Дикий дракон для принцессы (СИ) - Анна Осокина

— Ты же знаешь, что тебе все равно не стать полноценным правителем, — сказала я прямо, мне до ужаса надоели все эти его игры, которые продолжались с тех пор, как я выросла и стала менять ипостась.

— Меня вполне устроит роль короля-консорта[1], — все таким же мурлычащим тоном откликнулся Карзен.

Его ухаживания не прекращались, но я пока не дала никакого ответа: ни положительного, потому что не собиралась за него замуж ни при каких условиях, ни отрицательного, потому что лучше иметь такого дракона в союзниках, чем во врагах.

— Прошу меня простить, у меня урок рукопашного боя с младшей сестрой. — Я с решительным видом двинулась на посла, и он в последний миг уступил дорогу, но я очень долго чувствовала, как его ледяной взгляд прожигает мне спину. Хотелось повести лопатками, чтобы убрать это неприятное ощущение, но я усилием воли заставила себя продолжать идти с прямым станом, пока не скрылась за поворотом.

Раскрыла тяжелую дубовую дверь, обитую металлическими пластинами, и еще ничего не успела сообразить, как в меня полетела шестиконечная металлическая звездочка. Отклониться я не успевала, но сущность дракайны отреагировала быстрее, чем я могла подумать. Тело мгновенно покрылось толстыми чешуйками. Сюрикен звякнул о грудь и, не причинив мне никакого вреда, упал на каменный пол.

— Ты опоздала, — заявила сестра, прицеливаясь вторым сюрикеном. Это было ее любимое оружие. Она сидела в оконном проеме, внимательно наблюдая за каждым моим движением. Конечно, она не желала мне зла, иначе кидала бы звездочку не в грудь, а в лицо. Глаза — вот слабая сторона любого дракона. Даже в боевом обличье они остаются уязвимы.

— А ну-ка, стой! — прикрикнула на сестру. — Платье испортишь, я не успела переодеться из-за этого противного Карзена.

— Что на этот раз? — Валенсия уже в тренировочном костюме спрыгнула на пол и направилась ко мне.

— Как обычно! — Я отмахнулась, случайно задев цветок, он упал, и я прошлась по нему, услышав, как тихо хрустнул стебель. — Делает комплименты, дарит безделушки. Не понимаю, на что он надеется?

— Боюсь, что наша матушка ввела его в некоторое заблуждение относительно тебя, — задумчиво сказала Валенсия, пока я переодевалась за деревянной ширмой. Кроме нее и оружия на стенах, в просторном зале не было больше ничего. Разве что неприметный маленький столик в углу с глиняным кувшином и двумя серебряными кубками.

— И не сомневаюсь, что намеренно, — ответила я, поправляя одежду.

Я не сказала сестре о болезни матери, не придумала, как об этом сообщить. К тому же, если бы королева хотела, чтобы ее младшая дочь знала об этом, она наверняка рассказала бы ей. Я была уверена, что где-то в глубине души мать любит нас обеих, просто ее никто не научил, как нужно показывать чувства. Тяжкое бремя правления легло на ее плечи с юности, и вряд ли я могла ее в чем-то упрекать.

— Конечно! — Сестра звонко расхохоталась. — Пес служит охотнее, когда видит перед носом угощение.

— Только он еще не знает, что этого угощения не получит! — Я засмеялась в ответ и, сняв со стены два меча, один бросила сестре рукояткой вперед. Она поймала ее, хотя и не без некоторых трудностей, чуть не поранив ладонь.

— А нельзя ли чуть нежнее, дорогая сестрица? — Она недовольно сощурилась. — У меня нет такой же толстой чешуи, как у тебя.

На открытых участках тела Валенсии выступили чешуйки, но они не закрывали ее единой броней, только лишь выступая на мягкой человеческой коже небольшими островками.

— Вот именно! Поэтому ты обязана быть более ловкой, чем другие драконы и дракайны! Ты должна уметь себя защитить!

— У нас для этого целая королевская гвардия имеется, — усмехнулась Валенсия, заняв боевую позицию.

— Они не всегда будут рядом. Пожалуйста, отнесись к нашим урокам серьезно, — попросила я, умоляюще глядя на Ленси. — Когда-нибудь это спасет тебе жизнь.

— Вот уж вряд ли, — проворчала она, но перечить не стала. — Нападай, я готова!

Весь следующий час по залу раздавался лишь лязг мечей и наши с сестрой боевые выкрики. Я старалась не щадить ее, чтобы в случае настоящей опасности она понимала, как рассчитывать силы.

Меня с самого детства муштровали, к Валенисии же все учителя по боевой подготовке относились весьма снисходительно, прощая ей некоторую неуклюжесть и леность. Но только не я! На правах старшей сестры я взяла ее обучение бою на себя, чтобы Валенсия умела защититься. Она была для меня самым близким существом на всем свете, и я не пережила бы, если бы с ней что-то случилось.

— Все! Все! Хватит! — взмолилась Валенсия, выронив меч и согнувшись пополам. Ее темные кудри прилипли к влажному лицу, а на кончике носа повисла капелька, которая никак не могла сорваться и упасть. — Я больше не сделаю и шагу!

Я тоже запыхалась, но с довольным видом взирала на младшую, крепко сжимая меч в руках. Медленнее, чем мне того хотелось бы, но она делала успехи. За год мы втрое увеличили продолжительность тренировок.

— Ладно, — согласилась я, подошла к столику с кувшином и налила нам с Валенсией воды. — Держи.

Сестра взяла кубок и плюхнулась прямо на пол, жадно глотая. Я опустилась рядом с ней.

Тело окутала приятная нега, как бывало всегда после нагрузок. Мысли поплыли в сторону пленника, которого я навещала ночью. Я собиралась пойти к нему снова. Думала, что успокоюсь, когда узнаю, для чего его сюда привезли, но вот я знаю правду, и она сбивает меня с толку еще больше, чем полное незнание. Не понимала, что теперь делать, но очень хотелось поделиться открытием с сестрой.

— Я кое о чем тебе расскажу, только обещай, что это останется между нами, — тихо сказала ей. Мы сидели недалеко от окна, глядя, как заходит солнце, освещая крыши столицы ярко-алыми лучами.

Ленси посмотрела на меня и хитро прищурилась.

— Удиви меня.

— Пленника привезли