Моя блестящая леди (ЛП) - Бек Макмастер

Тут он представил ее в своей постели. Все это белокожее безупречное тело только для него. Как из красивого ротика рвется стон, а сам Линч вжимается бедрами между ее ног.

Член Линча встал, напоминая ему, каково чувствовать себя мужчиной. Черт побери! Она его уже отвлекает. Значит принимать ее на работу — плохая идея.

Но ему нужна секретарша, которая его не боится.

Легкий румянец появился на щеках миссис Марбери, но она не отвела взгляда. Линч понял, что уже довольно долго ее разглядывает.

— Так вы меня наймете или нет? — спросила она.

Инстинкт приказывал отказать, но командир Ночных ястребов произнес совсем другое:

— Да, беру на испытательный срок. Я в отчаянии.

— Вы такой очаровашка. С вами придется держать ухо востро, — заметила новоиспеченный секретарь, вскинув бровь. На ее губах заиграла улыбка облегчения.

«Придется самому проявить бдительность».

Сначала неудачная встреча с Меркурием, а теперь это. Определенно ему нужна женщина для разрядки. Меркурий довела его до грани, и теперь тело жаждало удовлетворения.

— У вас есть имя? — резко спросил он.

— Сэр, а как же правила приличия?

— Я редко следую правилам и не собираюсь кричать «Миссис Марбери», когда вы мне понадобитесь. Слишком усложняет дело.

Она немного заколебалась и, открыв соблазнительные губы, прошептала:

— Роза. Меня зовут Роза. А вас?

Он уже повернулся к столу, решив держаться подальше от ее запаха.

— Меня?

— Как мне вас называть?

— «Сэр Джаспер» подойдет.

***

Линч повернулся спиной, и Розалинда наконец смогла глубоко вздохнуть, насколько это было возможно в непривычном корсете. В ту ночь, когда они столкнулись, она не слишком хорошо рассмотрела его в темноте и красноватом зареве анклавов. Тогда ей запомнился высокий рост и холодный пронзительный взгляд Ночного ястреба. Поговаривали, что взрослые мужчины, глядя в его глаза, тут же выдавали признания, а у женщин дрожали колени.

Вот только она не ожидала найти холодного красавца с аккуратно подстриженными волосами, которые он нетерпеливым жестом убрал от лица. Подбородок потемнел от щетины, а морщинка между бровей придавала ему постоянное хмурое выражение.

Розалинда изучала его, чувствуя, как по коже бегают мурашки. Та ночь оставила след на ее теле. До того момента Роза довольно долго считала себя невосприимчивой к мужчинам, особенно к таким опасным типам. И по глупости причислила Линча к обычным голубокровным.

Когда он сомкнул руки за спиной, Роза скользнула взглядом по широким плечам. Именно их она крепко сжимала, лаская губами гладкую кожу его горла. Легкий трепет возбуждения зародился внизу живота. Роза втянула воздух, впиваясь ногтями в ладони. В этом она не осмелилась признаться ни брату, ни Ингрид. Линча невольно влекло к Меркурию, но по иронии судьбы она сама не избежала той же ловушки.

Розалинда внимательно оглядела помещение и шагнула вперед. Сегодня она запомнит все до мельчайших деталей. Роза посмотрела на стену с той проклятой картой. Она не была дурой и поняла, что означают эти булавки, потому что в тех местах находились десятки гуманистов, прятавшихся среди обычного населения. Некоторых раскрыли и арестовали, но многих пока не трогали, и те понятия не имели, что об их участии в сопротивлении стало известно.

Эта карта ей много рассказала об этом Ночном ястребе. Во-первых, он терпелив, а во-вторых, достаточно умен, чтобы не выкурить их из всех нор. Красная линия стала паутиной, и у Розалинды создалось впечатление, что сплел ее именно Линч.

Просто ждет маленькой мушки, одной гуманистки, которая попадет в клейкую сеть.

Слава богу, она рискнула пролезть в Гильдию. Теперь Роза знала о ловушке и могла предупредить людей, а то и воспользоваться полученными сведениями в своих целях.

— Сэр Джаспер, — выдавила она. — Ваше имя тоже не выговоришь одним махом.

Ночной ястреб пристально посмотрел на нее через плечо, будто удивляясь, что она заговорила. От взгляда ледяных серых взгляд Роза затаила дыхание. Комната будто ушла на второй план, и остались только они вдвоем.

Ужасное неловкое чувство, будто он знает все ее скрытые тайны. А Роза прекрасно умела хранить секреты.

Свет коснулся его прямого ястребиного носа.

— Тогда Линч.

— Когда мне начинать? — Розалинда принялась теребить перчатки: привычка, от которой так и не удалось избавиться.

— Вы не хотите сперва обсудить зарплату? — Он опустил взгляд на ее пальцы, и она заставила себя успокоиться.

— Я уже поговорила об этом с вашим помощником, Гарретом.

— Значит, как только… — Он поднял голову, словно увидел что-то за дверью. В его глазах промелькнули темные тени, признаки внутреннего голода, ненасытного хищника, который скрывался под кожей утонченного голубокровного. Признак вируса жажды.

Розалинда застыла. К ее бедру был прикреплен пистолет с разрывными пулями-молниями, а к запястью футляр с иглами, смоченными в болиголове. Однако от жуткого страха по коже побежали мурашки.

Пусть Линч выглядит и ведет себя как джентльмен, хоть и несколько прямолинеен, ей не стоит забывать, кто он такой на самом деле.

Распахнулась дверь, и в кабинет ворвался мужчина постарше с лысой головой и в кожаном камзоле, затем увидел Розалинду и остановился, багровея.

— Прошу прощения, мисс, — поздоровался он с легким ирландским акцентом и перевел голубые глаза на Линча. — Я не думал, что тут есть еще кто-то.

— Дойл, познакомься с моей новой секретаршей, миссис Марбери, — ответил Линч, излучая совершенное спокойствие.

— Очередная? — вскинул бровь Дойл. Потом резко кивнул новой знакомой, повернулся, вытащил письмо из камзола и бросил Линчу. — Только что пришло. Снова плохие новости.

Тот подхватил послание на лету.

— Поясни подробнее.

— На Парк-лейн кровавая баня. Лорд Фэлкон прирезал всю семью. Женщин, детей, трэлей… всех слуг. Лорд Бэрронс ждет вас там.

Как наследник герцога Кейна, Бэрронс лично отвечал перед правящим Советом герцогов, хоть и дружил с Линчем. Командир нахмурился.

— Это второе происшествие за неделю. Бирнс только начал проверять сведения по делу Хэвершэма.

Дойл пожал плечами.

— Похоже, тот случай не единичный.

— Проклятье! — Линч развернулся на пятках и зашагал по ковру. — У меня нет на это времени.

— Ваше оправдание не устроит его Королевскую Бледность, — не стесняясь ляпнул Дойл. — Все ж таки аристократик замарался. А вот если б виноват был один из грязнокровных — тогда другой разговор.

Интересно.

Розалинда разглядывала мужчин, размышляя, станет ли Линч ругать подчиненного за вольность, но выражение лица командира оставалось прохладно-нейтральным.