Страшный сон некроманта (СИ) - Лиса София

- Хорошо, обещаю! - послышался голос за моей спиной, а я закрыл дверь. В кармане лежала чернильница и бумага.

Я дошел до «почты», над которой летали мухи, черкнул пару строк, описывая свой эпический подвиг по обезвреживанию «потенциальной угрозы», указал мрачный и грустный итог, а потом бросил в ящик, отгоняя мух.

По кладбищу крался серый, противный туман. Он обволакивал призрачной дымкой старые надгробия. Пока все спокойно. Старые могильные плиты отсвечивали чужими именами и датами, треснувшие статуи зловещими призраками караулили чужой покой. «Кладбищенские приметы. Записывайте!», - послышался в голове голос Стервятника. -«Если ветер юго-восточный, значит все спокойно. Если у вас есть время вычислять направление ветра, то вы не бежите от умертвий!». Я прыснул, обходя старинной семейное надгробие с треснувшим саркофагом.

- Какая компактная семья, - усмехнулся я, а голос Стервятника продолжал: «Если вы споткнулись об могилу, то это к беде! Особенно, если вы бежите от умертвий!».

Кладбище становилось все гуще и гуще, некоторые могилы были разрыты, а под ногами то и дело комьями осыпалась земля, стуча по крышкам гробов. «Еще одна верная примета! Если земля плохо поддается, значит, зима близко!», - сообщил все тот же голос, пока я миновал скрюченное дерево. На секунду я застыл, слыша позади себя шаги. Резко обернувшись, я никого не увидел. «Умертвии, как хрен! Хрен его знает, на что и когда встанет!», - продолжал Стервятник, а я зажег в руке заклинание. «Заклинание не отрывает одну голову или руку дважды, помните об этом!», - ядовито замечал преподаватель.

Некрополь приближался со скорость шесть могил в минуту. Будь проклят тот, кто изобрел кованные оградки! Я остановился, сверяясь с картой, а на меня внезапно бросился труп, с заклинанием. Труп отправился отдохнуть в соседнюю могилу, а я бросился бежать в сторону некрополя. Вслед за мной летели заклинания, а я не оглядывался с целью не обгадиться. Одно заклинание стерло в пыль надгробие, а я лихорадочно оглядывался по сторонам. Темные силуэты вставали, как по команде, а я припустил к некрополю.

Я споткнулся и полетел лицом вниз, пропуская над головой огненный шар размером с солнце... Мне так показалось. Я заполз за какую-то могилу, глядя, как умертвии меня потеряли и теперь ищут по кладбищу.

Внезапно в стелу ударило заклинание, а я кубарем скатился в разрытую могилу. Крышка гроба треснула, а я очутился рядом со скелетиком в свадебном платье. В ее руках был поникший букетик цветов.

Умертвии толпой пробежали мимо, а я вежливо пожал руку хозяйке недвижимости, а потом стал опасливо вылезать. Лопату я потерял еще в самом начале забега. Выбираться пришлось быстро, ибо умертвии заметили меня. Не знаю, как, но какая-то безголовая сволочь увидела меня, боюсь предположить чем, и позвала остальных. Я бросился бежать, перепрыгивая через могилы, глядя, как дохлые маги теснят меня к какому-то странному склепу, черными ступенями, простирающийся в темноту. Я попытался толкнуть дверь, но она внезапно распахнулась, а я кубарем слетел по ступеням вниз. «Быдышь!» - закрылась дверь, а я пытался провести мысленную перепись уцелевших конечностей. Переписи пока не получалось, зато перекличка сообщила, что переломов нет.

- Ну, здравствуй, - послышался страшный голос, который отражался в сырых недрах склепа. Открывать глаза я уже боялся. - Вставай, можешь называть меня «папой». Итак, когда свадьба?

- К-к-какая с-с-свадьба? - икнул я, глядя на огромную фигуру Лича, который тянул мне костлявую руку. В темноте склепа вспыхнули зеленые огни, освещая массивную дверь с печатью.

- Так! - нехорошим голосом заметил Лич, пока я пятился к стенке, вспоминая всех некромантических богов. Мать моя - боевая магия! Это что за? - То есть, ты жениться не намерен?

Если он еще раз таким голосом меня спросит, то я женюсь даже на Кусе! Не важно, какого он пола! Я даже уточнять не буду! Стерпится, слюбится!

- Н-н-на к-к-ком? - осведомился я, пока мне мысленно подмигивал Кусь. - О к-к-ком в-в-вы?

- Зять - заика? - произнес инфернальным голосом Лич, поглядывая на меня пустыми глазницами. - Надеюсь, что слабоумие у тебя приобретенное, а не наследственное! Это -важный вопрос. Я хочу здоровых внуков.

