Улыбка Серебряного Дракона (СИ) - Либур Джулия

Ильгрис сначала внимательно оглядывала каморку, не заходя в неё. Тут, конечно, уже побывали свёкор с мужем, но они только подошли к лежанке и сразу ушли, оставив всё как есть.

На полу ничего не валялось, даже соломы не было. Затем девушка подошла к скончавшемуся узнику. На лежаке тоже ничего. Рядом пустая кружка и пустая тарелка. Это с вечера приносили ему воду и кусок хлеба. Приходил тюремщик вместе с самим светлым эрадом. Если и могли добавить что-то, то только заранее в воду или хлеб, но хлеб пекут для всех, однако, кроме заключённого, других пострадавших нет. А в воде опытный колдун почуял бы посторонний вкус, конечно, если яд без затей.

Девушка подошла к телу Укхильда. Никаких признаков отравления нет, но яды бывают разные. Есть те, что и следов не оставляют и действуют замедленно. Что там ей бабушка рассказывала? У Опаловых лекарь был, знаток ядов. Она всё удивлялась, зачем яды, когда есть магия. Бабушка же ей объяснила, что магию видно. Как спрячешь следы от дознавателей, если убили магией? А вот яд, только опытный лекарь и определит, и то не всегда. Есть такие яды, от которых умирают и через неделю, и через месяц, и даже через год. Правда, на такой срок, приходится давать малые дозы через какие-то промежутки времени. Но вот смерть через пару недель или месяц возможна и после однократного приёма. Один описывала яд. Особый. Который тот самый лекарь изобрёл.

Как же он назывался? Красиво так. Хрустальная слеза! Да, точно. Бабушка говорила, это потому что абсолютно бесцветная жидкость в прозрачном флаконе играла на свету всеми красками радуги, как чистый кристалл. И никаких особых проявлений того, что человек отравлен. Ну разве что частые головокружения или даже обмороки и то не у всех. И ещё… Ильгрис повернулась к драконам, наблюдавшим, как она осматривает колдуна.

— Он в обмороки не падал случайно, ну или голова, может, кружилась у него?

— Падал. Ты откуда знаешь, дорогая? — драконы напряглись, чувствуя, что их ждёт неприятная правда.

— Отравлен он, скорее всего, причём задолго до того, как попал к нам в плен. Про Хрустальную слезу слышали?

— Слышали. Ты знаешь симптомы отравления? Откуда?

— Бабушка рассказывала. Она знала лекаря, который изобрёл этот яд для Опаловых. Подойдите сюда.

Девушка подняла руку колдуна, показывая на его ногти. Увидев их непонимающие взгляды, пояснила:

— Видите, отходят ногти. Так бывает при отравлениях. Больше никаких признаков на теле нет. Но обмороки и ногти — это как раз два признака Хрустальной Слезы. Здесь его не могли отравить. Во-первых, яд замедленный, что им и надо, а во-вторых, Опаловые его из рук не выпускают. Я, конечно, проверю кружку и крошки хлеба, но уверена, что всё будет чисто.

— Ну всё, нам теперь его не припереть, — на лице Тангрифа было написано разочарование.

— Не припереть, — ведунья печально покачала головой.

— Тогда не буду терять времени и отправлюсь во дворец Великого Дракона. Может, хотя бы добьюсь посерьёзнее наказания для Фрая, за то, что он вломился на территорию клана и напал на наш дом, — Тэйвир тоже был расстроен и хотел так хотя бы слегка приободрить невестку, потому что она теряла надежду что-нибудь узнать о родителях.

Все понимали, что пропала ниточка, за которую нужно было тянуть, чтобы распутать клубок. Пока Фрай с отцом их обыгрывали. Они могли продолжать творить всё что хотят в своих владениях, правда, в чужих станут поосторожнее, но потом наверняка снова примутся за старое. К тому же теперь Ильгрис придётся особо оберегать и надо будет поспешить с представлением её Верховному Дракону. Правда, волей-неволей, а ещё месяц им придётся по традиции провести в своём замке.

Глава 10 Дворец Верховного Дракона

Он был удивителен этот дворец. Если родовое гнездо клана Серебряных Драконов выглядело как прекрасная принцесса, то замок Верховного Золотого Дракона выглядел как грозная в своём величии красавица-королева. Он поражал масштабами и богатством, выверенностью линий и продуманным ландшафтом. Дворец окружал огромный парк с аллеями, клумбами, газонами, беседками и фонтанами. Везде мелькала стража, проносились слуги, пробегали служанки, проплывали фрейлины и шествовали рыцари в сопровождении пажей и оруженосцев. Все точно знали, что надо делать. Никто не слонялся просто так. Жизнь здесь кипела, вовлекая в свой поток каждого ступившего на узорную плитку королевской обители.

