Нежный свет. Невеста для архимага - Татьяна Кошкина

– Даже ты? – усмехаюсь.

– Нет. Я смогу тебе противостоять. У меня достаточно сил.

– Я тебе не верю. Брак – не для меня, Ричард. Я не хочу жить в постоянном страхе, что все закончится. Бояться за детей и за то, что не смогу заботиться о них правильно. Я не знаю, как жить в семье. В детском доме мы росли, как дикая трава. Кто выжил – молодец.

– Ты боишься быть слабой, Вера, а сила Нежного Света в его слабости. Он кажется таким уязвимым, хрупким и беззащитным. Он, как воздух. Мы его не видим, пуля или удар шпаги разрывают его легко. Воздух не может защитить нас от смерти. Но если перекрыть доступ, – сжимает мое горло чуть сильнее, – мы умрем, – тут же отпускает. – Вот и без Нежного Света мы умрем, Вера. Нежный Свет дарит мужчинам-магам силу, именно поэтому мы так придирчиво выбираем жен. Присматриваемся и только потом женимся. Лишь один раз.

– И меня ты не выберешь, – ставлю его перед фактом.

– Нет. Я уже выбрал себе невесту. Другая мне не нужна. Прости, что сегодня потерял контроль. Это моя ошибка.

Я свободна. Он отпускает меня и уходит. Слышу, как трава шуршит под его подошвами, как печально журчит вода, и как Ричард задевает ветку изгороди. Та с тихим треском ломается. Падаю на траву вместе с ней.

Нокаут. Сил не осталось, меня как будто выпили изнутри и бросили. Подползая к бортику фонтана на коленях, я думаю только об одном.

Почему мне так больно от мысли, что архимагу я не нужна?

Мне не привыкать быть брошенной. Я выросла такой и научилась жить с этой болью, но сейчас все иначе. Спасает одно. Я сильная, я всегда поднимаюсь.

– Вера! – удивленный вскрик. – С вами все в порядке?

Торнтон оказывается рядом со мной за считанные секунды. Самое время взять себя в руки, улыбнуться и попробовать прислушаться к совету архимага – побыть слабой.

Глава 11. Зина, Шурочка и погоня

– Простите, голова закружилась.

С помощью мага поднимаюсь на ноги и провожу ладонью по воде в фонтане. Сама не знаю зачем, это как инстинкт. Мне больно, плохо, и сил не осталось – нужно коснуться источника. Он снова шепчет что-то, но шум воды забирает слова себе. Зато силы постепенно возвращаются.

– Вы уже подружились с источником?

Торнтон улыбается, но держится от фонтана подальше. Видимо, мужчины-маги с источниками не дружат. Хотя у Ричарда вроде проблем не было.

– Спасибо. – Освобождаюсь от его рук. – Мне лучше. Прогуляемся немного?

– Думаю, магия привела меня к вам именно для этого.

С ним спокойно. Если с Ричардом мы то сталкивались плечами, то сбивались с темпа, стараясь обогнать друг друга, то здесь все ровно. Торн подстраивается под мой все еще нетвердый шаг, но не пытается коснуться. Просто идет рядом.

– Лабиринт расцвел. Невероятно, да?

Он замечает мой удивленный взгляд на цветы.

– Да. Я случайно. Ричард сказал, что произошел всплеск света. К сожалению, я неопытна и пока не могу контролировать подобные вещи.

Едва не прикусываю себе язык. Спалилась. Наверное, мужчине неприятно слышать о том, что до этого я гуляла по лабиринту с кем-то другим. Но, вопреки моим ожиданиям, Торнтон реагирует спокойно.

– Это вы? Удивительная сила. Еще больше впечатляет, что магия совмещения сначала привела к вам архимага.

– Я вообще не понимаю, как это работает, – передергиваю плечами. – Лучше бы сразу пришли вы. Архимаг не внушает мне доверия, еще и мой свет рядом с ним сходит с ума.

– Его любит магия. Думаю, этой женщине и принадлежит его сердце. Не берите в голову, Вера. Ричард Шайн Дрим сотворил с нашим миром чудо. Он был слишком юн, когда бремя легло на его плечи, и многих вещей просто не успел понять.

– Знаете, Торн, я больше ничего не хочу слышать об архимаге. Давайте поговорим о чем-нибудь другом. Расскажите об источниках. Что это такое? Если у вас есть источники света, то зачем вам мы?

– Как скажете, Вера. – Понимающая улыбка. Такая теплая, почти отеческая. – Источники? Они работают иначе. Нежный Свет заряжает источники, а не наоборот. Когда его становится мало, умирают и источники. В этом замке он выжил только по одной причине – кто-то отдал ему весь свой свет.

– Весь свет?

– Да. Проще говоря, ведьма умерла от истощения сил, чтобы источник жил вечно. Таких источников мало, здесь – сильнейший. Нежный Свет нельзя забрать силой, его можно только отдать добровольно. Думаю, вы догадываетесь, Вера, что умирать добровольно желающих во все времена маловато.

– Догадываюсь. Интересно, что двигало теми женщинами.

– Любовь. Такие глупости женщины делают только из-за любви. Некоторые ведьмы пытались создавать источники, когда замечали у себя первые признаки Ведьмовской чумы. Говорят, что в одном из бывших поселений зараженных создали огромный источник, в который сотни ведьм добровольно вливали свой свет, зная, что обречены. И благодаря ему династия Шайн Дрим смогла открыть портал в другой мир. Но это все легенды, неподтвержденные слухи.

– Интересно. Я люблю легенды, и мне очень интересно узнать этот мир получше. Пока я слишком многого не понимаю.

– Да? А ходят слухи, что вы хотите сбежать.

Замираю на месте. Интересно, откуда у мага такие сведения? Неужели до встречи со мной магия совмещения выкинула его еще к кому-то из девушек? К той, у кого язык за зубами не держится.

– А вы бы не хотели? В том мире у меня была карьера, свобода. Я только начала по-настоящему жить, вдохнула полной грудью и потеряла все это, попав сюда. Считаете, я должна радоваться тому, что меня продадут замуж незнакомцу? Представьте себя на моем месте. Вы лишаетесь своего привычного образа жизни, попадаете в незнакомый мир, где от вас требуют осеменить пару-тройку туземок.

– Кхм, сомнительное удовольствие.

– Вот и не надо смотреть на меня так снисходительно.

Кажется, я смущаю Торна своей прямотой. Понимаю, что меня несет. Ничего, пусть знает, с кем связался. Может, тоже передумает брать меня в жены? Только тогда мой путь будет определен – в руки варваров, которые хватают девушек, как мясо, и утаскивают по своим пещерам. Снова передергивает. Ненавижу архимага и его идиотскую систему.

– Простите. – Серые глаза понимающе улыбаются. – Вас никто не заставляет рожать детей незнакомцу. Вам дают время узнать друг друга получше. Да и потом, Вера, вы же не думаете, что женихи