Мой магический год: зима и выпечка (СИ) - Терновская Татьяна

Когда Мор проходил мимо меня, я уловила сильный запах пота и поморщилась. Затем посмотрела на родителей. Папа все ещё пытался улыбаться, а вот мама не скрывала своего возмущения.

— Да как так можно-то! — воскликнула она.

Папа положил ей руку на колено.

— Не надо, милая.

Но маму было уже не остановить.

— Что же это делается?! — Она вскочила на ноги и принялась расхаживать по комнате. — Где это видано, чтобы у честных людей отбирали их кусок хлеба?!

— Мам! — крикнула я, чтобы прервать её возмущения, — может, вы объясните, что происходит?

Мама и отец переглянулись. Затем папа кивнул.

— Ты уже взрослая, так что имеешь право узнать правду, — вздохнул он, — дело в том, что лендлорд мистер Джером уступил этому человеку наш долг за землю.

— Но почему? — спросила я, перебив отца.

Наша семья хоть и была ниже по социальному статусу, но всегда имела хорошие отношения с мистером Джеромом. Почему же он так с нами поступил?

— Я не знаю, милая, — ответил папа, — но у мистера Мора на руках все документы, скреплённые магической печатью городского судьи. Обмана тут быть не может.

— Как же! Да эти торгаши спят и видят, как бы кого облапошить, — фыркнула мама.

Я проигнорировала её выпад и снова обратилась к папе.

— Ладно, допустим, теперь мы должны выплачивать долг этому Арчибальду Мору. Разве имеет значение, кому именно платить?

— Ха! Какая же ты наивная! Думаешь, этот клещ пойдёт нам на уступки, как это делал мистер Джером? Как же! Да он не отвалится, пока всю кровь не высосет! — воскликнула мама.

Я посмотрела на папу.

— Видишь ли, милая. Последние два года были неурожайными, и мы не могли собрать достаточно денег для ежегодной выплаты. Но мистер Джером знал ещё моего отца, поэтому он любезно позволил нам заплатить меньше, с условием, что когда дела пойдут лучше, мы вернём недостающую сумму. Но Арчибальд Мор, очевидно, не так великодушен. Он требует, чтобы до конца года мы заплатили не только за этот год, но и наши долги по предыдущим, иначе землю у нас заберут.

— Клещ и есть! — воскликнула мама.

— Заберут землю? — переспросила я, — но мы же живём на доход с фермы. Он не может так поступить!

— Ещё как может, — пробурчала мама.

— Подождите, но он же из гильдии торговцев. Зачем ему вообще наша земля? — удивилась я.

Папа пожал плечами.

— Не знаю, милая. Когда он представился, я тоже очень удивился. Торговцы никогда не занимались земельными делами. Но мало ли. — Развёл руками папа.

— Да он просто нагадить хочет и всё, — отрезала мама.

— А если мы заплатим чуть позже? Должникам же должны давать какой-то срок, разве нет? — с надеждой спросила я.

Папа покачал головой.

— Не знаю, что там со сроками. Но лучше бы нам не задерживать платёж. Мы же взяли деньги под залог этого дома. Если не заплатим, можем и его потерять.

Я почувствовала, как к горлу подкатывает тошнота, и села на диван. В комнате вдруг стало невыносимо душно, и я расстегнула верхние пуговицы платья.

— Сколько? Сколько мы должны? — тихо спросила я.

Родители снова переглянулись. Похоже, плохие новости ещё не закончились.

— Десять золотых, ни больше, ни меньше, — бросила мама.

Я почувствовала, как моё сердце рухнуло в пропасть. Десять золотых?! Да это же целое состояние!

— Не волнуйся, милая, мы что-нибудь придумаем, — заверил меня папа.

— Только мелким не говори, — попросила мама, — всё равно они ничего сделать не смогут, только расстроятся понапрасну.

Я молча кивнула.

День начинался так хорошо, а потом всё рухнуло. В этом году мне исполнилось восемнадцать. Я была полна планов, мечтала, какой прекрасной станет моя жизнь и что в итоге? К концу года мы всей семьёй рискуем остаться на улице.

Глава 2

Я сидела на кровати в своей комнате на втором этаже и занималась бессмысленными подсчётами. Мы должны заплатить десять золотых монет до конца года. Как же так получилось?

