Фадрагос. Сердце времени. Тетралогия (СИ) - Савченя Ольга "Мечтательная Ксенольетта"

Фангра разогревала мне плотный завтрак. Я все еще никак не могла привыкнуть к конструкциям с котелками, под которыми ярко пылали малые духи огня. Никакого электричества, газовых баллонов и труб, отсюда и маленькие кухни, где все запросто помещалось на полках.

— Не страшно, если расслабишься с Кейелом, — ответила она, не отвлекаясь от помешивания каши, — Главное, сердце ему свое не дари. Такие, как он не живут долго, а если и живут, то в постоянных походах.

— Мое сердце занято, — буркнула я.

— Да-да. Ты о своем Жене часто вспоминаешь, видимо, вправду хороший он человек.

— Очень, — улыбнулась я, не желая признаваться, что все чаще говорю о нем, как раз, чтобы не забыть случайно.

Солнце прилично поднялось над горизонтом, когда я повторно вышла из дома. Кейел встретил меня молча. Он поднялся с лавки, ухватил мешок и направился к калитке. Елрех не вышла провожать меня, но стоя на пороге, попросила быть осторожной и не отходить далеко от наемника. Однако она переживала по этому поводу гораздо меньше, чем я, постоянно напоминая, что с моей трусостью никакие проблемы меня не догонят. Главное, самостоятельно себе их не создавать.

Я вышла на дорогу и замерла. А где мой личный транспорт? Неужели Кейел думает… а он именно так и думал:

— Запрыгивай, — кивнул он на вытянутое двухместное седло, удерживая ящера за поводья, — Выедем из города, пересядешь мне за спину, а пока пусть Тодж привыкает к тебе. Он хороший мальчик, но немного боязливый!

— Ты издеваешься? — не поверила я.

— Я узнавал о тебе, предостерегался, — осмотрел он меня с улыбкой, затем покачал головой и спросил: — Зачем тебе меч, если ты толком держать его не умеешь?

— Научусь, — буркнула я.

Его насмешка пробудила во мне смелость. Я старалась не смотреть в хитрые глаза ящера и не останавливаться, приближаясь к нему. Проблема возникла с устойчивостью ноги в стремени: меня зашатало, я едва не повалилась назад, но рука беспардонного наемника подхватила меня за пятую точку и подсадила. Я уселась, хватаясь за выступ в седле.

— А ящер твой выдержит? — пискнула я, все еще пребывая в шоке, что сделала это! Верхом на динозавре!

— Ох, моя милая Асфи, тебе так много предстоит узнать, — смеялся он, заскакивая в седло позади меня, — Можешь немного отклониться, но не налегай и старайся не уснуть. У нас с Тоджем на ходу не спят.

Он сорвался так неожиданно, что я все же вскрикнула. Первые секунды даже думать ни о чем не могла, только удерживалась крепче и ноги цепляла за стремя, опасаясь вылететь из седла. Привыкнуть к постоянной тряске вообще не удавалось, а к выезду из города меня стало укачивать. Я надула щеки и старалась не дышать, удерживая в себе завтрак. Если бы заговорила, хоть вскрикнула на секунду, то радужные перья ящера пришлось бы отмывать. Мечтала лишь об одном, чтобы он остановился побыстрее. Как только он натянул поводья, а ящер затормозил, я оттолкнула его руку и навалилась на бок. Соскочить возможности у меня не было, но я так старалась — не вышло. Кейел перехватил меня под живот, видимо, испугавшись, что мое тело сейчас просто пластом грохнется на землю, а я выпустила содержимое желудка. За спиной послышался протяжный стон, потом ругань, зато мне полегчало. Я вытерла выступившие слезы, чуть повисела на любезно предоставленной мне руке в качестве опоры, а затем выпрямилась, облегченно выдыхая и слушая тихое причитание:

— Духи Фадрагоса, разве девушки так поступают? Разве оправдание, что ты из чужого мира? Хотя твой поцелуй тоже… О нет, не лучшее время вспоминать о твоем поцелуе.

— Заткнись, иначе повторю, — пригрозила я, постепенно приходя в себя.

— Охотно верю. С тобой уже во что угодно поверю. Ты как? Я могу отъехать от твоего завтрака, выдержишь?

Я набрала полную грудь воздуха и осторожно кивнула. Кажется, от плотного питания придется отказаться.

