Эдельвейс - Анастасия Юшина

- Аника, платье просто великолепное, – нагнувшись к моему уху прошептал он. – Мой цыпленок вырос, и теперь я даже не знаю, как тебя называть.

Немного подумав, быстро ответила:

- Благородная курица?! – посмотрела на него вызывающим взглядом и еле сдержала смех.

Но Макс не выдержал и рассмеялся во весь голос, да так громко, что танцующие рядом одноклассники мгновенно обернулись и тоже заулыбались нам.

- Кто?! Аника, больше не говори так! А то я от смеха просто лопну, – продолжая смеяться, говорил Макс. – Нет, ну надо же такое придумать! Как вообще тебе это в голову взбрело?!

Но я ничего не ответила и просто смотрела на него, понимая, что возможно мы вот так в последний раз танцуем и от души смеемся. Танцы закончились, и мы отошли в другую часть зала. Всё еще шутя друг над другом и вспоминая бывалые времена, смеялись не останавливаясь. У меня уже живот начал болеть, и скулы сводило. Вдруг я заметила, что Макс в одно мгновенье изменился в лице и стал смотреть по сторонам. Следуя за его взглядом, я никого чужого не обнаружила, но внутри всё сжалось. В его глазах потух радостный огонек, и лицо стало взволнованным и раздраженным.

- Пойдем прогуляемся к озеру. Нам нужно поговорить, – чопорно произнес Макс.

Я кивнула головой в знак согласия, и, найдя глазами в толпе маму, махнула ей рукой.

Мы шли рядом в полном молчании по узкой извилистой дорожке, ведущей к Коркинскому озеру. На улице уже стемнело. Вокруг озера был густой, просто шикарный сосновый лес. Лапы деревьев свисали над дорожкой, углубляющейся вдаль к водяной глади. Из глубины леса слышалось уханье филина, и от этого мурашки непроизвольно бежали по телу.

Зайдя довольно- таки далеко от дома, Макс резко остановился и посмотрел на меня. Его взгляд немного напугал, тем более вокруг темно, лес, мало ли что тут. Вот дура! Надо было в доме сидеть. Эдуард же предупреждал! Но мой мозг как всегда отключается, когда он мне так нужен.

- Аника, нам нужно поговорить.

- Что случилось? – спросила, чувствуя нарастающую тревогу.

- Послушай меня внимательно, ладно?

- Хорошо.

Макс отвернулся, обдумывая, что сказать и схватился руками за волосы.

- Я...Я...В общем, я люблю тебя, Аника, – сказал Макс и мгновенно повернулся ко мне, сверля взглядом.

- Я тоже тебя люблю, Макс.

- Нет, Аника, как ты не понимаешь, это совсем не то!

И тут я поняла, какой смысл он вложил в эту фразу.

- Прошу тебя, Макс, не надо. Зачем ты так? – отходя на шаг от него спросила. – Зачем ты хочешь всё испортить перед отъездом?! Это из- за родителей, да?! – я чувствовала, что начинаю закипать.

- Нет, послушай меня. Я давно тебя люблю и ... - не дослушав его и оборвав, быстро произнесла:

- Хватит!!!Ты слышишь меня?! Прекрати?! – я уже почти кричала.

- Аника, мы должны уехать, – еще более взволнованным голосом возразил Макс.

- Что? Ты в своем уме? Уехать? Куда? – я почувствовала, что слезы уже у порога.

Он быстро подошел ко мне и сильно обнял, пытаясь поцеловать, но я вырвалась из железных тисков.

- Прекрати?! – закричала я. – Я не люблю тебя, как парня, только как брата и друга. Ты слышишь?!

Лицо Макса исказилось от боли и злости. Он отвернулся от меня и зашагал в сторону озера. Я побежала за ним, пытаясь догнать, но эти шпильки мешали нормально бежать и постоянно увязали в земле. Почти догнав, услышала чей- то голос и замерла, как вкопанная.

