Путешествие на Элос (СИ) - Птица Регина

Глядя, как гостьи уплетают его за обе щёки, подумываю переориентировать свой несостоявшийся магазин на продажу сладостей…

Но нет. Делиться кулинарными шедеврами Астера я не хочу. Особенно с Лайзой.

Она, к слову, тоже присутствует среди гостей. Разговорив её, узнаю, что у неё в этом доме что-то вроде командировочной квартиры. Живёт она в предместье, и меня приглашает погостить. Тут вообще все всех приглашают погостить, а многим зайхар, независимо от возроста, явно больше нечем себя занять, кроме как устраивать вечеринки.

В доме обитает в основном молодёжь, но молодёжь не последнего толка. У их мам основательные гаремы, собственные заводы и плантации… А число мужей идёт не на квинты или даже дюжины, кажется, даже на сотни.

Мне становится немного неуютно. Не уверена, что потяну такой гарем. И что, с ними со всеми надо резонировать? Не верю. Если у них есть арсаты, которые заменяют энергии стихий, то должен быть и какой-то способ заменять внимание хозяйки. Потому что если даже сотню мужей заставлять резонировать не сексом, а лично кнутом и плёткой, то утомишься похуже, чем собирая хлопок на плантациях. К тому же стесняюсь спросить, откуда у них берутся дети? Одна женщина просто физически не выносит за свою короткую жизнь сотню мужчин.

Ответ на последний вопрос мне тем же вечером даёт Рьен. Он хоть и вредный, а информацией делится охотно и всячески болеет за то, чтобы я не опростоволосилась среди подруг. Видимо, для него это честь семьи.

- Большая часть населения воспроизводится в инкубаторах. Зайхар ежемесячно сдают половые клетки.

- А мужчины?

- Мужчины тоже сдают, но только те, кого выбирают зайхар. Те, кто считается наилучшими образцами для воспроизводства.

- Племенные жеребцы, - бормочу вполголоса. Рьен тут же переспрашивает:

- Что?

- Ничего… При таком раскладе сил ещё есть какие-то младшие? Я имею в виду женщин. Тут же каждый месяц женской жизни выходит на вес золота.

- Есть, - кивает Рьен. – По разным причинам. Половые клетки они тоже сдают. Но кто-то из них слишком беден, чтобы содержать семью, кто-то не может или не хочет управлять таким количеством мужчин.

- Последнее, по-моему, не аргумент. Я смотрю, среди мужчин хватает тех, кто хочет поуправлять.

- Хватает, - в глазах Рьена мелькает весёлый огонёк. – Только тут дело не в мужчинах, а в зайхар. Они не потерпят среди себя ту, кто явно подчиняется мужчине. Для них это – главный социальный страх. Потому и связи с другими мирами настолько ограничены.

В общем и целом, результаты вечера мне всё-таки не нравятся. Заинтересовать своей продукцией никого не удалось, зато Лайза всё время так подозрительно поглядывала на Астера, как будто жалела, что отдала. Да у неё таких поваров там в особняке должно быть десять штук на квадратный метр! Что ей неймётся?

Астера тоже смущает это внимание, ближе к ночи он становится всё мрачней, а улучив момент после нашего разговора с Рьеном, ловит меня на кухне и спрашивает:

- Госпожа Алия, ты мной довольна?

Смотрю на него с подозрением.

- А что, не должна?

Астер мнётся какое-то время, но потом говорит:

- Если мамины дела пойдут на лад, Лайза может попытаться меня выкупить.

Вот так классный сюрприз! Главное – своевременный! А я-то уж начала потихоньку выяснять, что там не так с его маман.

- И ты хочешь вернуться в более приличный дом? – со злостью спрашиваю я.

- Нет. Наоборот.

Удивлённо смотрю на него. Потом до меня доходит.

- Тут больше шансов выделиться, да? Покамест мужей не сто.

- В каком-то смысле… - Астер замолкает, смотрит на меня внимательно… Потом продолжает: - Там я был одним из многих. Старшие Лайзы следили, чтобы мужей, приобретённых по контракту с родителями, не обижали. Но по большому счёту Лайзе не было до нас дела, лишь бы не убили. Она и сюда-то меня не привезла бы, если бы не то, что случилось с матерью.

- Так.

- Мне кажется, для тебя я могу стать больше чем просто одним из многих. Я на это надеюсь. Не только потому, что у тебя нет других, но и… - он почему-то замолкает не договорив.

Я даже не знаю, как на это реагировать. Не знаю, сколько искренности в его словах. Да чёрт бы его побрал, не знаю, как вообще на подобное отвечать!

- Не волнуйся, без твоего согласия я тебя не отдам, - говорю, наконец. Настоящего согласия, - уточняю тут же. И на всякий случай подаюсь навстречу и обнимаю. Астера очень приятно обнимать. С ним уютно и тепло. Не отпускала бы никогда. Но… ему надо убирать кухню, а мне надо идти спать. Со вздохом отстраняюсь и направляюсь к спальне. На ночь никого не приглашаю – захотят, сами придут.

