Королевство Риордания. Графиня Харель - Эльза Скарлетт

— Лонгрен, становись в спарринг с Гохре. Поиграем светлый против светлого, темный против темного, — дядюшка предвкушающее вертел меч. — Дам шанс некроманту еще попробовать меня победить. Остальным: добро пожаловать отсюда!

Элдрину явно хотелось остаться, но возразить он не посмел. Мы пошли в общежитие приводить себя в порядок. Несмотря на то, что мой магический уровень подрос, я все же за тренировку устала. Магии я поистратила достаточно и вместо лекций, хотелось просто полежать.

— Знаешь Лея, — обратился ко мне Элдрин, лежа в задумчивости на диване, пока мы ждали Корина и Стомиана, перед завтраком. — Несмотря на твой ум и обаяние, у тебя есть один существенный недостаток — твой дядя. Его методы обучения и воспитания уже подвиг выдержать!

— Ты чем-то недоволен, Элдрин? — спросил дракон, как раз вышедший из своей комнаты и не успевший высушить волосы. — Не многим выпадает такой шанс.

Я понимала, что Элдрин говорит шутя. Потому не стала обижаться.

— Я не недоволен. Я просто еще не могу всего этого осознать.

Дроу замолчал, задумчиво глядя на меня.

— Теперь хоть все стало на свои места, — пробормотал он.

— Ты мог и раньше догадаться, если бы думал головой, а не тем местом, которым привык, — заметил вампир.

— Наверное, да, — согласился эльф.

Появился снова хмурый Корин и мы пошли на завтрак.

До обеда все шло своим чередом. Я, наконец, могла использовать магию, и заниматься наравне с остальными, стараясь нагнать упущенное. А вот перед обедом, меня в коридоре нагнала Кирана и, поздоровавшись, вручила в руки газету.

Газеты я не покупала и новостями не интересовалась. Однако сегодня, уже отметила, что адепты академии обсуждают между собой что-то весьма активно. Приходилось мимоходом слышать имя Тенебрея и своего дяди. Но списала все на вчерашние события.

Оказалось, что помимо этого были еще новости, взволновавшие общественность. На первой странице красовался портрет Корина и заголовок гласил, что герцог Тенебрей заключил помолвку с герцогиней Хардин.

Я побледнела. Как быстро газетчики смогли все разнюхать. Видимо, во дворце у них были свои сплетники и осведомители. Понятно стало, что так возбужденно обсуждали все. И порадовалась, что моего портрета репортерам добыть не удалось. Мое инкогнито было бы разрушено.

Кирана, стоявшая рядом, пока я рассматривала первую страницу, схватила меня за локоть и увлекла в боковой коридор, ведущий к аудитории. Сейчас в нем никого не было, и мы остались наедине.

— Твоя реакция очень показательна. Это ведь ты, Лея? — прямо спросила меня подруга. — Я решила, что тебе стоит знать.

Я затравленно посмотрела на Кирану. Врать подруге не стала:

— Так получилось, Кирана.

— Ты не переживай. Я понимаю, что это тайна, — успокоила меня девушка. — Вы ведь уже несколько раз оказывались вместе. А ни с кем другим ваш капитан не общается, так близко.

Я еще сильней побледнела, подумав, что подруга могла обо мне не то подумать.

— Я не…

— Давай не сейчас, — тихо наклонившись ко мне, прошептала Кирана, посматривая на мимо проходящих адептов. — Это сейчас неважно все. Можешь не оправдываться. Я на твоей стороне.

Мы пошли в столовую. Я все еще держала газету, когда нас нагнал Тирел и, наскочив сзади, чмокнул Кирану в щеку.

— Привет, распрекрасная и вкусная, — бросил он ей. И уже обращаясь к нам обеим. — Что такие печальные?

Мы не ответили, и Тирел остановив взгляд на газете, выхватил ее у меня из рук. Бросив взгляд на новостную страницу, замер и снова поднял его на меня. Я молчала. А мимо нас, как река обтекающая камень, миновали другие адепты.

— Вот демоны! — пробормотал вампир и, не дожидаясь нас, помчался вперед в столовую.

Идти обедать мне резко расхотелось. Не хотелось объясняться с остальными. Теперь-то все знали кто я. Но и без обеда оставаться было нельзя, нужно было восполнять магию. Подумала было отправиться к гоблинам на кухню, но выглядело бы это для других, как трусость. А робеть перед трудностями было стыдно. Поэтому вздохнув и собрав волю в кулак, поплелась все же в общий зал.

Тирел успел «растрезвонить» новость остальным, отсутствовала только Линетта. Стомиан как раз читал статью. Мрачно на меня посмотрел Элдрин. Я уселась на свое место. Дроу хотел было что-то сказать, но я предупредила его попытку.

— Я сейчас не хочу ничего слышать, — сказала ему. — Не в настроении.

И Ризгас, хвала богам, понял. Тем временем прибежала Линетта и стала поздравлять Тенебрея с помолвкой. От чего мы втроем, Элдрин, Корин и я, помрачнели, а Стомиан усмехнулся.

После обеда я сразу села выполнять домашние задания, помня, что нужно к ужину освободиться. Это отвлекло меня от неприятных эмоций.

Что меня так расстраивало, до конца так и не понимала сама. Договор оставался условным. Но неприятный осадок присутствовал. Тенебрей не надоедал и не мешал мне. Условия, о которых мы с ним говорили, он выполнял. Но он явно тоже был недоволен, его настроение было очевидно. Оставалось жить как дальше, стараясь показать остальным, что ничего особого не произошло.

Позже к нам присоединилась Линетта, сев делать домашние задания со Стомианом.

В полшестого появился во вспышке темного пламени дядюшка.

— Лейяна, ты готова? — спросил он, окинув всех взглядом.

Линетта икнула от удивления. И он посмотрел на нее.

— Дядя, это моя подруга и племянница ректора, Линетта Сенье, — представила я подругу.

Дядя улыбнулся, отметив взглядом, как близко девушка сидела к дракону, но ничего не сказал. Я представила подруге своего дядю. А она вытаращила на меня глаза, в которых застыло удивление и недоверие. И только в конце — понимание. Теперь все мои друзья знали, кто я. И я надеялась, что на этом круг доверенных остановится.

Дядя перенес нас в столичное поместье. Слуги еще накрывали стол к ужину, поэтому мы разместились на диване.

— Я привез тебе новый гардероб, более пригодный к зиме, — сказал он мне. — Завра всё доставят в академию.

Я обняла дядю. И в ожидании, пока накроют стол, начала рассказывать ему все приключения, которые со мной произошли в академии. Я не до конца была