- Браво, – послышалось из темноты. – Вот это концерт! Я такого не ожидал.

Мы мгновенно с Максом обернулись, и из темноты я увидела две фигуры. Родители Макса, Феликс и Ева.

- Всё, Макс. Спасибо за помощь. Дальше мы сами.

В голове у меня всё перевернулось. Феликс говорил каким- то ужасающим и одновременно торжествующим голосом. Они были одеты не в праздничную одежду, а в штаны и черные плащи.

- О чем это они?! – я посмотрела Максу в глаза, но он не удостоил меня взглядом. – Что ты молчишь?! Скажи мне что- нибудь?!

- Аника, не надо так кричать. Мы прекрасно тебя слышим, – сказала Ева и сверкнула глазами.

О, Боже. Их глаза. Они светятся. Мое лицо исказила гримаса страха. Я переводила взгляд с Макса на его родителей и ничего не могла понять. Что им от меня надо?! И тут я услышала шорох в кустах и быстро обернулась. Словно с неба появились пять людей в черных плащах. То, что я осознала, было ужасным. Они хотели меня убить. Я услышала, что родители Макса засмеялись, и тут же почувствовала, что меня крепко схватили за запястья.

- Не трогай меня, гад, – прошипела и чуть было не подавилась своей слюной, когда увидела клыки.

Клыки?! О нет. Только не это. Вампиры что ли?! Не теряя времени и пытаясь спасти свою задницу, я с размаху наступила удерживающему меня человеку шпилькой на ногу, и кажется пробила ее насквозь. Он утробно зарычал, а я кинулась бежать. Но не тут то было. Не успела сделать и трех шагов, как меня схватили снова. Я действовала молниеносно, вспоминая уроки Сио Лянь. Снова замахнувшись ногой, ударила в пах, а локтем в солнечное сплетение. Тиски ослабли, и я вновь кинулась бежать. Самое страшное то, что Макс просто стоял в стороне и даже не смотрел на меня. Он предал меня. Теперь сделав четыре шага, почувствовала, что меня грубо пхнули ладонями в грудь, и я отлетела метров на десять обратно и ударилась спиной о дерево. Удар был таким сильным, что у меня всё поплыло перед глазами. Сил не было, чтобы встать.

- А ты резвая, – сказал отец Макса и засмеялся. – Не думал, что с тобой будет так весело. Но ведь мы никуда не спешим, и я с удовольствием поразвлекусь с тобой еще.

Меня грубо схватили за волосы и подняли с земли. В этот момент я услышала еще один голос. Только не это. Мама. Нет, не иди сюда!

- Аника, где ты? – кричала мама.

Но я уже могла рассмотреть ее фигуру в темноте. Я хотела крикнуть ей, чтоб убегала и звала на помощь, но мне уже грубо закрыли рот рукой.

- Дернешься - и она умрет, – прошептал мне на ухо ужасный, режущий слух голос. И я вспомнила его. Это был один из силуэтов, которые хотели напасть в парке.

Я стояла и молчала, слезы катились по щекам. Мама уже приближалась и, похоже, увидела нас.

- Аника, ты здесь? – спросила она, и от увиденного ее голос дрогнул.

- Феликс, Ева что вы тут делаете?

- Здравствуй, Николь. Вот общаемся с твоей ненаглядной, – и Феликс указал рукой на меня.

Мама повернулась в мою сторону, и я увидела, как ее глаза полезли на лоб.

- Что вы делаете?! – орала мама, бросившись ко мне. – Немедленно отпустите ее.

Но ее тут же схватили сзади и тоже закрыли рот.

- Так лучше, – произнес Феликс. – Не стоит нарушать тишину. Сегодня чудесная ночь.

От его мерзкого тона во мне стал нарастать комок гнева, злости и ярости. Я почувствовала, что глаза стало щипать. Как они смеют прикасаться к моей маме?!