Таракашка (СИ) - "Липа-малина"

— Жаль, что не наебнулась. Вот была бы потеха, ха-ха-ха! — Семён схватился за живот, выставляя улыбку гнилых почерневших зубов. Под глазом у него зиял свежий фингал, оставленный Ромкой на память.

Сюр. Варя попала в какую-то сюрреалистическую картину, в которой она столкнулась с Бабуриным в чёртовой глуши. В план Ромки совершенно не вписывался Семён, который попёрся искать друзей к их деревянному домику.

— Уходи! — крикнула девочка, замечая, что лес потемнел пуще прежнего. Что ещё за шутки? Она не больше часа здесь бродит, а уже сумерки.

— А не то чё? — Семён двинулся на Варю своей неизмеримой тушей.

Бежать? Заблудится. Договаривались, что дождётся Ромку с Бяшей возле оврага, найдёт белую ленту. Если мальчики потеряют Шиляеву, то ей самой из чащи не выбраться. Тропинка исчезла в темноте.

— Не то я… Я Ромку позову!

Бабурин изменился в лице и на секунду Варе показалось, что это сработало. Но внезапно жирдяй расхохотался, утопив в щеках и без того маленькие щёлки глаз:

— Что-то я его здесь не вижу! Да он тебя за десять рублей на живодёрню сдаст.

Ложь. Это ложь.

— Что ты прицепился ко мне? — Варя сделала пару шагов назад. Сама себя наставляла — нельзя. Но поддалась страху.

— Ссышься, гадюка рыжая? — Семён оскалился, — Ты меня перед братвой загнобила!

— Ты сам себя загнобил, — Таракашка сжала Бяшин ножик в кармане, сомневаясь, сможет ли она прорезать прослойку жира хотя бы на миллиметр, — Я не виновата, что ты ведёшь себя хуже трусливой собаки!

Бабурин не выдержал этих слов и непозволительно шустро кинулся к Шиляевой всей массой. Схватив девчонку за локоть, он встряхнул её и потащил по земле к самому краю обрыва. Варя выхватила ножик и полоснула одноклассника по ладони. Едва ли ей удалось рвануть кожу: не порез, а царапина.

— Сука такая. Сейчас полетаешь, — Семён вырвал лезвие из руки рыженькой и отбросил его в кусты. Он поднял девчонку над оврагом. Варя украдкой глянула вниз — покатая земля смягчит падение, но выбраться оттуда самостоятельно почти невозможно.

Что-то щёлкнуло в голове у Бабурина и он растёкся от другой гениальной идеи. Намотав Варин шарф на кулак, жирный сделал из него петлю и, протащив рыженькую ещё пару метров, нашёл подходящее дерево — склонившееся над оврагом с увесистым крепким суком. Одним рывком подвесив рыженькую над громадной ямой, он отошёл и так громко загоготал, что начал задыхаться.

— Я же говорил, что вздёрну на твоём же сраном шарфе! Молись, чтобы тебя здесь волки не сожрали.

Варя барахталась, чувствуя, как шарф передавил связки. Резкая боль в шее заставила панику биться в жилках девочки, но разум приказал не дёргаться. Как только Бабурин, заливаясь злобным гоготанием, скрылся за деревьями, рыженькая обеими руками ухватилась за шарф и попыталась отодрать его от горла. Слёзы душили не меньше самой любимой вещи. В голове крутилась одна страшная догадка, которая стиснула Варю меж бетонных стен:

«Неужели… Подставили?»

Наврали и ушли, сдав Таракашку в руки Бабурина. Может, Ромка и правда продал её за десять рублей? Разрешил Семёну отыграться за старую обиду, только бы избавиться от проблемной рыжей головёшки.

Податливая пряжа растянулась, Варя сделала ещё один рывок и выскользнула из петли, которая едва не прикончила её удушением. Упала на косую влажную землю и скатилась на дно обрыва быстрее, чем успела вскрикнуть. Зарывшись и без того настрадавшимся носом в слякоть, Шиляева подорвалась и осмотрелась.

Нечестно. Это так чертовски нечестно!

— Эй… — густота тьмы обступила девочку. На сучке сверху осталось покачиваться красное знамение.

«Красное полотнище

Вьётся над бугром…»

— Эй! Бяша!