- А ч-ч-что, к-к-кто-то с в-в-вами п-п-по-другому р-р-разговаривал? - уточнил я, пока перед глазами был труп какой-то невесты.

- Ты возлежал с моей дочерью? - спросил Лич, надвигаясь на меня жуткой тенью.

- С-с-секунд тридцать... Не больше... - я отчетливо видел скелет в свадебном платье, уютно принявший меня в качестве временного постояльца.

- Сколько? Тридцать секунд? - Лич посмотрел на меня пустыми глазницами. - Я, как мужик, тебе сочувствую...

- С-с-спасибо, - кивнул я, вставая и отряхиваясь. - Понимаете, я - плохой зять! С меня вообще нечего взять! Гроб и лопата - вот и вся зарплата. Иногда беру работу на дом. То есть, как зять, я так себе. В мире много вариантов получше меня! А еще я буду изменять. Каждый день! Меня хлебом не корми, дай за бабами побегать! Прямо за каждой юбкой! Зарабатываю я только геморрой и ревматизм. О! А еще у меня куча наследственных болезней с внуками не совместимыми! Я пью! Вот без просыху! Каждый день! Если я не напился, то день прошел впустую! Такой уж у меня девиз. Я, понимаете ли, из дома выношу вещи. Да от меня полстолицы беременно! И это только женщины. В последнее время я вообще за собой странности замечаю. Приелись мне как-то юбки.

- Значит так, - процедил Лич. - Еще раз увижу тебя рядом с моей дочерью - ты труп! Пришел смотреть на печать? Цела она и невредима! Я храню ее и буду делать это вечно! Но вот если я услышу, что ты снова подошел к Виоле.

- Так вы про Виолу? - я округлил глаза. Память услужливо подбрасывала мне портреты чинного ректора. - Так бы сразу.

- А что? У тебя много баб? - наседал на меня Лич. - Ты выгнал ее из дома! Я видел, как она рыдала на кладбище, а потом сидела в холодном склепе. Еще раз я узнаю, что мою дочь выгнал из дома, я найду способ тебя уничтожить! Не говори ей о том, что видел меня и разговаривал со мной. Она не должна знать, кем я стал. Я был ректором Академии, пока чудовище не отняло у меня жену. Мне чудом удалось спасти умирающую дочь. Я бросил все силы, чтобы спасти ей жизнь, вернуть красоту и стереть память о том страшном дне. Я собирал ее по частям. И мне удалось. Даже шрамов не осталось. Я боялся, что все будет напоминать ей о том, что случилось, боялся, что однажды она вспомнит нападение того нелюдя, поэтому взял ее, какие-то вещи и исчез. Память иногда возвращается, а я не хотел этого.

Я смотрел на того, по чьим учебникам учился, про кого говорили, что «сошел с ума» и «сбежал».

- Я пришел в эту деревню, неся на руках маленькую дочь. Я поклялся себе, что она никогда не прикоснется к магии, она не будет учиться в Академии, что она вырастет обычным ребенком. Первое время я даже не колдовал. А потом узнал про умертвий и некрополь. Много лет я держал печать, которая истончала мои силы. Я понял, что не смогу держать ее вечно, и два года назад, принял решение, - Лич замолчал. - Я хотел, чтобы моя дочь похоронила меня, как человека. Чтобы она знала, где моя могила. А той же ночью, после похорон, я встал, убрал крышку и пришел сюда. Вечный хранитель и вечный страж. У меня был выбор, либо увидеть дорогую и любимую жену, либо остаться здесь навсегда, защищая живых от мертвых и мертвых от живых...

- Вы контролируете умертвий? - спросил я, вспоминая, как однажды читал про такое заклинание. Не каждый готов вместо вечной радости предпочесть быть вечным призраком.

- Да, ты реально слабоумный, - заметил Лич. - Я просто сдерживаю тех, кто внизу. С тем, кто вверху ты можешь справиться сам. Вот, держи!

Мне на руку упала цепочка с маленьким медальоном. Я открыл его и прочитал: «Мама и папа всегда с тобой!». На маленьком портрете была красивая семья.

- У Виолы завтра день рождения. Я еще помню. - грустно заметил Лич, тряся лохмотьями. Он парил над землей, а от него шло сияние. - Пусть за печать не волнуется. Здесь я. И я здесь надолго! А с умертвиями ты и сам разберешься. И попробуй только не подарить ей цветы! Я тебя из любой могилы достану! И не кладбищенские! Я тебя знаю! И следи за тем, чтобы она пореже ходила в мой склеп! Она уже сотый раз пытается меня воскресить.