То, какие последствия эта вечеринка имела для самолюбия Рьена, понимаю уже утром. Когда просыпаюсь от шума разбитого стекла. На кухне явно разгорается драка.

13

Вскочив, несусь на кухню. Это инстинкт, хотя не припомню, чтобы мне когда-нибудь доводилось разнимать мужские драки. На Земле не сыщешь такого тестостеронового бунта уже лет двести, тем более на исследовательских станциях – туда абы кого не берут.

Ворвавшись на кухню остро ощущаю, что имею дело не с докторами наук. С тоской думаю о том, что демократии в этой семье не получится. Пока не будет установлена иерархия, гармонии и порядка можно не ждать.

С полминуты растеряно смотрю, как Астер мутузит по лицу зажатого в углу Рьена. Выражение лица у моего тёплого котика при этом такое, как будто он Рьена сейчас убьёт. В принципе, могу его понять. Но так продолжать всё равно нельзя.

- А ну унялись оба! – рявкаю вполне мужским басом, голос у меня поставлен уже давно, так, на всякий случай.

Честно говоря, опасаюсь, что придётся бежать за шокером – но нет. Едва услышав, что я рядом, Астер отскакивает от Рьена и падает на колени лицом ко мне.

Рьен падать на колени явно не собирается. Стоит, вжавшись спиной в стену, и потирает разбитое лицо.

Мне очень хочется выяснить, что тут произошло… И в то же время я абсолютно не хочу об этом спрашивать. Не хочу, чтобы оба плели мне какую-нибудь чепуху, давили на жалость и пытались наговаривать друг на друга. О том, что склонность к манипуляции у этих двоих есть, я уже знаю, и не имею желания ей потакать.

- Как это понимать? – всё же задаю вопрос, чтобы не молчать.

Астер откликается первым. Опускает глаза в пол:

- Простите, госпожа.

- Рьен? – перевожу взгляд на другого.

- Я…

- Рьен!

- Простите, госпожа, - сверкнув зрачками, тоже отводит взгляд и опускается на пол на колени.

Потерев висок прохожу мимо обоих к кухонной стойке и берусь готовить кофе – благо, не всю посуду побили.

Специально ни о чём не спрашиваю и не предлагаю подняться. На самом деле, решение у меня уже готово, но пускай постоят и понервничают, потому что, если честно, ещё одна выходка – и я, наверное, начну вести себя как местные домохозяйки.

- Очень жаль, что вы не хотите понимать по-человечески, - говорю, не оборачиваясь, и мерно помешивая кофе. – На Земле давно уже отказались от насилия. Наше общество благополучно, гармонично и не подвержено социальным конфликтам. Но если кто-то из вас, - на этом слове я не выдерживаю и бросаю многозначительный взгляд на Рьена. – считает, что это сделало нас мягкотелыми, то ему лучше пересмотреть свои взгляды.

Разворачиваюсь к обоим лицом и задумчиво потираю пальцами чашку кофе. Холодно, что б его! Не так я люблю просыпаться! А хотела бы бесконечных домашних разборок – вышла бы замуж на Земле лет пятнадцать назад.

- Я понимаю вас лучше, чем вы думаете. На нашей планете браки парные, и вы оба это наверняка знаете. Знаете вы и то, почему я не могу допустить подобного, живя здесь. К тому же, давайте отбросим иллюзии. Парный брак имеет смысл, когда двое любят друг друга. Кто из вас готов сказать, что я ему хотя бы нравлюсь?

Астер вскидывает глаза и чуть приоткрывает рот, но я не даю его заговорить.

- Можете не отвечать. Дело в любом случае не в этом, а в том, что я понимаю – двум мужчинам, да и двум женщинам, и вообще двум любым похожим друг на друга людям трудно ужиться под одной крышей. Трудно разобраться в распределении ролей, в том, кто какое место займёт, кто будет руководить, а кто подчиняться. Я уже говорила Рьену и повторю для вас обоих: не считаю, что нам нужен кто-то старший. По крайней мере, пока нас всего трое. На вашей планете явно большие проблемы связаны с вопросами доминирования и авторитета. Земля давно прошла этот этап. Мы испробовали множество социальных теорий, большинство из которых оказались провальными. На внутренних планетах Империи была установлена гармония, которая, я знаю, так противна тебе, Рьен, - даже смотреть на него не надо, чтобы заметить, как он кривится при любых словах о гармонии и отсутствии конфликтов. – И у нас тоже есть люди, которым скучно и пресно жить в бесконечном покое. Более того, я как раз принадлежу к их числу. Я вам скажу, как человечество решает эту проблему. Объясню один раз, первый и последний, а затем дам время подумать. Если даже после этого до вас не дойдёт, мне придётся перейти к более варварским методам, которые вам, возможно будут куда понятнее.