Куратор Тёмного факультета - Екатерина Стрелецкая

Глава 89. Стан

Увы, всё хорошее имеет свойство заканчиваться, не только быстро, но и внезапно. До защиты на преподавательский стан оставалось шесть дней. Да, ровно через неделю после Осеннего бала я должна была предстать перед комиссией своего университета, а в следующую после прохождения всех испытаний субботу получить зарегистрированные во всех соответствующих инстанциях документы. Ведь специально с запасом рассчитала время, чтобы на случай непредвиденных обстоятельств всё равно успеть осуществить задуманное. Воспользовавшись властью, данной мне по праву рождения, я могу повлиять практически на что угодно, кроме некоторых процедур. Собственно, именно из-за этого торопилась с получением стана: нельзя получить свидетельство в день испытаний, так как на его узаконивание требуется пять присутственных дней. Иными словами – рабочих. Связано это было с некоторыми особенностями взаимодействия канцелярий и архивов. Конкретно – с магической составляющей. Тут даже папа не смог бы повлиять на процесс в плане ускорения. В Тёмных землях достаточно было порой и слова, что нужные документы на регистрации, чтобы уже иметь возможность применять те полномочия, о которых в них говорилось. Но это дома, а в Светлых землях так рисковать было нельзя. Достаточно просто применить несколько специальных заклинаний, как сразу стало бы ясно, что печать не вошла в полную силу, то есть, сразу возникли бы подозрения о подлинности. Увы, Светлые очень сильно любят и уважают не только титулы, но и красивые бумажки. Чья красота определялась именно "весомостью" печати.Первый же предвестник того, что спокойная жизнь закончилась, (впрочем, а когда она у меня спокойной-то была?!), появился в понедельник. Точнее, постучался в двери башни в виде приснопамятного профессора Варнхофа. И надо же было случиться такому, что именно в этот момент я проходила по первому этажу! Знала бы, кто явится в такую рань, натыкала бы металлических шипов и взрывающихся бомбочек вокруг башни. Хоть душу бы отвела, а то после очередной практически бессонной ночи голова гудела, как медный колокол, а желание любить весь мир валялось где-то ниже нулевой отметки.– Доброе утро, Адарнелия Эмильрин.Я скрестила руки на груди и заслонила собой дверной проëм, тем самым давая понять, что впускать внутрь нежданного гостя не намерена:– Здравствуйте, профессор Варнхоф. Что Вас заставило в столь ранний час почтить своим визитом башню Тёмного факультета?– Я пришёл извиниться.Наверное, только силой воли мне удалось удержать рвущиеся вверх брови и сохранить нейтральное выражение лица.– Я прошу прощения, что немного придирался к Вам и студентам Тёмного факультета.Немного придирался?! Это теперь так звучит?! Просто потрясающе. Хотела бы я знать, что же в таком случае "много".– И?Профессор Варнхоф непонимающе уставился на меня.– Если это всё, что Вы хотели сказать, то говорю – нет. Не принимаю я прощения, которые идут не от души, не от сердца, а потому что "так надо" или кто-то Вам сказал, что Вы неправы. Вот когда действительно поймёте что не так, вот тогда и приходите. А сейчас меня ждут дела, – и, прежде чем он успел опомниться, просто закрыла дверь.Вообще не понимаю, на что он рассчитывал? Просто галочку поставить в своём перечне дел на сегодня? Так явно не тот пункт в него включил. Но на всякий случай перед тем как идти на завтрак проверила все маячки и сигнальные плетения в башне. Кто знает, вдруг опять какую гадость задумал профессор Варнхоф. Не хватало мне ещё сюрпризов перед защитой, а затем и визитом комиссии из Совета по образованию.Вот только грянул гром не там, где его ждали...***В среду вечером меня вызвал к себе в кабинет Глен. Уже одно то, что это было сделано официально, наводило на нехорошие мысли. Ещё и перед ночной практикой по некромантии... Хоть бы это была очередная дурость профессора Варнхофа! Тогда быстренько поставлю его на место, не факт, что бескровно, и вернусь обратно в башню.Когда я вошла в кабинет, внутри помимо Глена уже был Олли.– Вечер добрый. Что-то случилось?– Случилось... – Глен протянул мне какое-то письмо сразу после того, как наложил чары на кабинет.Я перечитала текст дважды, прежде чем осознала, что все наши планы под угрозой. Особенно моя подстраховка в виде свидетельства о преподавательском стане. Если бы письмо пришло неделю назад, то я смогла бы попросить ректора университета перенести защиту на прошедшее воскресенье. Тьма с ним, с полным станом, хватило бы и начального. На него могла бы сдать даже без подготовки в любой момент. Но нет, захотела полный! Теперь же, даже если отправлюсь защищаться завтра, всë равно не успею забрать документы до визита комиссии. А всё потому, что вместо первого ноября проверку передвинули на двадцать третье октября! Нет бы на двадцать шестое! Тогда я спокойно забрала бы своё свидетельство двадцать четвёртого и не переживала лишний раз. Как будто нарочно была выбрана именно эта дата. Но кто знал, что я сдаю на стан именно семнадцатого? Вообще, кто знает об этом факте? Папа, потому что я ему намекнула. Мама, естественно. Они же с папой, как две подружки: все сплетни и новости на двоих. Университетские преподаватели, входящие в состав комиссии по присвоению стана не в счёт. На них такие клятвы о неразглашении, что университет бы давно вспыхнул, намекни они на мою будущую защиту. А в Академии даже Глен не в курсе...Возможно, не стоит страдать паранойей и впадать в излишнюю подозрительность...– Что скажете, Адарнелия Эмильрин?Я подняла взгляд на Глена:– А ругаться непечатными словами можно? Нет? Тогда мне нечего сказать. Могу лишь ядом прицельно плеваться.Олли не сдержался и хмыкнул, но тут же изобразил каменное изваяние, увидев гневные всполохи в глазах друга.– Я думаю, что студенты Тёмного факультета смогут себя достойно показать перед проверяющими. По крайней мере, основы они усвоили прекрасно. А навешать лапши на уши, если комиссию что-то не устроит в уровне подготовки, всегда сумею. Вряд ли среди них будет настоящий эксперт, разбирающийся в тонкостях обучения Тёмных. Вот только нам стоит быть настороже: кто-то явно донëс Совету о том, как выступили на Осеннем балу мои студенты...– Вы тоже обратили внимание на фразу "учитывая, какие успехи делает Тёмный факультет в обучении"? – произнёс Олли, из чего я поняла, что он успел ознакомиться с содержимым письма во всех подробностях.– Да. И иных предположений, кроме как в Академии окопалась "крыса", у меня нет.