Двуликий бог. Книга 2 (СИ) - Мэл Кайли

Ах, если бы мне только быть в сознании, если бы мне знать, на что решились отчаянные горячие асы! Я бы бросила вслед за ними всю стражу золотого чертога, лишь бы вернуть их домой! Однако я не знала. И, когда Хельга не без труда сумела поставить меня на ноги, было уже слишком поздно. Помню, пришла в себя и удивилась, отчего сыновей нет у моей постели, а узнав правду, подняла на ноги весь дворец. Отчитала Мию и Хакана, сбиваясь на крик, да разве могли слуги удержать двух юных господ? Вместе с сыновьями ускакали Варди и Ульф — верные друзья и спутники наследников бога огня — их двоих не досчитались в пламенном чертоге. В отчаянии я отправила погоню во главе с предводителем стражи, заранее понимая, что приказ обречён на провал: прошло достаточно дней, чтобы асы успели затеряться в девяти мирах, и найти их представлялось задачей такой же невыполнимой, как и отыскать самого Локи. Как я и предполагала, через месяц воины вернулись ни с чем.

Я металась по палатам, не помня себя и не замечая времени. Сколько часов, дней я провела в страхе и бессилии, неспособная предпринять что-либо, кроме как ждать и надеяться на чудесное возвращение сыновей? Однако чуда не произошло. Вместо этого в золотой чертог ворвался Варди. Он явился под утро, бледный, безоружный и окровавленный. Жалкий облик слуги вызывал сочувствие, однако в первые минуты, как увидела его, я думала, что убью стражника своими руками! Как он смел отпустить наследников в безрассудное и опасное путешествие, да ещё и отправиться с ними, никого не предупредив! Варди — ловкий, расчётливый и предусмотрительный! Как он мог допустить такую ужасающую ошибку, когда должен был броситься им в ноги, лечь поперёк, но не отпустить господ из чертога?!

Гнев мой, однако, поутих, когда молодой воин, покачиваясь, сделал пару неуклюжих шагов в моём направлении и рухнул ничком, грозя разбить себе нос. Слуги, не сговариваясь, бросились к несчастному, я послала за лекарями, чувствуя, как в груди защемило сердце. Варди потерял много крови, на нём и живого места не осталось. Он явился один, хотя никогда прежде не давал повода усомниться в своей верности господам. Он ни за что не бросил бы их, защищал до последнего вздоха. Значило ли это… Значило ли, что моих сыновей уже нет в живых?.. Я закрыла глаза, обняла себя за плечи, чувствуя, как слабею, а всё тело прошибает холодная дрожь. Подоспевшие Хельга и её подчинённые оттеснили меня в сторону, принялись за измученного Варди. Я не двигалась и, воздав глаза к небу, молила провидение пощадить преданного слугу, не отнимать его жизнь. В конце концов, он, как и мои сыновья, был так молод по меркам Асгарда!

— Го… госпожа… Мне нужна госпожа! — Варди открыл глаза и с трудом разлепил губы. Не до конца осознанный взгляд юноши блуждал по залу, точно искал кого-то, и в их глубине я уловила страх настолько искренний, что мне и самой поплохело.

— Молчи, Варди, береги силы! — оборвала лекарь. — Ты истекаешь кровью…

— Оставь, Хельга, — я подошла к ним и, склонившись, положила ладонь на плечо сосредоточенной прислужницы. — Пусть скажет то, что хочет сказать. Кажется, это очень важно, — я сглотнула и присела на колени рядом с женщиной, с нежностью матери коснулась щёк раненого стражника и бережно приподняла его голову. Рассеянные серо-зелёные глаза, казалось, смотрели мне в самую душу. Вздохнув, я закусила губу, с сочувствием поглядела на белое, словно молоко, лицо. — Я слушаю тебя, Варди.

— Госпожа… Моя милосердная госпожа, я не сумел их уберечь… Я не мог остановить их, но уберечь должен был! — на глазах молодого мужчины выступили слёзы, и в груди похолодело, отчего я не сумела сделать следующий вдох. — Никто не понял, что произошло. Асы накинулись на нас, пылая от гнева, стащили господ с коней и повязали. Мы с Ульфом сделали всё, чтобы их защитить, но противники превосходили нас числом. Ульф пал от неудачного удара Тюра. Меня намеревались связать тоже, но я извернулся и всадил кинжал в плечо Фрейра, так и сумел добраться к Вам. О боги-покровители, это никак не сулит мне добра, — дрожащие бледные губы усмехнулись, и с уголка потекла алая дорожка. Хельга, стиснув зубы, останавливала кровь, перетягивала раны. Варди, казалось, не замечал её, не сводя с меня глаз. Он поднял трясущуюся руку — ту, что ещё подчинялась ему — и нащупал моё запястье, сжал, что было силы, но я почти не ощутила прикосновения. Слуга слабел. Собравшись с мыслями, он продолжал:

— Боги увезли Нарви и Вали в Мидгард, госпожа. Я слышал их глухие переговоры: они отправляются к реке, на которой жил колдун Хрейдмар, к той самой, где Всеотец и повелитель погубили его сына-оборотня Отра… Это… Это злое место, госпожа. Быть беде… Если Вы не вмешаетесь, быть беде, — воин поперхнулся и закашлялся, на губах проступила кровь. Я аккуратно приподняла слугу за плечи, чтобы позволить отдышаться. Руки немели под поджарым, удивительно тяжёлым телом, но я не обращала на них ни малейшего внимания. Сердце билось безумной птицей. — Простите меня, госпожа… Я сделал, что мог, но этого оказалось недостаточно. Я умоляю Вас, простите меня за всё… Ведь я так… — голос Варди становился тише и тише, после чего, наконец, оборвался. Блестящие от слёз глаза дрогнули в последний раз и замерли, губы остались раскрытыми. Хельга в отчаянии заломила руки. Стражник скончался.

Спускаясь в Мидгард в сопровождении Хакана и двух отобранных им воинов, я много думала о том, что же бедный молодой человек не успел мне сказать. Конечно, я его простила. Простила бы вне зависимости от столь печального конца. Сколько я знала воина, Варди самозабвенно служил Локи, мне, Нарви, а затем и Вали. Не найдя снисхождения у своего отца, он обрёл утешение в обществе братьев, пусть и не осознавал кровной связи ни с тем, ни с другими. И отдал жизнь за них, как и полагается честному слуге, доблестному воину и любящему брату. Я опасалась рождавшего болезненные уколы ревности сходства с Локи и не доверяла Варди, хотя он заслуживал моего доверия и благосклонности больше всех остальных. Смелый отчаянный мальчишка… Было уже поздно горевать о нём.

Помню, мы скакали во весь опор, с грохотом раскидывая в