Легенда о лиловом драконе (СИ) - Эн Вера

Лил поглубже вздохнул и почувствовал, как подруга крепче вцепилась в его гребень. Энда! О чем он думает? Ариана просила просто один раз поднять ее в воздух. Это была ее заветная мечта, и о большем, кажется, не было и речи. Зачем ей его горы? Она же… не дракон…

Ариана чувствовала себя абсолютно счастливой. Она помирилась с Лилом. Она увидела его второе обличие и совершенно не испугалась. А теперь сидела на шее настоящего дракона, крепко его обнимала и поднималась все выше и выше… Вот уже и елки оказались далеко внизу. В лицо бил свежий, необычно холодный ветер, а Ариане хотелось все большего. Вот если бы Лил сделал пару кружков над лесом. Или хотя бы плавно спикировал вниз, чтобы сердце замерло, а в животе защекотало от восторга… Но он, повисев в воздухе пару минут, аккуратно опустился на землю и расправил крыло, чтобы ей было удобно сойти.

Ариана закусила губу, стараясь справиться с накатившим разочарованием. Как быстро закончилась ее сказка — и так же быстро изменились эмоции: от ликования до полного опустошения. Она никогда не решится снова попросить Лила позволить ей летать: слишком дорого ей обошелся первый раз. А значит, никогда больше не испытает этих щемяще ярких и восхитительно светлых чувств, что Лил подарил ей сегодня. И ей следует в первую очередь как можно искреннее поблагодарить его за то, что он сделал, а не выказывать себя избалованной девчонкой, которая не ценит настоящих поступков.

Она дала себе время собраться с духом, пока Лил возвращался к человеческому обличию. Но сказать ничего не успела: он бросился к ней с обеспокоенно-расстроенным лицом.

— Испугалась? Сильно? Я так и знал, что не надо было взлетать высоко, да еще и задерживаться там… Прости, я…

Она истово замотала головой, ругая себя за неумение справиться с эмоциями.

— Нет-нет, мне вовсе не было страшно! Ничуточки! Мне так понравилось, так понравилось! — затараторила она, стараясь поскорее убедить его в своем полном удовлетворении. — Я даже пожалела, что родилась не птицей, — там, в небе, я всегда была бы такой свободной и счастливой…

Лил шагнул вперед, поддавшись искушению и надеясь только, что верно истолковал тоскливые нотки в голосе Арианы.

— А если… Если я предложу попробовать еще раз?

У нее перехватило дыхание.

— Еще раз?.. Ты правда?.. — она сглотнула, стараясь взять себя в руки, и вспомнила о собственном обещании не заговаривать больше с товарищем о перевоплощении. — Лил, я ни за что не стала бы снова просить… Я больше не хочу, чтобы ты переступал через себя из-за моих капризов. Мне… Мне правда дороже наша дружба, чем все блага на свете…

Он взглядом остановил ее.

— Я все понял с первого раза, Ариана, тебе не нужно больше унижаться и что-то мне доказывать, — объяснил он. Потом продолжил: — Я хочу тебе признаться. Там, над землей, я на несколько секунд представил, что ты согласилась отправиться со мной в путешествие. Вздорная, конечно, мысль, но мне показалось, что ты ждешь от меня такого предложения. Извини, если я понял тебя неверно.

На глазах растроганной Арианы заблестели слезы.

— Ты понимаешь меня лучше всех на свете, — прошептала она. — Даже лучше меня самой. А это, — ее голос зазвенел, — это самое чудесное предложение в моей жизни! Я так хочу… полететь вместе с тобой… куда ты скажешь…

Лил выдохнул и улыбнулся.

— Тогда завтра приходи пораньше. Надо потренироваться перед путешествием.

* * *

Так начались самые счастливые дни в жизни Арианы. Отец на несколько дней уехал по делам и не требовал от нее ежедневных занятий с оружием, которые теперь были Ариане вовсе не милы и только отнимали время. Беанна привычно не обращала на сестру ни малейшего внимания. А матери, взвалившей на себя в отсутствие мужа все хозяйство, было вовсе не до дочерей. С утра до ночи Ариана была предоставлена самой себе и пользовалась этим сполна.

