Ржавое золото (СИ) - Болото Алина Николаевна

Глава 9

— Отдохните, молодой человек, вы недурно потрудились. За исключением десятка неточностей и трех несуразностей — почти прилично. Какие? Подумайте сами, а я продолжу.

Вам, безусловно, небезынтересно, куда отлучался господин де Спеле? Так вот, вы, разумеется, еще не позабыли мужественного старичка-лекаря, нарушившего профессиональную заповедь и посвятившего нашего… гм, призрака в тайны некоторых своих пациентов? Надо отметить, что очередной клиент де Спеле не был пациентом, а являлся учителем этого лекаря, к которому ученик и впоследствии неоднократно обращался.

Господин де Спеле, строя планы на будущее, почувствовал нечто неладное в хозяйстве очередного кандидата и послал на разведку свою голову. Голова обнаружила, что замок кандидата пуст и подвергается атаке скверно и непрофессионально вооруженной толпы. Уже взломаны ворота, горит какой-то сараюшка, кто-то ломится в конюшню, а в конюшне… И однако де Спеле, не вмешиваясь, решил сперва отыскать владельца. Шустрая его голова быстро обнаружила требуемое, ибо владелец замка не был человеком и обладал специфической аурой. Впрочем, вид он имел вполне человеческий — совсем молоденький юноша на белой испанской кобылке двигался по дороге и был часах в трех езды к осажденному замку.

Тогда де Спеле воссоединился, проинструктировал своих спутников (как они выполнили его инструкции, вы уже знаете) и снова отбыл, на сей раз в полном своем составе и прихватив коня. Возник он метрах в двухстах впереди юноши, за поворотом дороги, успокоил вороного, впервые испытавшего такой способ перемещения, спешился и принялся возиться с седлом.

Вскоре юноша подъехал, поздоровался и предложил помощь.

— Благодарю вас, уже все в порядке, — ответил де Спеле. — Всего лишь ослабела подпруга. Кавалер де Спеле к вашим услугам.

— Кавалер Гелиорг, — поклонился юноша.

— О, вас зовут так же, как владельца Белого замка, — заметил де Спеле.

— Да, меня назвали так в честь моего бедного дядюшки, — грустно отметил Гелиорг.

— Простите, вашего дядюшку постигло какое-то несчастье? — участливо спросил де Спеле.

— Да, он скончался, — вздохнул Гелиорг. — Я еду, чтобы вступить во владение наследством.

— Примите мои соболезнования, — склонил голову де Спеле, но покосился на наследника недоверчиво, ибо эманация того не несла ни лучика печали.

— Да, я скорблю о нем. Хотя он прожил долгую жизнь, — возвел очи к небу кавалер. — Девяносто восемь лет, а это в наше неспокойное время…

— Боюсь, в вашем наследстве что-то горит, — перебил его де Спеле, указывая вперед, где над холмом поднялся султан дыма.

Гелиорг привстал на стременах, пытаясь что-нибудь разглядеть невооруженным глазом, потом пошарил на груди, выхватил из кармана зеркальце в серебряной оправе, как две капли воды похожее на зеркальце де Спеле, но неизмеримо уступающее ему по разнообразию действий. Ничего удивительного, ведь прибор де Спеле был только замаскирован под волшебное зеркало, так же как и сам де Спеле… Ой, извините… О чем мы тут говорили? Ах, да!

— О! — простонал Гелиорг. — Что они делают? Они выпустили дракона!

Де Спеле извлек свое зеркальце, настроил и укоризненно отметил:

— Довольно рискованно — держать дракона в конюшне. Да и замок следовало бы запирать покрепче.

— Увы! Ворота замка были заперты обычным замком, без заговора. Пятнадцатого числа каждого месяца я принимал своих поселян, выслушивал их просьбы и одаривал.

— Странно… Только что вы назывались наследником, впервые приехавшим в наши края? — испытывающие покосился на него де Спеле.

— Ах, я позже все объясню! — заломил в отчаянии руки Гелиорг. — Теперь надо поймать дракона! Он может натворить ужасных бед.

— Да, — протянул де Спеле, вглядываясь уже непосредственно в небо, ибо дракон летел в их сторону и был ясно виден. — И это дракон?! Впрочем, если раньше водились стрекозы величиной с орла и тараканы с овцу, а нынче они выродились в надоедливую мелюзгу, чего ожидать от драконов? Дракон размером с корову! Впрочем, когда-то лошади не превосходили размерами крыс. Время, время, жестокий шутник… — разглагольствовал де Спеле.

— Умоляю вас! Помогите, если это в ваших силах. Ведь и вы…

— Вот именно, и я, — подтвердил его догадку де Спеле. — Что же, займемся вашей скотиной.

Он развязал и сдвинул с левого запястья кружевной манжет, и появился браслет из белого металла, гравированного не то сложным узором, не то таинственными письменами. Это был металл иридий, но тогда он еще не был открыт и назван людьми. Призрак взмахнул рукой, словно бросая что-то в дракона, который пролетал как раз над ними. Ящер вздрогнул, забил крыльями, будто попал в аркан. Ну, как мустанг в лассо, понятно? Господин призрак принялся подтягивать невидимую веревку, а ящер метался, трепыхался, но неуклонно снижался. Сперва он не понимал, откуда свалилась на него бедствие, Но наконец разглядел стоящих на дороге странников. И, естественно, дохнул на них огнем. Впрочем, он поторопился, струя пламени не достигла земли. Вторая струя, посланная с более близкого расстояния, упала на дорогу, но на высоте десятка метров разбилась о невидимую преграду, купол, как обозначило ее пламя.

— Прекрати! — крикнул де Спеле и добавил пронзительный свист, целую свистящую фразу.

Дракон раскрыл пасть, но уже от удивления, крылья его замерли, ящер неуклюже рухнул наземь.

— Наш воздушный корабль совершил приземление в заранее заданном районе. Экипаж чувствует себя удовлетворительно, — приветствовал его де Спеле и рявкнул: — Встать! Смирно!

Дракон вскочил, вытянул крылья вдоль боков, хвост — в струнку, нос поднял к небу. Огромные желтые глаза косились на нежданного командира. А командир спуску не давал.

— Распустился! Зажрался! (Ну, вот это неправда, Гелиорг и сам придерживался диеты, и дракона не баловал). Обнаглел! (Это правда, в последнее время дракон действительно обнаглел). Голову сверну! Имя!

— Хр-р… Громовик.

— Врешь, скотина! Имя при рождении!

— Белобрюх.

— Верно, третий сын Одноглазой и Златогривого. Так слушай, Белобрюх: волею Великого и Старейшего повелеваю служить мне, беспрекословно выполнять любые мои приказы. Я ведь не только крылья тебе заговорить могу, но и Смертное Слово твоего племени знаю. Или быть тебе ящери… Нет, это слишком хорошо для тебя дармоеда. Я превращу тебя в толстую зеленую гусеницу олеандрового бражника.

— Буду стараться! — гаркнул дракон, подумал и вкрадчиво спросил: — А если я выполню все желания моего высокого господина, какая награда меня ожидает?

— Вот она — современные драконы! — иронически отметил де Спеле и пообещал: — Награда тебя ожидает — верну прежнему владельцу. Все! Молчи! Иначе станешь молочайный бражником.

— Слушаюсь, могучий мой господин, — склонил голову дракон.

— Итак, сейчас мы отправимся выручать не то вашу собственность, не то наследство, — обратился призрак к печальному Гелиоргу. — Но сначала я хотел бы… Ну-ка, отступи десять шагов и сверни уши! — крикнул дракону.

Все же де Спеле превратил защитный купол, до сих пор невидимый, в непроницаемый черный и звукоизолирующий. О чем внутри беседовали и чем занимались битых четверть часа, и что потребовал де Спеле за свою помощь — неизвестно. Знаю одно — в цепи сделалось золотым второе кольцо. Дракон послушно выполнял приказ: прилег, спрятал голову под крыло. А вот вороной беспокоился, ржал, и бил копытом, пока белая кобылка волшебника, привыкшая ко всяческим чудеса и делящая конюшню с ящером, не куснула его в холку.

Наконец господа закончили свои дела, черный колпак над дорогой исчез. Дракону было приказано подставить спину, на нее забрались де Спеле и Гелиорг. Де Спеле принял призрачный облик, ибо нести двух полновесных мужчин ящеру было бы тяжеловато, а так он легко поднялся и направился к осажденному замку. Лошадей оставили, ибо Гелиорг сказал, что его Снежинка хорошо знает дорогу и приведет туда вороного.