Встречающиеся дамы бросали любопытные взгляды на Ильгрис, скромно опустившую глаза и идущую под руку с Тангрифом. Ещё бы, никому не известная девица отхватила наследника второго по могуществу клана. И чего драконам так нужна эта «истинная пара». Да, конечно, наследник, магия и всё такое, но от гарема зачем отказываться? Чем она его держит? Король тоже имеет истинную пару, но, кроме жены у него есть ещё три девушки. Хотя, посещает он их нечасто, только когда королева носит очередного наследника. Вот и сейчас королева на сносях. Ожидают уже пятого. После того, как королева разрешается бременем, девушек выдают замуж, снабжая богатым приданым. Карьеру фаворитки не построишь, но и то хлеб. Семьи в любом случае имеют пусть и небольшие, но привилегии.

Ильгрис шла спокойно. В последнее время в ней проснулась родовая гордость семьи Алфилл. Она поняла, что это только для Опаловых он был преступник, отказавшийся отдать родную дочь на поругание. Во всей Меролии его знали, как уважаемого и могущественного мага и понятия не имели, что с ним случилось на самом деле. Она посмотрела на мужа и увидела, что он улыбается, подбадривая и волнуясь за неё. Она прикрыла глаза, улыбнувшись в ответ, показывая, что всё в порядке, и они крепче сплели руки.

Эрад Тэйвир ждал их. Он, как глава клана должен был представить наследника и его истинную пару. Их клану было чем гордиться, из поколения в поколение они проходили все ритуалы и наращивали магию, которую использовали на благо Меролии. Не сравниться с Верховным Драконом, конечно. Четверо наследников в семье и пятый на подходе — это небывалое дело даже для королевской семьи.

Молодожёны шли к трону по ковровой дорожке, вдоль которой стоял цвет аристократии. Женщины разглядывали Тангрифа, а мужчины не сводили глаз с Ильгрис. Сегодня она была хороша на диво. Длинные волосы, сплетённые в затейливую косу и перевитые жемчужными нитями, серебристое платье, расшитое таким же жемчугом, румянец, вызванный волнительным для неё событием и удивительные глаза которыми можно было любоваться бесконечно. Радужка фиалкового цвета с вкраплениями изумрудно-зелёных чёрточек и тёмной обводкой. Теперь ей не надо было скрывать их. У истинных представителей семьи Алфилл глаза были именно такого необычного цвета.

Семейное предание гласит, что досталось им это удивительное чудо в наследство от лесной феи, которая вышла замуж за их далёкого предка. Покорил он её своим умением играть на флейте, чёрными как смоль кудрями и смеющимися глазами фиалкового цвета. У самой же феи глаза были ярко-изумрудные, а локоны отливали пшеничным золотом. С тех пор и появилась у их семьи такая отличительная черта. Правдива легенда или нет, не знает никто, но в семье рождались чаще всего дети, наследующие именно лесную магию. Хотя давалась им и магия воды, и даже магия огня, правда, очень редко.

Тангриф с Ильгрис шли, не замечая ничего вокруг, но Тэйвир наблюдал внимательно за каждым взглядом, каждым движением этой разряженной толпы. Он надел сегодня специальный артефакт, который показывал истинные чувства. Были те, кто искренне радовался, были те, кто завидовал, однако всё это не стоило внимания серебряного дракона. Но от одной, стоящей практически у самого трона фигуры, волной плеснула ненависть и насторожённость так явственно, что артефакт даже слегка завибрировал.

Главный советник. Надо было раньше пройтись по дворцу с артефактом. Интересно, что будет, когда он узнает о новом назначении. Ух, как он смотрит на Ильгрис. Чем же успела так насолить золотому дракону юная девушка, которую он ни разу в жизни не видел. А вот Верховный Дракон искренне любуется женой наследника клана. Сейчас Ильгрис, наверное, лишь слегка уступает в красоте королеве, которая по праву считается прекраснейшей женщиной Меролии. Но после первого наследника его невестка расцветёт так, что будет самой красивой в стране. Это ещё один повод для беспокойства. Нет, не короля он опасается и не королевы. Та вообще очень добросердечна и совершенно неревнива. Главный советник — теперь это настоящая угроза. От остальных сюрпризов пока можно не ожидать.