Конечно, по мере сил она помогала матери. Но Ана, понимая, что другого такого шанса у дочери, возможно, не будет, не нагружала ее больше обычного и не требовала отказаться от ежедневных прогулок в пику домашних забот. В конце концов, если Хедин укорит ее запущенным хозяйством, Ана сошлется на старшую дочь, которую муж воспитал так, что она даже не подумала предложить матери помощь.

И Ариана с первыми лучами солнца бежала в лес, на встречу с Лилом и новыми необыкновенными приключениями.

Лил все продумал и все предусмотрел.

Они уходили в глухой лес, куда не решались заглядывать охотники, — но с Лилом Ариане не было страшно. Кто решится напасть на настоящего дракона? Пусть даже этот дракон в мыслях и мухи не обидит, но ради защиты Арианы пойдет на все.

Когда он принимал образ ящера, Ариана честно зажмуривала глаза, ни разу не попытавшись подсмотреть. Ей было вполне достаточно последующего действа. А коли из-за своего любопытства она могла навсегда лишиться не только полетов, но и доверия Лила, разрешившего ей не уходить за деревья во время его превращений, то любопытство она усмирила. Зато потом наслаждалась полетом с чистой совестью.

Лил не стал торопить события, отложив момент полета в горы до той поры, когда Ариана станет уверенно сидеть у него на спине. Сперва он просто сделал несколько ровных кругов над лесом, не меняя ни высоты, ни скорости движения. Ариана перестала скрывать свои эмоции, словно полет раскрепостил ее, и она совсем по-детски, перебивая сама себя, отчаянно жестикулируя и захлебываясь от избытка чувств, рассказывала Лилу о своих впечатлениях. А потом, лукаво потупив взор и изобразив скромницу, поинтересовалась:

— Это ведь не все, правда?

Лил рассмеялся и заверил, что это только начало. Ариана захлопала в ладоши и всю дорогу домой подпрыгивала и что-то напевала. И Лилу оставалось только поражаться, как просто оказалось сделать другого человека счастливым. Нужно было лишь поверить, что он на это способен.

Пара дней ушла на то, чтобы научить Ариану правильно пригибаться при резких взлетах и снижениях. Затем они придумали сигналы, с помощью которых Лил мог бы предупредить Ариану о своих намерениях, будучи драконом. Например, при повороте направо или налево они просто заранее наклонял туда голову. При снижении издавал свист, а при подъеме — короткий рык.

Потом Лилу пришло в голову, что неплохо было бы соорудить для Арианы хоть простейшую страховку на непредвиденный случай, и, как она ни сопротивлялась, уверяя, что удержится на его спине в любой ситуации, Лил и слышать ничего не хотел о полетах, пока они не изобрели и не опробовали веревочный пояс, обхватывающий Ариану вокруг талии и крепящийся у драконьих лап.

Наконец, спустя неделю после первого полета, Лил решился отправиться в путешествие. Правда, речь в этот раз шла отнюдь не о горах, а всего лишь о соседнем лесе, отделенном от местного топким болотом. Сюда не ходили грибники и ведуньи, не заглядывали и охотники: пищи хватало и неподалеку от дома, а рисковать собственно жизнью сверх необходимого никому не хотелось.

Но для Лила и Арианы дальний лес оказался настоящим кладезем природных богатств. Ягоды там росли такие, что с одного кустика можно было набрать целое ведро малины. Грибы кучковались невероятными семействами, не давая ступить и шагу, чтобы не показать новую шляпку. Звери, казалось, совсем не ведали страха: зайцы спокойно сидели на краю полянки, глядя, как Ариана наполняет свою корзину всякими вкусностями; игривые белки исхитрялись уводить у нее из-под носа самые красивые боровики, а маленький олененок под присмотром строгой матери даже взял у Арианы из рук пучок сочной травы. От невероятности происходящего у нее исчезали последние слова и оставались только яркие, неповторимые ощущения какого-то чуда.

Даже когда, собираясь домой, Лил передал ей холщовый мешок с чем-то еще теплым внутри и проникновенно попросил не заглядывать внутрь, Ариана не позволила жалости затмить другие чувства и бросить хоть крошечную тень на свое отношение к Лилу. Ему надо было кормить семью и думать о запасах на зиму. И Ариана не имела права осуждать друга за его добычу.