Учись, учись и не влюбляйся! (СИ) - Елизавета Флоркинголд

Группа выдвинулась в воскресенье утром, сразу после того, как девушки сдали дежурство. Когда они выходили из академии, шел мелкий дождик, что никому не доставило проблем, но вот стоило им немного отойти, как перед клубом ботаников вырос ручей — где-то по колено глубиной, наверно, снег на вершине растаял из-за осадков.

— Только не это, мои штаны насквозь будут мокрыми! — Закричала Ванесса. — Может, тут есть мост или что-то вроде того?

— А, пустяки. — Отмахнулся Рауль.

Несмотря на то, что он не выглядел как перекачанные парни с факультета драконоборцев, юноша был довольно крепким. Он взял на руки и рыженькую, и рюкзак ее повесил себе на спину, перешел ручеек, после чего поставил девушку на том берегу, даже не запыхался.

Подруга наблюдала за всем этим, что-то до сих пор неизвестное закралось в ее мысли. Она начала вспоминать книгу, которую читала еще в школе — что-то о рыцаре и дочери пекаря, которые тайно встречались то тут, то там. Она почти вспомнила их имена, когда услашала Мортона.

— Мари, ты не м-могла бы, я в-воды б-боюсь.

— Ну и как ты собрался стать великим ботаником? — Посмотрев на него саркастическим взглядом спросила Руж.

— Буду все выращивать в теплице.

Увидавшему эту картину, она показалась бы смешной: тощая девушка берет на руки кучерявого паренька с рюкзаком, вместе они заходят в воду, шатаясь на каждом шагу, у другого берега парень спрыгивает, отбегая от воды, словно та полна пираний, а девушка чуть не приземляется в грязь, благо Ванесса ее ловит.

Но в их команде никто не смеется и не называет ботаника придурком. Уже мало кто помнит, но в его родных владениях пятнадцать лет назад случился потоп, где мальчишка чуть не утонул. Не удивительно, что Мортон боится глубокой воды, а глубокой считает ту, что выше щиколотки.

До места будущего лагеря компания добирается без проблем. Рыженькая отправляется за дровами, глава клуба разбирает вещи, Рауль ставит палатки, Мари заслуженно отдыхает после непредвиденной переправы — Мортону все еще страшно смотреть в ее сторону. Когда подруга возвращается, девушка решает развести костер, так как время идет к обеду. Она собирает влажный хворост, подкладывает под него черновики из-под будущей курсовой (так и не нашла хорошей темы) и тщетно пытается разжечь пламя.

— Ах, бесполезно, пока дрова не высохнут, будем есть сырую картошку.

— Ты слишком спешишь.

Берге достает свое недавнее творение — амулет для розжига кузнечных печей. Это перстень с рубином в оправе из золота, оправа двигается. Полоборота — и камень раскаляется, но не настолько, чтобы расплавить железо. Его тепла как раз достаточно, чтобы кучка задымилась и появились первые языки пламени.

— Ура, вкусному обеду быть! Ты мой герой. — Радостно восклицает Ванесса.

"Что же это со мной, как я могла забыть о преминении артефактов, к тому же простейших, со второго курса. Ты уже совсем с ума сошла, Мари, это плохо скажется на твоей учебе" — думает ее подруга.

Перекусив печеным картофелем с морковью ботаники отправляются на поиски мха. Мортон показывает им разновидность, названную "северный грей". В книге он выглядит как черное пятно, на деле — серебристого цвета.

— С его помощью варят очищающее зелье. Как правило, в него окунают амулет перед передачей новому владельцу, или приобретая ношеный — мало ли, каких проклятий специально или случайно на него мог навешать хозяин.

— Да, у нас в учебнике по алхимии есть такой раздел, но мы будем проходить его во втором семестре, скорее всего, поверхностно. — Вспомнила Руж.

— Ну а мы еще на первом курсе учили, и готовили до тех пор, пока не научились. В общем, если хотите открыть свою лавку, надо уметь варить минимум две настойки из мха. Я помогу вам с рецептурой.

Как и ожилалось, у Мортона получилось идеальное зелье. В качестве образца использовали перстень для розжига. Внешне он не изменился, но взяв его поочередно в ладонь все отметили, что украшение стало немного легче.

Мари не смогла добиться успеха, как бы не пыталась. Все эти "щепотку насыпать" и "около минуты поварить" выбивали ее из колеи. Девушка пыталась опираться на свои чувства, в итоге получилась бурда, которую решили вылить.

У Ванессы вышло слаборабочее зелье, едва ли справлявшееся со своей работой. Впрочем, рыженькая заявила, что на тройку это потянет, а так черт бы с тем заданием по алхимии.

У Рауля сварился очень ароматный и сочный чай, не показавший никаких магических свойств, но имевший неповторимый вкус.

— В общем, ваша проблема в том, — подытожил глава клуба, — что вы все считаете, будто мастер артефактов должен только делать артефакты, а ведь он еще должен уметь их очищать, оценивать работы других мастеров, и применять магию на практике. Завтра мы попробуем сварить зелье разрядки, снимающее илзилшки магии с перегруженных украшений, оно гораздо проще, но за мхом придется спуститься в пещеру.

— А разве мы так не попадем внутрь Пика? — Заволновалась Винтер.

— Нет, те тунелли не соеденяются со старыми подземельями, это проверили исследователи, маги и несколько поколений студентов. Если бы тут и был путь, его бы хорошо охраняли.

Ванессу такой ответ устроил. До вечера они изучили еще несколько видов трав, не для будущей работы, а для расширения мировозрения. Иногда Мортон уставал говорить, тогда его подхватывала Мари. Чем больше она вспоминала о растениях родного края, тем грустнее становился Рауль.

В тот вечер девушка поняла, о чем должна быть ее курсовая: она исследует один из первых артефактов, тот, что стоит на Пике Наутур, разработает похожий прототип и поместит его в земли Штерсена. Ведь это именно та проблема, для которой создана профессия мастера артефактов.

Той ночью Руж спала в палатке одна. Ей снова приснился кошмар — на этот раз бунт людей мертвого края, сохранившийся только в учебниках истории. Бунтовщики требовали: разрушить остальные пики, попросить о помощи драконов, отдать им куски других артефактов… Чего только не придумали несчастные от отчаяния, но все это оказалось бесполезным. В итоге большинство пострадавших расселились по другим владениям, те же, что остались, до сих пор жалели об этом, не имея более возможности переехать в более престижные земли (даже Майндорф казался им радужным местом).

Проснувшись девушка увидела на улице вспышку света. Она готова была поклясться, что там кто-то был, но выглянув наружу поняла, что это просто костер тлел, переодически вспыхивая языками