Куратор Тёмного факультета - Екатерина Стрелецкая

Мой сказал лишь то, что услышал от слуг, когда вызванный целитель вышел. Одна из служанок обнаружила тело хозяина на полу кабинета, когда тот не спустился к ужину, хотя специально попросил подать его позже обычного. Посетителей сегодня у него не было и не ожидалось.Я закатила глаза:– Для сильного мага, а тем более, одного из верховных, прийти и уйти незамеченным вообще не проблема. Простой одарённый такую бы схему с подменой не прокрутил. Учитывая, что вы оба мне сами говорили, о том, как король иногда присутствовал на заседаниях Совета по образованию, куда псевдо-Алариас также приглашался, как ректор Академии.Глен поставил джезву на плиту:– Именно. В такие дни меры безопасности повышенные. У дам-ректоров даже косметические артефакты изымались во избежание непредвиденных ситуаций. Потом, конечно, возвращали, но...– Учитывая тот фокус, что мы провернули перед комиссией, предъявив тело настоящего Мирака Алариаса и доказательства воровства денег из казны Академии, получили в итоге подтверждение, что за всеми махинациями с подменой стоял кто-то другой, а не Тофль. И этот кто-то сильно испугался, раз убрал "бывшего ректора". Хотя я более чем уверена, что отправили в отставку псевдо-Алариаса действительно на некоторое время и хотели вернуть потом обратно. Вся эта проверка была затеяна с целью избавления от Глена. Равно как и тот случай с подмененным учебником. Вот только зачем так сложно, не понимаю. Могли бы просто отравить. Или убить. Подстроить несчастный случай или что-то в этом роде... – я забарабанила пальцами по столу, пытаясь подобрать подходящий ритм, чтобы переключиться и собрать разбегающиеся мысли в кучу.Глен достал кофейные пары и расставил перед нами с Олли.– Адарнелия Эмильрин, а почему ты уверена, что меня хотели убрать таким сложным способом? И про проверку?Я поморщилась, вспоминая всё, что происходило в пятницу до отбытия комиссии из Академии:– Во-первых, слишком явно читались их намерения. Просто в воздухе летал негатив, хотя они все и улыбались. Вам не заметно было, а меня даже подташнивать начинало периодически. Я же Тëмная, а мы такие вещи чуем очень хорошо. Во-вторых, тот профессор, Гибднер, очень сильно, прямо-таки навязчиво, давил на то, что мне тут не место, особенно с таким-то ректором. Он почему-то очень был уверен, что ты навешал лапши на уши насчёт аудита, "пытаясь свалить свои грязные делишки на бывшего ректора". Даже не представляете, как я сильно хотела оторвать ему голову! А тут такое фиаско! Так что Рострок не зря трудился. Когда профессор Аланкар шепнул профессору Гибднеру, чтобы тот больше ни слова не говорил насчёт финансов, его от возмущения чуть на части не разорвало, но спорить не решился.– Даже так.. – протянул Олли, беря чашку с кофе в руки.Я поблагодарила Глена за кофе и пригубила ароматный напиток:– Но больше всего мне непонятно, почему всё крутится вокруг Тёмного факультета. Есть, конечно, одна мысль, но она слишком бредовая, чтобы её озвучить.Глен с Олли переглянулись. Судя по их виду, даже самый откровенный идиотизм они готовы выслушать прямо здесь и сейчас.Я вздохнула:– Ладно. Уговорили. Только потом не намекайте, что я сошла с ума. Учитывая, что последняя война была как раз с Оркристом, не хочет ли кто-то спровоцировать новую? Моих студентов выставить в не лучшем свете, снова всколыхнув в людях ненависть к Тёмным. А там и вашему королю нашептать, не взять ли реванш за прошлые обиды. Сами подумайте: если бы Морралиссайт разорвал вас всех на той поляне, то виноваты кто? Правильно! Тёмные. И совершенно неважно, что их не обучали. Такие вещи сразу теряются за пеленой гнева. И от Глена бы избавились, и от студентов. Ещё и нашептали бы, что чуть ли не Сам Тёмный Владыка их подговорил призвать сильнейшего из демонов, чтобы заполучить от него едва ли не власть и мировое господство в обмен на свободу. Слышала я подобные байки неоднократно, что демоны, оказывается, могут наделять магической силой. Этакие волшебные феи. Ага. Рогатые только и весьма бешеные по жизни. А потом бы ещё Тьма переполнила башню и... всë. Нет Академии. Куча погибших Светлых студентов. Всë зло от Тёмных. И опять, и снова. Это уже не говоря о том, что, сунься Глен в башню один, разнесло бы всех к Тьме в два счëта. Да, привязка там была создана до появления Глена здесь. Зато очень удобно: сразу ненависть к созданию Тёмного факультета не показать, а направить удар позднее. А нынешнего ректора прибить в качестве бонуса. И псевдо-Алариаса вернуть на руины, щедро кинув денег на восстановление разрушенного детища друга. Идём дальше. Не сработала задумка с поляной, а потом с башней. Приходит проверка. И тут вскрывается, что казна Академии сильно отощала. А ещё и студенты Тёмного факультета косо смотрят на проверяющих. Если вспомнить, какую они пакость попытались сделать мне в первый же мой рабочий день, то наверняка провернули бы что-то подобное и с членами комиссии. Итог: Глен-казнокрад, ещё и воспитать каких-то юных Тëмных не смог. Нарушил приказ короля, негодяй! Расскажите-ка мне, какое наказание за такое последовало бы?Глен подлил недрогнувшей рукой мне вторую порцию кофе:– Казнь. Показательная.Олли поперхнулся от спокойного тона друга. А потом вытаращил глаза:– Но ведь понятия у Светлых и Тёмных во многих вещах разнятся. Если допустить, что твои версии реальны, то для несведующим в этих нюансах может казаться, что назначение на пост ректора Академии, где учатся Темные – просто плевок в сторону Тёмного Владыки. И... Вот демоны!– Угу. Но я же говорю, что мысли у меня пока бредовые. Слишком всё за уши притянуто. Много, очень много неизвестных в этом уравнении. Но других версий, а уж тем более, обоснований, у меня нет, – я взяла бутерброд с блюда, которое только что поставил на стол мрачный Глен.Олли покосился в сторону гостиной, где остался столик с горячительными напитками. Прекрасно его понимаю. На месте этих двоих я бы тоже с удовольствием напилась до беспамятства.Глен уселся за стол и тяжело вздохнув, цапнул кусок ветчины:– Хотел бы я знать, кому перешёл дорогу настолько сильно, что...– Не бери в голову. Я же сказала, что идеи у меня дурацкие. Могла ошибиться.Жаль, что при Олли не могу его обнять и даже коснуться, чтобы утешить, оказать поддержку.Внезапно передо мной на стол упал пухлый конверт без подписи.– То самое письмо? – полюбопвтствовал Оли, пока я вскрывала клапан и доставала сложенную пополам пачку листов.– Угу, – я пробежалась глазами по первым двум страницам, а затем отложила в сторону  бóльшую часть, задержавшись на отчëтах, маркированных сегодняшним