.

— А они и есть самая большая сила в мире. И вообще, почему тебя вдруг стало волновать, что она слышала? Проболтался о чём-то?

— Арайя кое-что узнала, пришлось объяснять. Теперь не могу понять, Сафира злится на то, о чём говорилось, или дело в другом. Она молчит. Я хотел попытаться вернуться в их мир через наш, но она категорически против. Так скажи мне, против ли она из-за каких-то твоих слов, или из-за того, что ей не понравились мои?

— Какие сложности, — фыркнула Китилья. — Не узнаю тебя. Ты же не ждёшь моего сочувствия, что тебе сорвали гулянье?

— Я рассчитывал на помощь напарницы.

— В улаживании твоей личной жизни?

— В планировании наших дальнейших действий, — Сафира ощутила, что воин начал сердиться, но почти сразу вернулся к обычному равновесию. — Ладно, забудь. Сам разберусь. Лучше скажи, ты уверена, что нас никто не понимает? Амулет блокирует полностью?

— Ну как я могу быть уверена? Должен блокировать. Если бы Сафира могла нас понимать, давно знала бы твоё отношение.

— Я не про Сафиру, — мрачно откликнулся Лунар. — Я про Фаара.

— С ним я тоже ни в чём не уверена.

— Тогда прекращаем. Дома поговорим. Пошли спать.

— Подвинуться? — это уже Сафира слышала наяву, окончательно просыпаясь, словно выскальзывая из паутины видений. В душе всё ещё болью отдавались последние слова. Знала бы… Она и знает! А глупому сердцу всё хочется на что-то надеяться. Сейчас он ещё уляжется рядом с Китильей, и останется только держаться, не показывать, насколько это обидно и мучительно.

— Да я так перекантуюсь… — начал было воин, но вдруг остановился. В тот же миг Сафира ощутила словно осторожное прикосновение чужой сущности; то ли в памяти, то ли в мыслях промелькнула проекция тёмного силуэта. Перед внутренним взором поднялась Арифас, отражая чужое проникновение, но как обычно сразу же исчезла.

Горячее прикосновение ладоней к запястью. Сафира открыла глаза, не в силах пошевелиться, увидела встревоженный взгляд Лунара. На несколько мгновений сковал ужас, шатёр словно отдалялся, казалось, её нестерпимо куда-то тянет. Только взгляд синих глаз, привычный поток вкусной разноцветной энергии удерживали здесь.

Волосы разгорелись, за их сиянием предводительница не сразу заметила, что засверкали и рубины в браслете. Камни на лежащем рядом мече.

Воин приподнял её. Страх распространялся по безвольному, непослушному телу от одной мысли, насколько оно сейчас ей не принадлежит.

— Сафира! Сопротивляйся!

Слова, казалось, пробудили что-то, предводительница судорожно вздохнула, по рукам и ногам пробежали иголочки, как после долгого бездействия. Она улыбнулась, купаясь в синих глазах, осознавая, что Лунар действительно встревожился, и так крепко держит, прижимая к себе. Словно никому не отдаст.

Быстрее, чем сообразила, обхватила его шею, положила голову на плечо. Здесь было уютно и как-то правильно. Как будто под защитой его силы.

— Порядок? — поинтересовался воин шёпотом. Сафира кивнула, наконец-то по-настоящему возвращаясь в реальность. — Что ты видела?

Девушка промолчала. Никак не могла понять, связано ли случившееся с тем, что до этого она словно пребывала вне собственного тела, в каком-то ментальном контакте. Мог ли Адам Хэл это почувствовать? Или просто повторил попытку? Рассказывать, что видела и слышала разговор с Китильей, очень уж не хотелось.

Лунар чуть отстранился, поднял к себе её голову, пристально всмотрелся в глаза. Шаги и шум голосов избавили предводительницу от необходимости отвечать. Фаар, пригнувшись, прошёл сквозь полог, с ним ещё двое — Сафире показалось, из охраны. Почему-то бросился в глаза распахнувшийся плащ, расстёгнутая сверху рубаха. Похоже, его светлость тоже вырвали из сна.

Фаар приостановился на пороге, сузив глаза. Лунар бросил на него взгляд, не спеша отпускать предводительницу.

— Зачем вы задержали её? — с плохо скрываемым раздражением поинтересовался королевский брат.

— Мне не понравилось воздействие. Леди Альяра не могла сопротивляться.

— Я же сказал, что последую за ней, — сухо сообщил Фаар. — Вы помешали нам отследить его. Снова упустили.

— Не похоже, что вы успели бы.

— Для того, чтобы переместиться по нити, мне не нужно бегать меж шатрами, — тон Фаара показался Сафире излишне колючим и саркастичным. Что эти мужчины снова выясняют? — Будьте любезны отпустить леди, я заберу её с собой.

Сафира посмотрела на Лунара, пытаясь понять, как он отреагирует. Хотела было возмутиться, что сама способна решить, где ночевать. Однако по телу всё ещё перекатывались отголоски слабости, не оставляя энергии на споры. Подумалось, хорошо, что Фаар не переместился прямо сюда, ведь тоже, наверное, мог.

Воин пристально глянул в её глаза, на миг показалось, будто мимолётно улыбнулся. После неожиданно отпустил, поднялся, смотря на гостя.

— Вы планируете забрать мою леди, ваша светлость? Я не ослышался?

— Указом короля госпожа Альяра уже не ваша леди.

— Король всего лишь не хочет видеть во мне её жениха. Но уж вы-то должны понимать, что есть силы, гораздо более могущественные, чем желание либо нежелание короля.

По волосам Лунара скользнуло несколько золотых искр — в полумраке шатра зрелище оказалось впечатляющим. Фаар сузил глаза, бросив взгляд на сопровождавших стражников.

— Вы не предупреждали, что Альяре придётся куда-то переместиться, — добавил воин.

— Надеюсь, не придётся, хотя вероятность есть. Главное засечь, куда откроется проход. Но это леди должна позволить сделать, не сопротивляясь. О чём я, смею заметить, предупредил.

— Если хотите нашей помощи, будьте любезны рассказать больше о том, с чем предстоит столкнуться.

Сафира облегчённо улыбнулась, снова испытывая желание расслабиться. Лунар опять взял всё в свои руки, и наверняка всё решит.

Предводительница откинулась на постели, прикрыла глаза. Голоса раздавались будто вдалеке, невероятно хотелось спать.

— Если бы я знал намного больше, не стал бы обращаться к леди Альяре, — отозвался Фаар. — Женщины пропадают бесследно, за все годы Хэл ни разу не выдавал себя. Впервые подозрение пало на него после появления госпожи Алтеи, — Фаар слегка поклонился в сторону Китильи. — Об этом сообщил мне личный помощник, как вы знаете, меня здесь тогда не было.

— Можно подробнее? — нахмурилась Китилья.

— После какого-то из разговоров с вами он уехал раздосадованным, а наутро обнаружили серьёзный погром в его фамильном склепе. Доказательств, что погром устроил именно он, у нас нет, но внимание, как вы понимаете, это к нему привлекло. Тогда же на кладбище пропала девушка.

— Кто похоронен в склепе? — поинтересовался Лунар. Повернулся, опустился обратно на постель к Сафире, ближе к голове. Провёл рукой по её волосам, почти не отблёскивающим огоньками силы.

Его светлость проводил воина взглядом.

— Фамильный склеп, несколько поколений по мужской линии — похоже, с тех пор, как Хэлы впервые здесь поселились. Однако в их семье, как и во многих аристократических семьях, принято сжигать усопших. Поэтому склеп представляет собой хранилище урн с прахом.