Солнечная девочка графа Майори - Светлана Назарова

— Это хорошая идея, — согласился правитель.

Мужчины снова умолкли. Король дописывал письмо, маг поставил пустую чашку на стол. Печать скрепила очередной сверток, а на конверте уже красовалась надпись «Дорогой гостье». Письмо легло поверх первого. Пожилой мужчина сложил в руки в замок и подпер этим «замком» рот, немного задумавшись. Наконец он прервал тишину:

— Я пока освобождаю Вас с графом Майори от службы, распоряжения я дам чуть позже, надеюсь, он сегодня остался дома с женой.

— Да, остался, Ваша Светлость, — Лайт почтительно кивнул, — Я передам графу Ваше распоряжение.

Правитель взял написанные письма и протянул магу. Бладброу принял конверты и кивнул, убирая их во внутренний карман свой мантии.

— Тогда доверяю это дело тебе.

— Постараюсь все сделать в лучшем виде, — Лайт встал с места и поклонился мужчине.

— Хорошей дороги, — король кивнул верховному магу, провожая.

Бладброу развернулся и стремительно покинул кабинет.

Глава 13

Пробуждение было приятным. В комнате было светло. Гулял свежий воздух, ветром играясь с лёгкими тюлями, висящими на окнах. Она чувствовала себя отдохнувшей. Голова была свежей. Будто все, что было, — это просто дурной сон. Женевьева открыла глаза и нахмурилась: интерьер был знакомый и, увы, не домашний, и даже не больничный. Она повернула голову. В кресле рядом дремал Теон. Он оперся локтем в подлокотник, а на кулак лег виском. Воспоминания навалились с новой силой. Она тяжело вздохнула — побыть наедине и предаться хмурим мыслям как в тот раз, когда она проснулась в этом доме впервые, видимо, не получится. Ее догадку подтвердило вдруг тихое щебетание Лайзы рядом:

— Госпожа, Вы проснулись? Как Вы себя чувствуете? Хотите чаю?

Женевьева поджала губу, стараясь выкинуть неприятные воспоминания из головы, дабы не обрушивать свое хмурое настроение на ни в чем неповинного человека. Она медленно кивнула, беря себя в руки, улыбнулась. Хоть это и получилось весьма криво. Но девушка сделала вид, что и не заметила заминки госпожи, чему леди Милдварт была весьма благодарна.

— Чувствую себя отдохнувшей. Да, спасибо, Лайза, от чая бы я сейчас точно не отказалась, — так же тихо проговорила она, чтобы не разбудить графа Майори, — если можно, то какой-нибудь травяной или цветочный, может с фруктами. А я долго спала?

Ей захотелось чего-то приятного, родного, теплых воспоминаний из детства. А служанка с удовольствием подхватила просьбу:

— О, конечно, милели, сейчас я вам все принесу. Может еще ваших любимых фруктов? А Вы проспали часа четыре, сейчас как раз время обеда.

Она отрицательно покачала головой, отказываясь от фруктов, а потом спросила:

— Скажи, давно граф уснул?

— Недавно, — шепнула девушка на ушко графине, — он так переживал о Вашем самочувствии.

Женевьева улыбнулась, ей была приятна такая фамильярность Лайзы, будто они были хорошими подружками. По крайней мере, это ей дало ощущение, что она здесь не совсем чужая, и кому-то нравится. Её саму смущал статус графини. У себя дома она не разделяла людей на чины, для нее все были равны. И тут ей хотелось бы оставаться при таких же взглядах. Она повернула голову и тоже шепнула служанке на ушко:

— Тогда и графу принеси, пожалуйста, вкусный чай, — на ее лице невольно заиграла улыбка.

А Лайза широко улыбнулась, быстро поклонилась своей госпоже и тихо выскользнула из спальни. Женевьева расслабленно выдохнула. Зря она себя накручивает. Сейчас все совсем по-другому. Слуги хорошо к ней относятся. Теон рядом и явно беспокоится. Она вдохнула полной грудью свежий воздух и постаралась улыбнуться, чтобы поднять себе настроение. В конце концов, Теон явно не хотел, чтобы Лайт проверял ей память и предупреждал, что процедура неприятная. А значит, она на него сердится не может. Добровольно согласилась. Что ж. Все уже позади. Значит, надо просто на что-то отвлечься.

Со стороны графа послышалось какое-то шуршание, и Женевьева повернула голову. Он выглядел сонным и слегка помятым, от этого вида у нее защемило в сердце, а на лице невольно скользнула нежная улыбка.

— Ты как? — сипло спросил граф спросонок.

— Все хорошо, спасибо, — она благодарно кивнула и покачала головой, — тебе бы отдохнуть хорошенько.

— Да все нормально, разберемся со всем и отдохну, — он шумно втянул носом воздух, стараясь проснуться, и потянулся, — ты хочешь чего-нибудь?

— Лайза сейчас принесет нам чай, — девушка улыбнулась, наблюдая за мужчиной.

— Чай — это хорошо, — согласился граф и кивнул.

Девушка тихо приоткрыла дверь и на цыпочках подошла к прикроватной тумбе, стараясь тихо поставить поднос на нее.

— Лайза, ну что ты крадешься как мышка, умирающих вроде тут нет, — покачал головой Майори.

— Ой, а я думала, вы еще спите, — протараторила служанка, своим звонким голосом и улыбнулась, — а я чай принесла. А на улице такая хорошая погода сегодня. И тепло. Солнышко светит. Может миледи прогуляться в саду? Там еще до сих пор цветут розы и гортензии, а еще распустились хризантемы.

Теон поймал загоревшийся взгляд гостьи. Поэтому сразу кивнул.

— Это хорошая идея, передай Оскару, чтобы нам накрыли обед в беседке на свежем воздухе, а мы пока с леди попьем чай.

Лайза поклонилась, а потом посмотрела на графиню.

— Госпожа, Вам потом помочь переодеться?

— Да, милая, я бы тебе была весьма благодарна, — Женевьева улыбнулась, видя, как Лайза сразу просияла от такого обращения.

— Хорошо, я тогда подойду минут через двадцать, — она поклонилась и ушла, оставляя супругов наедине.

Теон встал с места, помогая девушке сесть в постели и формируя из подушек мягкую спинку, а потом подал ей чай.

— Спасибо, — тихо поблагодарила девушка и приняла чашку с теплым ароматным чаем.

Ее глаза невольно закрылись от удовольствия, а нос уловил знакомые любимые нотки липы. Она улыбнулась, вспоминая теплое солнечное лето, когда жужжат шмели, солнце создает причудливые тени, и хочется просто наслаждаться жизнью.

— Кажется, ты и правда хорошо себя чувствуешь, — улыбнулся Теон и взял свою чашку в руки, снова опускаясь в кресло.

— Чай пахнет просто чудесно, надо будет поблагодарить кухарку, — она продолжала улыбаться, а потом сделала глоток, — сразу вспомнился солнечный летний денек.

Женевьева зажмурилась от удовольствия. Сейчас было хорошо. Очень хорошо. Она будто оказалась дома. Майори улыбнулся, наблюдая за девушкой. Он невольно сравнивал Элизию и Женевьеву. И постарался поймать настроение гостьи. Вдохнул аромат. Чай щекотал нос приятной сладостью. Граф расслабился: девушка заставляла его обращать внимание на простые и обыденные вещи и смотреть на них по-новому. Вот уж где наслаждение мелочами.

Они неторопливо пили чай и получали удовольствие от легкой тишины: