Волчий билет или Жена №1 (СИ) - Бушар Сандра

Резко отклеив скотч, Алекс дал старику слова. Я ждала его раскаянья, слез, мольбы пощадить. Но тот раздраженно посмотрел в глаза Кроуфорду, отчеканив по слогам:

— Мы почти убили тебя, сученыш! И будь моя воля, я бы делал это снова и снова, ясно? Такие твари, как ты, не достойны жизни! И твоя сука будет гореть в том же котле со своим отродьем! —истерически расхохотавшись, тот пробормотал себе под нос:

— К лифту мы не причастны. Так что если не моими руками умрешь, так чужими.

— Думаю, ты услышала достаточно? — бесчувственно затыкая рот Брауну, отчеканил по слогам Алекс. — Знаешь, зачем я оставил их в живых? Это будет твой урок.

— В смысле? — сердце в груди застучало быстрее, комната перед глазами стала двоиться.

— Ты должна выбрать, — развел руками он. — Кого мы оставим в живых. Сегодня.

Часть 16

— Что?! ­— губы мои нервно дрожали, тело никак не могло окончательно прийти в себя после наркоза. А вот сознание… От дикого ужаса происходящего просветлело, как никогда. — Я не буду никого выбирать, Алекс! Это… какой-то бред!

— Будешь, — хмыкнул мужчина, сложив руки на груди. Никогда раньше я не видела его настолько злым. Глаза пылали от чего-то темного, а вокруг будто распространялся дикий, пронзающий холод… — Одного мы оставим в живых, других ждет казнь.

Кроуфорд подошел к Келли и снял скотч с ее губ, позволяя девушке выдохнуть. Та, получив волю, тут же затараторила:

— Милая, ты должна выбрать меня, — прошептала она, перепугано моргая. Грудь ее при этом заходилась от волнения. — Я ведь хотела тебе помочь, правда? Вспомни, как переживала за тебя…

— Ты не дала мне позвать на помощь и усыпила, когда я пыталась сбежать, — с ужасом припомнила я, тут же переведя взгляд на альфу. — Но это не повод убивать человека! Ты не бог, чтобы судить, кого казнить, а кого нет! Я напишу заявление в полицию, они сами разберутся.

— Они оборотни. Оборотней судит альфа той стаи, чьи интересы были задеты, — самоуверенно заявил тот и прежде чем я успела сказать хоть слово, добавил:

— Ни один полицейский заявление не примет. Можешь как-то попробовать.

— Руби, детка, — переманил мое внимание доктор Браун, стараясь говорить притворно-слащавым голосом, — Ты ведь помнишь, как я уговаривал тебя не делать этого, правда? Я даже не знал, что ты передумала…

— Он врет! — возмущенно ахнула Келли. Вряд ли она думала, что папа будет защищать себя, а не дочь с наследником в животе.

— Подтверждаю, — качнул головой Алекс. — Он нагло врет.

— Я ведь беременна, Руби… — громко застонала бывшая горничная. — Ладно, ты ненавидишь меня, но в чем виноват он, скажи? Роман воспитает его, как требуется…

— А ты спросила, хочет ли Роман воспитывать ребенка, зачатого в ходе каких-то экспериментов?! — рявкнул на нее альфа и девушка тут же склонила голову, испуганно поежившись. — Кто знает, какого мутанта ты носишь?

— Если пить определенные гормоны и выведенные отцом препараты, все будет хорошо, — оправдывалась она, стараясь смотреть на меня, как можно жалобнее.

А у меня от этой картины голова шла кругом. В какой-то момент я даже решила, что не отошла от наркоза и это какая-то очень глупая, наглая и неестественная шутка подсознания.

— Я не буду в этом учувствовать, — твердо заявила, пытаясь встать. Но не успела я этого сделать, как почувствовала внушение Алекса.

— Сиди, — отчеканил он по слогам и тело мое приросло к креслу. Я была слишком слаба, чтобы противостоять мужчине. — Если не хочешь выбирать, твое дело. Но…

Медленно альфа подошел к столу, расположенному между мной и доктором с дочерью. На нем лежал длинный кинжал со странным, неизвестным мне до этого зеленым лезвием.

— Но… — поторопила я Кроуфорда, чувствуя явный подвох. Он точно не даст мне уйти просто так. Не в его правилах.

— Тогда умрут оба. — равнодушно пожал плечами, взмахивая вверх лезвие. Неприятный звук разлился по комнате, заставляя поморщиться. По спине пробежали мурашку, вдогонку за ними холодок… — Зеленая катана – уникальное лезвие… Один взмах и казнь совершена. Муки, которые испытывает жертва следующие пять часов, непередаваемы. Говорят, это время душа медленно покидает тело…

— Алекс, — глаза мои наполнились слезами, я готова была просить обо всем, чем только могла. — Прошу тебя, прекрати это. Не надо. Смерть – это никогда не выход.

— У тебя две минуты, Руби, — вместо ответа проговорил Кроуфорд, делая какие-то манипуляции с ножом.

Алекс хорошо владел оружием. Оно было словно продолжение его руки, частью жизни. Наверняка, с рождения будущего альфу учили обращаться с катаной. Для будущих казней…

— Одна, — послышался голос мужчины, заставляющий меня едва ли не подпрыгнуть на месте. — Если ты не ответишь, пострадают оба. Слова альфы.

Сглотнув вязкую слюну, я поняла, зачем он это делает. Хочет, чтобы именно на мои плечи легла ответственность за принятое решение. Нечто, что нельзя изменить. Что-то весомое…

Но где-то в глубине души я так же четко осознавала, что убить для меня равно собственной смерти. Это словно спусковой крючок. Дверь в комнату, за которой неизвестность. Чем это обернётся? Я не знала.

— А-л-е-к-с, — умоляюще прошептала я, закрывая глаза. Боги, как бы я хотела, чтобы он меня услышал. Как бы я этого хотела… Но альфа был слишком зол, чтобы слышать кого-то, кроме себя. — Они оба должны жить. Никто не достоин смерти.

— Тридцать секунд, — все так же равнодушно протянул он, продолжая играться с катаной. Зеленое лезвие с каждым взмахом становилось все темнее, начиная слегка светиться. Может это было лишь мое больное воображение, а может оно и вправду заряжалась силой владельца.

— Ты не должен быть так жесток! Я никогда не смогу простить тебе этого, понимаешь?! — закричала я, вскакивая в места. Колени нервно дрожали, тело качало от слабости.

— Двадцать, — неумолимо отсчитывал время палач, медленно продвигаясь все ближе и ближе к жертвам.  Келли кричала, доктор испуганно шептал себе что-то под нос. Что странно, отец не попытался взять дочь за руку. Возможно, это бы у него и не вышло, но в сторону Келли он даже не смотрел.

— Каждое наше решение несет за собой последствие, — быстро пропыхтела я, до последнего надеясь на благоразумие. — Люди убивают словом и действием. Ты убиваешь меня, Алекс Кроуфорд! И ни какие-то пять часов, а каждую гребаную секунду с нашей встречи!

— Десять, — последний шаг и альфа оказался между двух стульев. Келли и Браун затаились, сердце мое начало вырываться из груди.

— Я ненавижу тебя! Ненавижу, слышишь?! Никакие подарки, никакие слова и извинения не изменят этого! Ничего больше не изменят! — голос хрип от крика, в горле застыли рыдания. Я орала так громко, как могла. Будто это могло что-то изменить, как-то повлиять! — Не делай все еще хуже, прошу тебя… Умоляю! Я сделаю, все, что захочешь… Только не трогай их.

— Пять, Руки, — выдохнул он, — Либо оба, либо один. Четыре…

— …Нет! — в голове появился странный звенящий шум.

—…Три…

— Хватит! — зажав руками уши, я перестала ощущать конечности. Они онемели.

— …Два… — взмах катаны и сердце ушло в пятки, мир перестал существовать. Все вокруг поменяло цвет.

— …Один.

— КЕЛИИ! — прокричала я, падая на пол. Рыдания скосили, легкие жгло. — Она беременна, не трогай ее…

— Хорошо, — все так же бесчувственно, будто кусок ржавого робота, отрапортовал Кроуфорд. Звякнул метал, послышался краткий писк и что-то тяжелое упало на пол. Келли стошнило, я продолжала смотреть в пол.

Глядя на свои руки, я четко видела, как кожа меняет цвет в темно-алый. И он никогда не отмоется. Он всегда останется со мной. Повсюду.

Часть 17

— Что будет с Келли? — монотонно пропыхтела я себе под нос. Чувство необратимости заполнило каждый сантиметр комнаты. Ничего не будет, как прежде. — Ты дашь ей уйти?

— Я дам ей родить, — поправил меня Алекс, оставаясь там же невозмутимым. — А после отправлю обратно в стаю Араша Айдына. Это его забота.