Мои родители были из сословия фермеров. Колдсленд исторически был сельскохозяйственным районом. Почти все местные жители были либо фермерами, либо происходили из семей фермеров. Ничего удивительного, у нас хорошая земля.

После свадьбы мои родители купили у лендлорда землю в рассрочку под залог своего дома и стали выращивать небесные бобы. Это очень полезное растение. Стебли небесных бобов вырастают до таких размеров, что могут опутать даже корабельные сосны. Поэтому их и прозвали небесными.

Из тонких частей стебля плетут прочные канаты и верёвки, а основания используют в качестве дров. Они хорошо горят и в сочетании с другими сортами древесины могут долго держать тепло. Но, конечно, самым ценным являются сами бобы: большие, с плотной мякотью, сладковатой на вкус. Их применение в кулинарии зависит только от фантазии повара. Из бобов готовят кашу, начиняют мясом и запекают, тушат и обжаривают, варят и мнут в пюре, кондитеры даже пекут сладкие пирожки с начинкой из небесных бобов. Но насколько это растение полезно, настолько же оно капризно. Поздние весенние заморозки, обилие дождей, отсутствие дождей, слишком жаркое или недостаточно тёплое лето — любая мелочь может их погубить. Бобы вянут, сохнут, сбрасывают цветки и не приносят плодов. Так что уход за ними — это колоссальный труд.

К сожалению, последние три года были неурожайными. Погода совершенно сошла с ума, то обрушивая на землю град с ураганным ветром, то, вдруг устраивая настоящее пекло. Поговаривали, что тут не обошлось без вмешательства со стороны давних врагов нашего королевства — горной страны Шечны. Так это или нет, я не знала. Да и значения это не имело. Даже если причина неурожая была вовне, от этого не легче. Денег всё равно больше не станет.

Всё это время родители умалчивали о тяжести нашего положения. Теперь же правда вскрылась самым неприятным образом. Долг нужно заплатить до конца года, иначе останемся без земли и без дома.

Я достала из шкафа шкатулку со своими сбережениями и вывалила монеты на покрывало. Пять медяков. Ещё три. Десять. Два. Ещё один. Всего выходит двадцать серебряных и восемьдесят медяков. Очень мало. То есть, для обычной девичьей жизни — чтобы купить платье, сходить в кафе или театр — вполне достаточно. Но для возврата долга мало.

Я оглядела комнату. Затем подошла к туалетному столику и вытащила из ящика свои украшения. Их, конечно, можно продать, но за такие побрякушки много не дадут. На кухне у меня есть несколько ценных алхимических порошков, но это не сильно спасёт положение. Я убрала украшения обратно в ящик и подошла к окну. Знакомый с детства вид: заснеженные поля с высокими деревянными изгородями, за которые летом цепляются стебли небесных бобов. Неужели скоро мы лишимся этого?

Снизу послышались голоса. Я посмотрела на дорожку и увидела Бена, который о чём-то разговаривал с моим отцом. На душе сразу потеплело. Бенджамин Уотсон был моим лучшим другом с самого детства. Пожалуй, даже старшим братом. После общения с ним настроение всегда улучшалось. Поэтому я схватила шерстяной платок и пальто и поспешила на улицу.

Увидев меня Бен помахал своей огромной пятернёй. Я подняла руку в ответ.

— О, вот и Мирабель, — сказал отец, увидев меня, — что ж, не буду влезать в ваши молодёжные разговоры. До свидания, Бенджамин! Передавай от меня привет отцу!

— Конечно, мистер Харрис, — пробасил Бен и улыбнулся мне.

Я улыбнулась в ответ.

— Привет! Ты по делу или просто заглянул? — спросила я, открывая калитку.

— И то и то, — ответил Бен, — попросил у твоего отца ботаническую энциклопедию, — он продемонстрировал толстую книжку, которую прижимал к груди, — ищу вдохновение для росписи чайного сервиза. Ну и не прочь поболтать, конечно же.

Меня всегда удивляло, как такой крупный парень, как Бен, может создавать своими огромными руками тончайшие фарфоровые чашечки и прорисовывать на них даже самые мелкие детали.

— Покажешь, когда сервиз будет готов? — спросила я. Мне всегда нравились работы Бена.