Не знаю, что было в планах Кейела, но весь день мы куда-то спешили. Четыре раза воспользовались Священным кольцом духов ветра и предков, причем второе и четвертое показались мне не просто похожими, а идентичными. Будто мы переместились, а затем окольными путями вернулись обратно, чтобы переместиться снова, но уже в другое место. Усложняло понимание маршрута то, что Кейелу не нужно было обращаться к духам вслух, они прекрасно понимали его без слов. Потом мы даже в болото забрели, но благополучно обошли его. В итоге я не просто не запомнила дорогу, но даже не могла по карте сориентироваться, которую крутила в руках, как только выпадала возможность во время кратких остановок. Сколько я не спрашивала у самого наемника, куда мы направляемся, он всегда отвечал одно и тоже: «У меня выдались свободные деньки затишья, надо заглянуть кое к кому в гости». При использовании последнего кольца нас уносило слишком долго, зато не пришлось тратить запасы еды.

Местность, где мы оказались на закате, не выглядела гостеприимной. С нависающих над нами утесов часто осыпались песок и мелкие камушки, а в расщелинах завывал ветер, да так проникновенно, что кожа становилась гусиной, и даже ощущалось, как мелкие волоски встают дыбом на спине. Ни воды поблизости, ни высокой растительности, и что страшнее, ни души. Все хорошо, Аня, сейчас забежим к его ненормальному знакомому, потому что адекватные тут жить не будут, и обратно в кольцо нырнем!

— Заночуем здесь, — пригвоздил меня решением Кейел.

— Как здесь? — почти шепотом поинтересовалась я.

Из расщелины в скале вновь разнеслось завывание — я поежилась, вглядываясь в ее мрак. Еще немного и моя фантазия готова была дорисовать мигающие глаза или огненную пасть дракона. Сверху послышался шорох — я дернулась и обернулась. Птичка с громким кличем вспорхнула, камушки покатились вниз, один ударился о мой сапог, я отступила и сразу застыла. Мою шею огладило чье-то дыхание, а затем раздался тихий и очень странный рык. Я завизжала, отскакивая, но вскоре остановилась, слушая смех рычавшего секунду назад идиота.

— Твою мать! Какого хрена ты так пугаешь?!

— Хрен — это растение такое, редкое и практически бесполезное. Почему ты о нем заговорила? — пожал плечами «юморист», все еще посмеиваясь и похлопывая молчавшего все это время ящера — да они в сговоре девиц пугают! — И что там мою маму? Надо бы уточнить. Почему ты вспоминаешь их, когда пугаешься?

Я сжала кулаки и зажмурилась. Голова от пережитого страха чуть кружилась, а тело мелко дрожало, дыхание и вовсе трудно было восстановить.

— Пойдем, там есть пещера, которая вполне подходит для ночлега, но только на одну ночь, — уточнил он.

— Почему только на одну? — решила я опустить произошедший инцидент, радуясь, что Кейел подал тему для беседы.

В таком месте я бы говорила и говорила, лишь бы только не чувствовать, как за нами будто наблюдают со всех сторон.

— Потому что духи, оберегающие пещеру, не любят загостившихся. Я на себе не проверял, но поговаривают, что рискнувших провести в ней две ночи подряд, утаскивало чудовище.

— Куда утаскивало? — охрипшим голосом спросила я, нервно оглядываясь.

— В камни, — ухмыльнулся Кейел и внимательно посмотрел на меня.

Вот теперь я спокойно выдохнула и хмыкнула, гордо вскидывая подбородок. Он просто в очередной раз запугивает меня, издевается. Ничего, с «троллями» я познакомилась еще в универе и уверена, что местным до наших интернетовских «весельчаков» очень далеко. После Священного кольца спать не слишком хотелось, несмотря на бессонную ночь, но я понимала, что лучше дождаться рассвета прежде, чем продолжать, видимо, неблизкий путь.

— И долго нам еще добираться к твоему другу?

— Сюда, — свернул он к совсем узкой расщелине.

— Он пещерный человек? — изумилась я.

— Кто? — удивился в ответ Кейел.

— Твой друг.

Он глянул на меня так, словно я сумасшедшая, а затем абсолютно меня запутал тихим возмущением:

— Я не дружу с чудовищами.

Пока он снимал с ящера поклажу и амуницию, я обхватила себя руками и старалась не рассматривать окружение. Зачем лишний раз себя пугать? Кейел убрал выбившуюся прядь за ухо, закусил губу, наклоняясь к ногам ящера. Осмотрел их, улыбнулся и выпрямился, после чего хлопнул Тоджа по боку, отпуская от себя. Дальше начиналось интересное. Динозавр прильнул к земле, вытягивая шею — кажется, он потягивался, разминая кости, — а затем направился к расщелине. Бедняга втискивался в нее, с силой толкаясь лапами и обдирая бока о камни. Кейел отвернулся, а на его лице заходили желваки, но Тоджа не останавливал.