Герцогиня: ветер судьбы - Красовская Марианна

– Он – моя нянька. Названный дядя.

– Мда, это было бы забавно. Да не смотрите на меня с таким ужасом, я, конечно, тоже Волорье, как и мой покойный дядюшка, но пугать вас совершенно не собирался. Ох, Иветта, и натворили мы с вами дел!

– Вы не сердитесь? – я робко коснулась его рукава пальцами.

– Очень сержусь. На себя. На призрака этого дурного. На обстоятельства. На эту дуру Лиску. На Бенедикта, так некстати влезшего. Вот ведь хитрец, он всё правильно просчитал! Теперь мне просто не позволят остаться в его свите. Ловко он избавился от надсмотрщика! Всё-таки он совсем не глуп!

Я кивнула, пытаясь не стучать зубами. Мне по-прежнему было ужасно холодно. И босые ступни на мраморном полу совершенно заледенели.

– Сильно испугались? Обычно мой дядюшка не агрессивен. Ну, или я к нему привык…

– Сильно, – шепнула я. – А он ночью ко мне в спальню не явится?

– Хотите уехать прямо сейчас?

– Это будет выглядеть как побег, – качнула головой я. – Мой – от вас. Нет уж. Шанторы не бегают от своих страхов! У вас есть виски? Я выпью стакан и буду спать как младенец.

– То есть кричать полночи и пачкать простыни? – усмехнулся Арман. – О нет, так дело не пойдет. Для начала обуйтесь уже, а потом решим, что делать дальше.

Я сунула ноги в кожаные туфли с войлочными стельками и позволила увести себя наверх в свою спальню. Там меня ждала свежая сорочка, поднос с ужином и Макеши.

– О, великий воин и защитник невинных дев, – ухмыльнулся при виде туземца Арман. – Там, снизу…

– Я уже слышал, – перебил его Макеши. – Сюда никакая нечисть не проникнет. Я уже позаботился.

Он махнул каким-то веником.

– Что это, бузина? – проявил редкую осведомленность Волорье.

– Бузина, полынь, иссоп, – кивнул Макеши, ловко швыряя веник в разожженный камин. – Ну и я тут похозяйничал. Поверьте, даже ёкай сто раз подумает, прежде чем войти сюда.

– Тогда оставляю этого испуганного ребенка под твою ответственность, – кивнул Арман серьезно. – А у меня теперь будет очень много дел.

Дверь захлопнулась, я посмотрела на Макеши растерянно и забралась в постель.

– Ты меня не спас, – с укоризной сообщила я ему.

– Разве ты хотела бы, чтобы тебя спасал я? – удивился туземец. – Насколько я слышал – всё вышло как нельзя лучше?

– Тебя там не было.

– Кто это тебе сказал?

Я молча посмотрела на туземца. Он так же молча смотрел на меня. Потом поставил на постель поднос с едой и кивнул серьезно:

– И всё же я хочу знать, о чем они там будут разговаривать. Не бойся, я ненадолго.

– А призрак точно не придет сюда?

– Если вдруг рискнет – вот тут, в корзине, порошок. Попробуй в него кинуть, тебе понравится.

Усмехнулась, кивая и натягивая на себя одеяло. Вот так, с действенным оружием против призрака, я совсем не боялась. Даже хотела, чтобы этот гад пришел. Теперь он не застанет меня врасплох! А Макеши встряхнулся, повел плечами и стремительно уменьшился. Я не успела моргнуть, а на окне уже сидит маленький темнокрылый ястреб.

Моя приемная мать из семьи Фернов – все они там птицы. И она, и все ее дети оборачиваются, а Макеши – ее родной брат. Сын ее преступника-отца, укрывшегося когда-то на островах от правосудия Эльзании. Теперь и на Ильенских островах есть свои люди-птицы – мой названный дед там устроился очень хорошо, взял в жены любимую дочку туземного вождя. Темнокожая красотка оказалась очень плодовита, даря своему «счастливому» мужу примерно по ребенку в год. А уж когда выяснилось, что большинство детей «мужчины-демона-птицы» наследуют его дар, многие туземки потребовали от него потомства. Вождь и главная жена были не против. Словом, бедняга мой почти-дед и рад был бы с Островов сбежать, да не отпускали его.

А Макеши – всего лишь один из его старших отпрысков. Сильный, умный и донельзя верный Авелин Кио и ее детям.

Ястреб просочился в окно и улетел, оставив меня наедине с ужином. Я с аппетитом поела, потом совершенно спокойно уснула. Никакие призраки меня не беспокоили.

Телохранитель мой вернулся среди ночи, безжалостно меня разбудив.

