За час до рассвета - Наталия Корнеева

— У вас забронирован столик?

— Да, меня здесь должны ждать, — растерянно ответила Айри, обводя взглядом зал. — Лорд… — начала она и запнулась, потому что так и не узнала его имени.

— Ах да, да, я понял, — закивал распорядитель. — Позвольте, — и он ловко раздел Айри, хотя ее пальто взял самыми кончиками пальцев.

Айри сильнее выпрямилась.

Ее проводили к столику у окна с красивыми шторами, подобранными шнурами. Увидев ее, лорд тут же поднялся, отогнал жестом официанта в белом, подвинул стул, и Айри, ощущая все большую неловкость, села как можно изящнее. Так, как когда-то учила ее Фели. Но вряд ли у нее получилось так же хорошо, как у сестры, что часто играла роли знатных дам.

— Милорд, подавать горячее? — почтительнейшим тоном осведомился официант, чуть не сложившийся пополам в поклоне.

— Да, несите, — холодно и без улыбки ответил мужчина, и Айри, наконец, рассмотрела его.

Он был молод — не старше двадцати шести лет. Темные кудри его торчали во все стороны, словно он пренебрегал расческой и правилами, но вопреки этому костюм его был идеальным: отглаженным, чистым и сшитым на заказ у очень хорошего портного.

— Как я рад вас видеть, Айри.

— Взаимно, милорд, — ответила она сдержанно.

«Потерпи. Один ужин, и он навсегда отстанет от тебя!» — сказала себе Айри. Вернулся официант, поставил перед ними на белоснежные салфетки тарелки. Айри опознала мясо в каком-то соусе, украшенное веточками укропа.

— Приятного аппетита, — пожелал официант и исчез.

По бокам от тарелки лежало несколько ложек и несколько вилок, и все — разные. Лежало и несколько ножей, как будто нельзя было обойтись одним! Из-под ресниц она посмотрела, какие приборы взял лорд, и повторила за ним. Но это было только началом — она попробовала повторить за ним движения, и все вышло ужасно и неуклюже.

— Вы, наверное, проголодались, не ели ничего весь день? — спросил он, легко сделав надрез на мясе.

— Нет, днем мне удалось перекусить, — и она сосредоточилась на том, чтобы мясо не выскользнуло из тарелки от ее неуклюжих попыток нарезать его.

Неловкость нарастала. Айри, окруженная обрывками вежливых разговоров, музыкой, незнакомой и неудобной обстановкой, испытывала лишь одно желание — она хотела, чтобы все поскорее закончилось.

— Но, думаю, не столь изящными блюдами!

Айри выразила согласие, и лорд, наконец, замолчал, позволил им поесть. Следом подали какой-то десерт, принесли напитки. Еда была очень вкусной, но Айри не могла расслабиться. Она боялась опозориться, сделать что-то не так, перепутать. Она чувствовала на себе взгляды, и они скорее были недоумевающими, чем заинтересованными.

— На вас смотрят. Думаю, все узнали вас, спасительницу Айри Вэнс! — громче, чем было нужно, сказал лорд, доевший десерт и заказавший официанту две порции мороженого.

Айри сглотнула.

— Ну что вы, я не такая известная.

— Не понимаю! — вздохнул лорд. — Не понимаю, почему за вами не бегают толпы? Вы стольких людей спасли, что они должны быть благодарны вам до самой смерти и всячески стараться угодить!

Айри смутилась. Звучало… слишком.

— Вы говорите так, словно я гордячка какая-то, милорд. Достаточно разовой благодарности за помощь. Иное же… Слишком.

Он тяжело вздохнул.

— Это ненужная скромность, Айри! Ну что ж, раз этот мир так жесток с вами, что заставил принимать как должное отсутствие хорошей благодарности, то я все исправлю! Поверьте, я отблагодарю вас за сотню спасенных!

И что-то в Айри дрогнуло, надорвалось. Она широко и искренне улыбнулась этому странному лорду:

— Я не сомневаюсь, что у вас это получится, милорд.

— Верно, прогоните все сомнения! Просто доверьтесь мне, — и он подмигнул, сверкнула его ослепительная улыбка.

Айри подвинула к себе емкость с мороженым — холодное, оно отлично остужало то, что загорелось в ней. От лорда исходило какое-то обожание в ее сторону, такое непривычное и такое… желанное. Айри редко благодарили столь щедро, столь открыто и даже принудительно.

Первая неловкость прошла, и Айри забыла, где находится, забыла о взглядах прочих гостей, и беседа завязалась сама собой. Так, она узнала, что лорд в конце лета прибыл в Лендейл, а детство и юность провел далеко-далеко отсюда. Он часто болел, и потому жить мог только в определенном климате, но теперь, окончательно поправившись, захотел посетить самый известный город империи и пожить в нем.

И Айри с удовольствием рассказала, что нужно увидеть в первую очередь, где лучше гулять на закате, а где — днем. Рассказала и о театре, который несомненно должен был заинтересовать лорда, и о чем-то еще.

Ее внимательно слушали, лорд кивал, улыбался, и она говорила, вспоминая все-все-все, чтобы этот вечер не закончился слишком быстро.

— Я пристрастился завтракать в маленьком и уютном заведении недалеко от площади Прейн, может, знаете? У них на вывеске нарисована белая лилия. Но есть в одиночестве так неуютно и скучно… Буду рад, если вы станете разделять со мной завтраки. Разумеется, я за все плачу. Как вы на это смотрите?

— Во сколько? — вырвалось у Айри. — Все зависит от времени. Я много работаю, — уже сухо добавила она.

— Я прихожу туда к восьми утра, к открытию.

От площади до здания, где находилось Шестое отделение, было полчаса ходьбы. Или пятнадцать — бега.

— Пожалуй, иногда я смогу приходить, — кивнула она лорду.

— Буду ждать вас каждый день, — и он снова ослепительно улыбнулся.

Глава 8

Граф Доари Нойтарг жил в старинном особняке в далеком предместье. Темно-синее трехэтажное здание, круглое в центре, с черными колоннами по всему фасаду и широкой парадной лестницей выглядело зловеще даже при тусклом солнечном свете, пробивавшемся через тонкую завесу облаков. Кусты вокруг особняка полностью сбросили листву, и ветки острыми копьями торчали во все стороны, как будто желали ранить.

Кеймрон приехал к назначенному времени, но слуга не проводил в гостиную, ничего не предложил, а лишь попросил немного обождать и оставил его у входных дверей.

Внутри особняк выглядел нежилым — стены да полы, и ни одного украшения, ни одной детали, которыми хозяева обычно наполняли дома. Даже шторы на окнах были подобраны в тон фиолетовым обоям, чтобы их не было видно.

— Отведи меня к графу. Немедленно, — приказал он слуге, который пытался, сливаясь со стеной, пробежать мимо. — Или я сам пойду искать его, и ты меня не остановишь.

Слуга немного побледнел.

— С-следуйте за мной, — заикаясь, произнес он.

Они шли по коридору, пока не уперлись в двустворчатые черные двери. Слуга замялся, но, обернувшись на Кеймрона, распахнул их. За ними скрывался длинный переход, в конце которого были две открытые двери. За дверью справа