Воины света - Полина Ишина

В качестве доказательства наших обещаний вам приготовлена посылка, которую вы найдете в камере хранения Киевского вокзала, (ключ прилагается к письму). Воины Света».

От волнения его бросило в жар:

«Какой же я идиот!» – с досадой подумал он. – «Мальчишки! Но, кто же мог их заподозрить?»

Однако сокрушаться теперь было поздно, записку следовало немедленно показать Губину.

Стараясь сохранять внешнее спокойствие, Донцов сделал несколько шагов в сторону и, бросив бутылку себе под ноги, вытащил, наконец, сигарету.

Через пару минут к нему подошел Симонов.

– Слушай, Кирилл, они нас вычислили. – быстро зашептал Сергей. – Письмо подложили.

Симонов нагнулся поднять бутылку, вид у него был крайне сосредоточенный.

– Значит, действовать будем так: – чуть слышно распорядился он. – Ты, сейчас медленно выходишь из парка, а я оповещу остальных. Встречаемся у машины Губина через десять минут. Понял? Сергей кивнул и, убрав конверт во внутренний карман куртки, не спеша побрел к аллее, ведущей к главным воротам.

В половине третьего они уже были в штабе, и хотя по дороге Николай Александрович не проронил ни слова, Сергей чувствовал, что случившееся в парке сильно его огорчило.

Как только все трое сотрудников вошли в его кабинет, Губин строго обратился к Сергею:

– Дай мне послание.

Донцов осторожно достал конверт и с виноватым видом протянул начальнику. Николай Александрович вынул письмо и, быстро пробежав его глазами, мрачно сказал:

– Итак, товарищи «сыщики», должен вам сообщить, что эти пресловутые «Воины Света» обошли нас сегодня по всем статьям. И меня очень волнует один вопрос: – он окинул подчиненных суровым взглядом. – Как им удалось незаметно подложить письмо прямо у вас под носом?

– Николай Александрович, я думаю, это сделали мальчишки. – решительно заявил Сергей. – Два пацана, лет по тринадцать. Похитители наверняка были уверенны, что на них никто не подумает. И, в общем-то, оказались правы.

– Ясно, я тоже их видел. – уже менее строго подтвердил Губин, а затем спросил: – Другие версии есть?

– Ну, там были еще какие-то туристы… – снова начал Донцов, но уже без прежнего энтузиазма.

– Так, ладно, про туристов забудь. – прервал его Николай Александрович. – Нам сейчас важно выяснить, когда было подложено письмо.

– А, что если это произошло еще до нашего появления? – нерешительно предположил Наркевич.

– Нет, вряд ли. – снова вмешался Сергей. – Если бы оно лежало там с ночи, то успело бы сильно отсыреть. А конверт был совсем сухой. И потом, мы бы тогда заметили его раньше.

– Ну, в этом, брат, я с тобой не согласен. – неожиданно возразил Симонов. – Во-первых, под крышей конверт мог и не промокнуть, а во-вторых, даже если предположить что письмо подбросили уже после нашего появления, к примеру, те же мальчишки, хочу отметить, что ни я, ни Николай не заметили его, хотя и проходили мимо башни раньше тебя.

– Да, Кирилл, в этом ты прав. – невесело согласился Губин. – Вот, Наркевич вообще, заходил внутрь строения, но конверт не заметил. Ни так ли, Михаил?

Он испытующе взглянул на работника архива. Наркевич сразу занервничал и, сняв очки, принялся судорожно протирать их носовым платком.

– Ну, я, вообще-то, зашел туда совсем ненадолго. И потом, я не очень хорошо вижу. – сбивчиво пробормотал он, и густо покраснел.

– Короче, ясно, что ничего не ясно. – мрачно усмехнувшись, подытожил Симонов.

– Ладно, все, господа «Жегловы», совещание объявляю закрытым. – твердо заявил Губин и, включив стоящий на столе ксерокс, положил в него письмо: – Пора заняться делом: я и Кирилл поедем сейчас на Киевский вокзал, проверим камеру хранения, а ты, Донцов, возьмешь копию послания и отправишься к Тотскому. Он должен помочь тебе связаться с Каспианом, передать ему требования сектантов и договориться о новой встрече, здесь в штабе.

– Но почему именно я? – насупившись, попытался возразить Сергей.

– Хотя бы потому, что у вас уже есть опыт совместной работы. А еще потому, что послать больше просто некого. – строго ответил заместитель председателя.

– Николай Александрович, а может, вы разрешите мне поехать вместе с Сергеем? – робко заикнулся Наркевич.

– Нет, Михаил, вы поедите с нами. – отрезал Губин и, достав из ксерокса свежо скопированное письмо, снова повернулся к Сергею. – Вот, держи. Скажешь Тотскому, что дело очень срочное и не терпит отлагательств. Все понял?

Сергей молча кивнул и, взяв письмо, нехотя поплелся к выходу.

Примерно сорок минут спустя он уже вышел из метро «Студенческое». Погода еще сильнее ухудшалась: моросил мелкий холодный дождь, дул северный ветер, а небо на горизонте было полностью затянуто тучами. Донцов вздохнул и, накинув на голову капюшон, быстро зашагал в сторону Кутузовского проспекта. Когда он проходил мимо дома восемнадцать по Киевской улице, ему страстно захотелось бросить все и зайти в гости к Але, которая, наверняка, уже вернулась из института и разогревала сейчас обед на маленькой уютной кухне. Сергей ничего не ел с самого утра, и при мысли о тарелке горячего супа его желудок предательски заурчал. Однако нужно было торопиться, ведь от того успеет ли Тотский вовремя связаться с Каспианом, возможно, зависела жизнь ребенка, а к Але можно заскочить и на обратном пути. Сергей снова вздохнул и, скрепя сердце, еще сильнее ускорил шаг.

Когда он подошел к дому двадцать шесть по Кутузовскому проспекту, дождь уже превратился в настоящий ливень. Спрятавшись под козырек подъезда, Донцов поспешно набрал номер домофона, через пару минут из устройства послышался недовольный голос Киры:

– Кто там?

– Это я – Сергей Донцов. – дрожа от холода, пробормотал он.

Домофон тотчас приветливо запищал и Сергей не без удовольствия вошел в теплый подъезд. Поднявшись на четвертый этаж, он сразу увидел Киру уже ждущую его в дверях тамбура. На ней был шелковый японский халатик и белые пушистые тапочки в виде зверушек.

– Привет, Сереж, заходи. – с улыбкой произнесла девушка, и он прошел вслед за ней к уже знакомой железной двери с золотым номером 333.

Оказавшись в просторной прихожей, обставленной по последнему слову дизайна, Донцов снял мокрую куртку и обратился к Кире:

– Привет, слушай, а Стас дома?

– Да, но он еще спит. – вполголоса ответила она.

Сергей мрачно сдвинул брови, заметив его реакцию, Кира поспешно принялась объяснять:

– Не злись, вчера в своей канторе вы его до ночи продержали, я даже уже волноваться начала. А когда Стасик, наконец, вернулся, мы в клуб поехали. Оттянулись, расслабились, сам понимаешь, добрались домой только в половине шестого. Вот он теперь, бедняжка, и отсыпается. – она вновь улыбнулась и предложила: – Ты пока посиди, согрейся. Выпьешь кофе?

– Ну, уж нет! – не сдержавшись, возмутился Донцов. – У меня срочное дело, пусть встает.