Мэрианн. Минуя войну - Техно Ведьма

Из толпы ко мне направились группа мужчин из четырёх человек. Вот только фигуры двух из них я знала слишком хорошо, так что могла легко узнать и в толпе маскарада. Мои волки.

— Княжна, в чём мы провинились? — Спросил Йохан, судя по голосу и вопросу пребывая совершенно несчастным.

— То есть? — Спросила с искреннем недоумением.

— Местные танцы совершенно невозможные, а дамы смотрят на нас так, словно хотят съесть…

— Они в масках! — Уже начала откровенно смеяться я.

— Это понятно по их прорезям глаз и жестам! Даже не обязательно знать и понимать язык, на котором они говорят! — Поддержал Кетиль товарища. Я постаралась ещё раз непредвзято оглядеть изрядно напуганный отряд. Конечно, дамам было на что посмотреть — накаченные высокие фрайфолы и изящные и утончённые герфельды. И тем и другим даже не нужно было обнажать лица, чтобы привлекать внимание дам. Всё же и Джулиано постарался на славу, подчеркнув особенность и уникальность каждого.

— Так в чём проблема, если добыча сама бежит в пасть охотнику? — Постаралась, чтобы мой голос звучал интригующе, не выдавая смех. — Расслабьтесь и получайте удовольствие от вечера и компании!

— Это приказ? — Уныло спросил Кетиль.

— Разумеется!

Последовав своему же совету пошла в пляс. Танцем это было назвать сложно, но главное весело. Когда совершенно не знаешь человека напротив, ровно как и он тебя, то это изрядно облегчает коммуникацию и рушит множество запретов и негласных договорённостей. В один момент я остановилась у колонны, намереваясь перевести дыхание, когда чуть не забыла как это вообще делать, увидев удивительное зрелище:

Они стояли средь толпы, но вокруг словно и не было никого. На лице Элейны отражалось благоговение и трепет. Свою маску она задрала вверх, закрепив в волосах. Лицо и фигура Теодора как всегда были скрыты, так что невозможно было увидеть его эмоции, но почему-то казалось, что он смотрит на девушку с теми же эмоциями, что и она. По крайней мере, хотелось в это верить. Я никогда не видела, чтобы кто-то вызывал у воительницы такую бурю эмоций и заставлял смотреть на себя Так. Издали не было слышно, о чём они говорят, но Элейна рассмеялась. Легко и открыто. Тем временем мужская рука, облачённая в чёрную перчатку аккуратно взяла ладонь воительницы. Подождав мгновение и получив немое согласие, монарх продолжил движение и изящная ладонь воительницы скрылась под капюшоном. Обычный поцелуй руки выглядел сейчас чем-то ужасно интимным и личным. Под тёмной накидкой не было видно головы правителя, а потому казалось, что ладонь просто провалилась во мрак. Пугающе красиво. Жутко, но вместе с тем совершенно невозможно отвести взгляд. Элейна надела маску обратно и они вместе смешались с остальной ужасно яркой толпой. Мне почему-то стало радостно за воительницу. Неужели кто-то таки сможет растопить её сердце?

Элейну нашла позже на улице, мечтательно смотрящую на звёздное небо. Встав рядом, я молчала, не смея нарушить момент. Воительница не выдержала первая.

— Это прекрасный вечер… Благодарю, княжна, что настояли.

— Больше ничего мне не расскажешь? — Меня распирало любопытство, но не хотелось давить.

— Должно быть, вы видели нас с Теодором… Он правда не такой ужасный, как может показаться, главное привыкнуть к тембру.

— Он снимал капюшон?

— Нет… Сказал, что это зрелище не для такой особы, как я.

Впервые видела бравую воительницу такой смущённой. Я смотрела на подругу с теплотой. Мы медленно направились обратно к танцевальной зоне. Фигура Теодора уже давно никого не напрягала. Видимо это мероприятие было и правда регулярным, а потому приглашённые в большинстве либо знали его вне маскарада, либо успели привыкнуть конкретно за этот вечер. Увидев в толпе фигуру в чёрном балахоне Элька сначала обрадовалась, но улыбка начала медленно сходить с лица, а меж бровей залегла напряжённая складка.

— Элейна?

— Это не он…

— Что не так? — Напряжённое волнение Эльки передалось и мне.

— Не знаю. Но как будто под мантией не Теодор.

Я попыталась разглядеть какие-либо отличия в росте, походке или манере держать себя, но мы были слишком мало знакомы.

— Что-то конкретное отличает? Может, тебе просто мерещится?

— Не знаю… Возможно, я просто устала. — Ведьма с усилием отвернулась в сторону. — Всё же светские мероприятия не для меня, под каким бы соусом они не подавались.

— Понимаю. — Я улыбнулась аналогии с блюдом. — Официальная часть можно сказать прошла, так что думаю вам не обязательно оставаться до конца. Подобные мероприятия вполне могут продолжаться и до самого утра.

— Как и любой пир.

— Верно. Но как и на пиру — вы вольны уйти, когда решите, что вечер окончен конкретно для вас. Передай эту же мысль остальному отряду и можешь идти отдыхать.

Один за другим знакомые маски волков постепенно покинули маскарад. Мне же напротив с каждым часом становилось всё веселее и задорнее. Маски и наряды стали уже знакомы, хоть я и не знала имён тех, кто скрывался за ними. Выручало и то, что знаю не один язык, так что так или иначе удавалось найти способ как изъясняться с любым. Даже балахон Теодора больше не пугал. А зря.

Рука в кожаной перчатке подняла вверх указательный палец и приложила его поверх капюшона, призывая к тишине. Правда, находясь рядом со мной этот жест можно было расценить как просьбу молчать конкретно мне, а не всему залу, хоть присутствующих уже и стало на порядок меньше. Широко улыбнувшись, я кивнула и повторила жест, приложив палец к губам. Взяв за руку, мужчина повёл меня вдоль стены через толпу к неприметной двери. Заведя внутрь, плотно притворил за собой дверь. Мы оказались в небольшом рабочем кабинете. В центре стоял письменный стол, заваленный принадлежностями, а вдоль стен стояли возвышаясь стеллажи с книгами. В комнате почти полностью царил мрак, лишь из узкого окна под потолком разливался холодный лунный свет. Я огляделась, не особо понимая, зачем мы здесь.

Вырвавшись из плена веселья и суеты только сейчас почувствовала, как кружится захмелевшая голова, как гудят уставшие от танца ноги и как тяжела причёска со множеством украшений в ней. Вопросительно посмотрела на человека, что привёл меня в эту комнату. Вместо пояснений мужчина потянулся к моей маске. Поняв его намерение, я сняла её сама, поскольку она фиксировалась в волосах и в темноте по незнанию это усложнило бы снятие. Хотела было потянуться к капюшону, чтобы открыть и его лицо, но человек остановил меня, поймав ладонь. Поняв отказ и нежелание пока открывать то, что под ним скрывается, потянула руку на себя, но её не отпустили. Сделала