На плечо что-то капнуло. Рыженькая подняла голову и на щёку ей приземлилась ещё одна капля. Если бы не потеплело, вместо воды на Варю бы легла пушистая снежинка.

— Рома! — крикнула девочка во всё горло, но голос звучал хрипло, надорвано. Будто кричал кто-то другой в глуши леса, но не она сама, — Пожалуйста…

Дождь усилился. Ледяные капли хлестнули Варю по щеке, кольнули в руки. Девочка накинула капюшон. Ей казалось, что всё — страшный сон, кошмар, который недавно прорывался к ней и был таким реальным, таким настоящим.

Ещё секунда и проснётся.

Обязательно проснётся.

Рыженькая зажмурила глаза и распахнула их, но ничего не изменилось. Она, как таракан в огромной миске с чёрной нефтью. Ноги повязли в слякоти, а над головой блеснула молния. От приветливого солнечного утра не осталось и следа. Вожделенная белая лента осталась наверху. Так и не нашлась.

«Варя, будь готова! —

Восклицает гром»

Вода подмыла стенки оврага, деревья, склонившиеся вниз, обступили девочку. Они словно судили её, подписывали приговор для ребёнка, который на самом-то деле и не виновен вовсе.

Вновь блеснула молния и Варя, вздрогнув, отступила назад.

«Нет…»

Холодная капля пота стекла меж лопаток. Девочка наткнулась на жестяную дверь позади.

Он не стал ждать. Слишком вымученно доставался ему такой мелкий таракан. Слишком долго терпел.

Терпел, запугивая, изнуряя жертву до окончательной слабости.

Чёрная дверь приоткрылась. Без скрипа, бесшумно. А может это Варя оглохла от шока. В голове стоял белый шум, тихий писк ультразвука. Сердце не билось, оно провалилось ниже пят — куда-то под размытую дождём землю.

— Варя! — послышалось наверху.

Надежда дёрнулась внутри.

— Варя!

— Он здесь! Помо…

Неожиданный толчок заставил Варю заткнуться. Леденящие тени, выбравшиеся из мрака гаража обвили голову девочки, поползли по лицу и накрыли рот, силками сдавив челюсть. В горло просочился металлический привкус крови — Варя до боли прикусила язык. Рыженькая попыталась руками сорвать узы, но пальцы проходили сквозь призрачное Нечто, отбирая последнюю возможность спастись.

Тень тянула девочку, засасывала в свой обитель. Из глаз брызнули слёзы, ручьём стекая по подбородку, по шее, капали на ворот куртки.

— Варя! Нашёл! — вдалеке раздался голос Ромки.

Вниз по слякотной косой поверхности склонов скатились мальчишки. Шиляева бы окликнула их, но Тень не позволяла — шептала на ухо умерщвляющие слова, топила девочку в свои путы, медленно волоча Варю «домой».

— Не позволю, блять! — Пятифан одним движением выудил травмат и наставил его на чёрный гараж и Нечто, пожирающее Шиляеву тёмной паутиной, — Это наша Таракашка!

Ромку колотила крупная дрожь. Дуло шаталось в неумелых пальцах, а увиденное заставило зубы хулигана отстукивать хаотичный ритм.

В руку Пятифана внезапно вцепился Бяша. Он повис на плече товарища и всеми силами пытался выбить оружие:

— Ты попадёс в Варю, на! Не смей, сука, не смей!

Левой рукой Рома отшвырнул бурятёнка от себя, целясь, насколько это позволяла темнота и волнение. Варя задыхалась, Тень перекрыла воздух, оставив только глаза. Серые стеклянные глаза, в которых зияло лишь паническое помешательство на противоречащей грани смирения и истерики.

Дорогой читатель, настало время сделать Ваш выбор.

Выстрелить / Не стрелять

Комментарий к Настало время

Следующие две части - финал и его альтернатива. Спешу заверить: в каждом варианте будут как плюшки, так и стекло. Удачи!

========== Концовка #1 — Выстрелить ==========

Комментарий к Концовка #1 — Выстрелить

Дорогие читатели, я благодарна за ваше терпение! По непредвиденным обстоятельствам, связанным с учебой и другими творческими проектами, пришлось отложить написание. Собиралась залить сразу обе концовки, но физически не справляюсь, увы. Поэтому выкладываю ту, за которую проголосовало большее количество читателей в комментариях. Отдельное спасибо за чудесные отзывы! Приятного чтения