Дар Богов. Игры эгоистов - Анастасия Пальгунова

Я молча кивнула, переваривая полученную информацию, а герцогиня подбадривающе мне улыбнулась.

– Госпожа, можно вас на минуту? – позвал её один из боевых магов.

Себастия кивнула и подошла к мужчине. Я же осталась наедине со своими мыслями. Что значит не прыгай выше головы? Не лезть в открытое противостояние с некромагами? Так я вроде бы и так не собиралась. К тому же, попробуй их ещё найди. Я решила обустроить своё спальное место, а заодно и отвлечься от гнетущих мыслей.

От возможного дождя нас укрывали прочные тенты, растянутые над всем лагерем. По границе разместили защитное поле. Оно всех будило, а потенциальных врагов оглушало на время, если те пытались проникнуть без кодового слова.

Спали мы на воздушной перине, примерно такой же, как создают для снятия боли, а одеялами служили тёплые и длинные плащи – хоть что-то без магии. Хотя, ткань была такая лёгкая. Наверно и тут не обошлось без волшебства.

Закончив приготовления, я подошла поближе к основной толпе. Надо же узнать какие у нас новости. Прислушавшись, я услышала голос Себастии:

– Я связалась с Мартином и Плакусом. У них тоже нет результатов, – замолчав, она мрачно добавила. – Если мы не найдём их завтра, то скорее всего, к ночи они объявятся самостоятельно…

Я шумно выдохнула и закрыла глаза, отгоняя дурные мысли. Нельзя впадать в панику. Надо успокоится. Каким ещё способом можно понять где Лициния? Точно! Надо попробовать связаться с ней через призыв! Не стоит терять ни минуты.

***

Снова в ответ мне лишь тишина, а вокруг – непроглядная тьма. Но я упорно колочу по незримой стене, пытаясь выйти на ментальный контакт с Лицинией как учила меня Себастия. В какой-то момент, мрак сгущается и пропускает дальше. Затем, чьи-то холодные пальцы касаются моей руки и тянут за собой. Я слышу чей-то плач. Тьма становится физической и начинает давить. Рука ускользает из моих пальцев, но я пытаюсь цепляться. Зачем? Не знаю… Куда я иду? Что там?

Дышать всё тяжелее, а тьма вокруг словно ожила. Теперь она медленно, аккуратно толкает меня дальше. Приглашает в свой мир.

– Аврелия, Аврелия!

Кто это?

Боль резко бьёт по вискам, а яркий свет ослепляет глаза.

– Наконец-то, – кто-то расслабленно выдыхает. – Принесите воды.

Кажется, я лежу у Себастии на руках. В её глазах тревога. Пытаюсь встать и понимаю, что из носа хлещет кровь.

– Куда ты залезла? Я же просила тебя не делать глупостей! – зло говорит герцогиня. – Ты вообще знаешь кто такие некромаги и на что они способны?

– Да, они обладают энергией смерти. Другая магия им не доступна, – заученно отвечаю я.

Себастия исцеляет меня, водя руками над моей головой. Неужели, всё настолько паршиво?

– Ты ничего о них не знаешь, – замучено выдыхает она. – Сейчас, пока ты пыталась связаться с Лицинией, по обычному ментальному каналу, ничем его не защитив, они тебя заметили и попытались утащить с собой. Повезло, что я была рядом и почувствовала то, как от тебя стало сильно смердеть магией смерти. Опоздала бы я хоть на секунду – они б подчинили твою волю и разум, и заставили бы перебить всех нас. И это самое гуманное, что некромаги могли приказать тебе. Никогда! Слышишь? Никогда не начинай действовать, не узнав противника в лицо!

Отчитав и убедившись, что со мной всё относительно хорошо, герцогиня отправила меня спать. Сама же осталась с магами и стоя над картой, ещё что-то долго обсуждала и спорила, выясняя, где некромагам лучше было бы спрятаться. Я думала, что не усну, так как сильно волновалась, а воображение рисовало самые страшные картины, которые могли случиться с Лицией и Кайной. Но, то ли подействовал успокаивающий чай, то ли усталость, и я заснула, как убитая.

***

Пробуждение было не самое приятное. На меня капало что-то холодное и липкое. Я машинально вытерла щёку рукой, и открыла глаза. Моё сердце пропустило несколько ударов. Надо мной нависла изуродованная морда ни то пса, ни то лисы, либо вообще всё вместе. Из его гнилой пасти, у которой не было щёк, текла слюна. Глаза горели серебряным огнём. Его интересы ко мне были явно гастрономическими.

Пытаясь нашарить руками хоть что-нибудь для самообороны, мои пальцы лишь запутались в какой-то верёвке. Времени на раздумья не было и, сжав руку в кулак, я врезала твари со всей силы. Она взвизгнула и покатилась по земле, прижимая лапы к морде. От туловища начал подниматься зловонный чёрный дым. Внезапно нежить вся вспыхнула серебряным огнём, и превратилась в пепел. С недоумением, я посмотрела на свои руки. На шнурке, обвившим кисть, висел маленький округлый камень, который мне когда-то подарил мальчик. В голове прозвучали его слова: «Этот амулет защищает от тёмных магов». Только я не помню, что бы брала его из своей шкатулки, когда собиралась в поход. Надев его на шею, и, спрятав под одежду, я осмотрелась по сторонам.

Огни не горели, а темнота была такой густой, что я ощутила её физически. Где-то рядом со мной кто-то дрался и кричал. Изредка я видела яркие всполохи, то красного, то серебряного огня. В воздухе стоял странно-неприятный, сладковатый запах. Не понимая, что происходит, я постаралась пойти в ту сторону, где, как мне казалось, должна была спать Себастия.

– Предатель! Среди нас предатель! – выкрикнул мужчина слева, но я его не видела.

Продолжая пробираться сквозь чёрный туман, я врезалась в чью-то широкую спину. Подняв глаза, я, почувствовала ужас, парализовавший с головы до ног. Но мозг отчаянно пытался приказать ногам двигаться. Это был живой мертвец, на две головы выше меня. Его глаза горели серебряным цветом, как и у той твари. Остатки кожи лишь слегка прикрывали торчащие кости и мышцы. Мужчина обернулся, и я почувствовала, как скручивает живот от рвотного рефлекса. Из остатков его рта текла свежая кровь, а в руках он держал ещё тёплое, мёртвое тело с перекушенной шеей. Нехорошо ухмыляясь, он схватил меня за одежду и не напрягаясь, поднял в воздух. Затем, перекинув через плечо, куда-то потащил. Я пыталась вырваться из смердящих тисков, колотила его ногами и руками. Мозг лихорадочно перебирал варианты действий.

У тебя есть кинжал. Он в набедренной сумке. Дотянись до него и отрежь ему пальцы. Нет не получается. Он сильно вжал меня