– Похоже, завтра ты станешь замужней женщиной, – весело сообщил он мне. – Надо же, я не ожидал, что это случится так быстро.

– Что, обсуждают меня? – зевнула я.

– Не поверишь, будущая свекровь в полном восторге. Как только она узнала, что ее внук будет следующим герцогом Шантором, так мгновенно тебя полюбила, словно родную дочь. Да и замок Шантора ей тоже очень по душе.

– А что Арман? – свекровь меня интересовала мало.

– Держится лучше, чем можно ожидать. Мне кажется, он этого ждал. Возможно, даже хотел.

Я поморщилась от такой наглой лжи, а потом повернулась на другой бок. Всё было не так, как я хотела. Совсем не так. Макеши ушел, а я не могла ни спать, ни даже лежать больше спокойно. Всё это было просто невыносимо. И словно назло сама себе, прекрасно понимаю, что творю сейчас несусветную глупость, я вскочила, накинула кимоно, надела закрывающую лицо новую маску и отправилась искать спальню Армана.

Как оказалось, Макеши сидел у меня под дверями в коридоре – охранял. Посмотрел на меня сонно, выругался на неизвестном мне языке – и указал рукой на соседнюю дверь. Надо же, Арман так близко ко мне? Это совпадение? Знак? Судьба?

– Он пьян и весьма прилично, – вполголоса сообщил мне туземец. – Будь осторожна.

Непременно. Непременно буду осторожна.15. Перед свадьбой

Арман сидел в кресле, откинув львиную голову. Спокойный, со сжатыми скорбно губами, с низким тяжелым стаканом в руке. На меня посмотрел равнодушно, словно на пустое место.

Виро, – констатировал он. Не спрашивал, просто назвал по имени. Ю-Вей, – я опустилась на пол возле его ног, обхватив руками колено. Как ты сюда прошла?

Я – лишь твоё воображение, – мурлыкнула я. – Меня не существует. Не настолько уж я и пьян. Хочешь, чтобы я ушла?

Не сегодня, – его рука опустилась на мои волосы, лаская, как котёнка. – Я завтра женюсь. Поздравляю.

Было бы с чем. Знаешь… мне было одиннадцать, когда в этом доме появилась Ада Шантор. Красивая такая… настоящая женщина. Мать моя никогда не была такой загадочной, обворожительно прекрасной. В глазах Ады сияло пламя… такое темное, как сама ночь. Я, кажется, влюбился по уши впервые в жизни. Слушал ее голос, мечтая, что моя жена будет непременно похожа на неё. Она будет похожа? – с нервным смешком спросила я. В первую же ночь я увидел Аду в постели своего отца, – мрачно ухмыльнулся Арман и замолчал.

Я сглотнула. Теперь понятно, за что он так ее ненавидит. А я просто похожа на неё, говорят – одно лицо. Неудивительно, что я ему не нравлюсь совершено. А теперь…

Словно читая мои мысли Арман вздохнул:

А теперь я женюсь на ее дочери. Ты расстроен?

Я не хочу это обсуждать, – спокойно ответил мужчина. – Виро… больше не приходи. Меня не существует, – напомнила я с улыбкой, которую он все равно не видел. – Ты думаешь обо мне, и я появлюсь. Всё просто. Забудь меня, и больше не увидишь. Ты – ёкай?

Видимо, так. Я подозревал. Смешно. Я вырос в замке с сумасшедшим призраком, а теперь сплю с ёкаем. Это ненормально, но мне нравится. Ты не спишь, а только болтаешь, – фыркнула я, как лисица, скользя пальцами по его бедру к паху. – Видимо, алкоголь не на пользу тебе. Глупости. У меня нет никаких проблем с потенцией. Докажи.

Он тяжко вздохнул, со стуком поставил стакан на стол и подхватил меня на руки.

Не дают спокойно выпить, – пожаловался он в пустоту, наверное, своему призрачному предку.

Легко уложил меня на кровать, разворачивая кимоно. Пальцами провёл от ключицы до живота. Такое простое движение, а меня всю выгнуло дугой. Он внимательно наблюдал за мной. Лица ему было не видно, и я малодушно этому радовалась. Пальцы очерчивали грудь: едва касаясь, исследуя, ощупывая. Нежно, осторожно. Губы коснулись края рёбер, язык проложил широкую влажную дорожку по животу. Ю-Вей освободил мои руки из плена рукавов, закинул их вверх, за голову, вытягивая меня в струну. Прикусил кожу на плече и невыносимо медленно снова спустился к груди. Я всхлипнула, не в силах сдержаться, вся дрожа. Что он делает? Зачем?