Дар Эвы - Тея Теплая

Все знали, что таносы подстроились под экологическую систему Земли, но их кожа до сих пор нуждалась в том количестве солнечного света. Гены!! Поэтому их тела впитывали лучи, могли копить этот свет, при этом становясь почти что живым огнем.

По телу пробежался мерзкий холодок. Ужас просто, надо же такое придумать! Это сравнение вмиг успокоило. И еще одно напоминание от внутреннего голоса, что поделать я все равно ничего не смогу. Меня вмиг отправят драить полы, подавать еду или еще хуже, ублажать. Мы, люди, для них просто обслуга.

И прежде чем ментор обратилась ко мне, слово взяла я.

— Да, ментор, поддаваться на провокации землянки просто яркий показатель слабости, особенно мудрейшим таносам.

И все же, слышать этот скрежет зубов от слово “землянка” подобно сладкому забытому во времени меду.

Поля с цветами, сады с весенними деревьями сгорели при сходе второго кольца огненной лавы. Первое кольцо мир благополучно пропустил, не предполагая какую мощь несут солнечные лучи. “Прячьтесь в погребах”, говорили власти. “Это не опасно”, возвестила пресса. Второе кольцо схлынуло сразу после первого, сразу после того, когда люди очнулись и поняли, что все очень и очень серьёзно и столь же опасно. Когда поняли, что мир летит к чертям, а времени придумать что-либо не осталось.

Вот тогда и исчезли пчелы и многие другие виды флоры и фауны. Их маленькие тонкие крылышки просто не смогли выдержать чудовищную жару. А мед стал ценнейшим и редчайшим продуктом, которого собрали таносы со всех выживших домов и погребов. Говорят, только президент вкушает каплю сладости цвета огненной магмы каждое утро и поэтому он не стареет.

Или же куда все проще. Словом, он просто Бог.

Я удовлетворенно улыбнулась от произведенного фурора и…

Получила выговор с последующим наказанием.

— Я не могу сегодня после занятий остаться на чистку бассейна. У меня… я…

Теперь удовлетворение читалось на лице ментора. Она таки сумела показать мое место. Мы обслуга и нами можно повелевать, раз не имеем никаких способностей и не можем им делиться во благо земли. А океанариум самое то место. Таносы боятся воды, это все знают. И чистка пустого бассейна, когда вокруг хранилища воды с живностью своего рода наказание для самих таносов. Для меня же просто унижение.

Я вздернула нос и больше не пыталась оправдаться, даже если я обещала маленьким сестрам, что вечером принесу шоколад. После учебы меня ждала работа, а значит процент с доходов салона красоты и следовательно какой никакой ужин. Плитка шоколада стоила два моих дневных дохода, но в честь праздника я обещала девочкам ее купить…

Внутри заворочался противный клубок. Он у меня с некоторых пор и с каждым днем он сильнее сжимался, царапался, мешал дышать и требовал выплеснуть накопившуюся несправедливость. В виде чего? Неважно. Вот и чистка бассейна сойдет.

Хватит, Вэй, натворила делов на сегодня.

Молча прошла к месту, села с комом в горле и уставилась на ментора, будто ничего не случилось. Они не дождутся от меня ничего, кроме гордости. Бассейн, так бассейн и не с таким справлялась. Главное…

— У нас остались некоторые вопросы…

Что за вопросы, ментор не договорила. Дверь резко открылась, ударилась ручкой о заднюю стенку. Противный звук прорезал тишину кабинета. Все обернулись на вход. Кроме меня. Это только снаружи я утихомирила бьющийся внутри огонь, сидеть было крайне неудобно, хотелось свернуться клубочком и укрыться одеялом, как в детстве.

Я не переводила взгляда с доски, потому что знала, кто посмел опоздать на лекцию на добрые полчаса и так “круто” появиться на пороге. Боялась скривиться у всех на виду и выказать неуважение. Очередное. В прошлом году в первый раз я лишилась недельного обучения, после чего пришлось буквально зубами вгрызаться в книги и конспекты соседки. И накачать попу до ядреного грецкого ядра. Столько раз мне пришлось подниматься и садиться. Меня просто по садистки истязали вопросами. Второго раза я благополучно избежала. Включилась откуда-то потаенная мудрость.

Хватит мне попы, хватит мне кислой мины на лице и хватит сына вица-президента, который творит что вздумается. О, что выиграет его отец, я не сомневалась. Перед его сыном уже расстилались словно перед президентом. Конечно! Его дед единственный из Высших, кто сумел перебраться через построенный портал и перенести на землю свой дар — эмпатию.

Слава Богу, что не телепатию. Иначе его внук смог бы сейчас прочитать мои мысли, в которых его нежно любят и называют зарвавшимся засранцем.

Или не прочитает, потому что неизвестно передался ли дар эмпатии его деда отцу.

Вот что интересно, как Ласкис старший, получивший звание героя посмертно оказался на Земле, когда его коллеги-правители из совета Высших в мире Тарнелосса скрепились воедино, чтобы открыть тот самый портал и держать его до последнего. Выходит …

— Тан Ласкис, будьте осторожнее, — с искренностью заволновалась ментор тана Дикка.

Что?!

— Извините, тана Дикка, вышло случайно, — и без дозволения в поддерживающей его тишине тан Ласкис зашагал, поднялся по ступенькам на верхние ряды, мимо сидевшей по краю меня. По пути обдал мои волосы горячим ветром и стало понятно, что танос почему-то зол. Даже не так, он в ярости.

Все таносы обладают иммунитетом. Они рождаются вместе с ним, взрослеют и умирают, не теряя способность войти и выйти из действующего вулкана здоровым и абсолютно живым ни на секунду. Но не все обладают им в равной степени.

Все дело в их генах, чистой крови и ветви, которую они имели в прошлом. Это как глиняный кувшин с молоком. У кого-то не долито, у кого-то ровно до горла, чей-то кувшин с трещиной и молоко вытекает, а у кого-то кувшин стальной и молоко с пенкой, вытекающая через края. Такой вот Ласкис. Сила у него вытекает с дыханием. Потеряй он контроль запросто может сжечь вокруг пару метров. Не понимающий в этом человек подумает, что это показатель силы.

И что его разозлило? Золотому мальчику не хватило должного уважения? Или прелестные куклы с грудями не достаточно томно вешались на шею? Или ему снова пришлось ехать на мототане, а не лететь на аэротане? Попробовал бы он ехать на старом дырявом, местами проржавевшем поезде с несколькими пересадками, при этом вставать в несусветную рань после очередной дико изматывающей смены.

— Тан Ласкис, мы остановились на пятой странице, открывайте и мы продолжим, — совершенно спокойно и абсолютно серьезно проговорила ментор, тана Ева Дикка.

Я